– так считает член Союза писателей России, флотский журналист капитан 1 ранга Сергей Горбачев. В связи с его 50-летием редакция газеты "Русичи" взяла у него интервью. Сергей Павлович поделился своими мыслями о журналистском ремесле, флотской службе и своем отношении к Православию.
...Это случилось в Москве, когда проходили торжества, посвященные 80-летию Союза журналистов России. После официальной части, где звучали речи и вручались награды, состоялся праздничный концерт, главная роль в котором была отведена артистам одного из московских театров. Когда артисты во главе с не скрывающим русофобских взглядов режиссером стали исполнять русофобские частушки, произошло следующее. Со своего места в зале поднялся красивый флотский офицер, уверенным шагом прошел к сцене и громким командирским голосом произнес: "Я хотел бы напомнить господину режиссеру и его артистам, изливающим здесь гадости на русский народ, что казацкая сабля моего деда не заржавела и висит на ковре в родовом доме. Честь имею!". Офицер сошел со сцены, а в зале установилась ледянящая пауза. Это был Сергей Горбачёв.
Пятидесятилетний юбилей, который в этом году отмечает кандидат политических наук, заслуженный журналист АР Крым, лауреат многочисленных журналистских и литературных премий капитан 1 ранга Сергей Горбачев, он оценивает как самый главный юбилей в жизни человека. "К этому возрасту у каждого уже есть какие-то достижения, есть что сказать, можно подвести итоги. А с другой стороны – впереди есть потенциал для того, чтобы еще что-то сделать". И немалый, добавим мы, ведь приобретенный опыт жизни может именно теперь произвести новые прекрасные и драгоценные плоды. Да и сам Сергей Павлович, набрав уверенный ход, продолжает рассекать волны житейского моря. Сергей Горбачев известен не только севастопольцам по его книгам, посвященным событиям, связанным с разделом Черноморского флота, его историей, персоналиями и жизнью, но и многим другим. Около 10 лет он работает преподавателем на отделении журналистики филиала МГУ в Севастополе. Почти 10 лет был заместителем ответственного редактора газеты Черноморского флота "Флаг Родины". Все эти годы, а именно 33, он искренно и с честью посвящал себя избранному еще в детстве пути служения Родине. Что ж, Родина должна знать своих героев!
– Сергей Павлович, расскажите, пожалуйста, о себе, своих родителях, о том, как вы пришли на флот. – Я родом с Дона. Мой отец, призванный на военную службу, окончил курсы авиационных морских сержантов при Ейском высшем военно-морском авиационном училище. Учиться в самом училище он не смог по состоянию здоровья, так как в то время, когда он в него поступил, авиация становилась реактивной. В этой связи ужесточились различные требования и нормы, и его, как и многих других, отчислили. Но службу он продолжил, и после окончания курсов как отличник учебы по своему выбору попал на Балтику и служил в авиации Балтийского флота. В общей сложности отслужил 7 лет (в т.ч. сверхсрочно). После возвращения домой и до конца жизни работал железнодорожником – машинистом тепловоза. Мама у меня учитель истории, работала в школе. Наверное, воспитание в семье предопределило то, что я с самых детских лет хотел быть офицером. Рядом с нашим домом находился аэродром, на глазах – курсанты, их учебные полеты, прыжки с парашютом. Естественно, я хотел быть летчиком. Но в школе, в 7-м классе, мне банально сломали нос, и с такой травмой быть летчиком, так же, как и водолазом, – невозможно. Поэтому мне пришлось переориентировать свои стремления, и я решил стать моряком. Этому способствовало также то, что мой родной дядя Сергей Васильевич Семенюта был флотским офицером, службу закончил в Севастополе, и в 11 лет я в первый раз попал в этот город. Он меня очаровал, и я решил стать моряком. Мы жили в частном доме, имели хозяйство, и к труду я был приучен с детства, поэтому трудности меня не пугали. И вот окончено Киевское высшее военно-морское политическое училище, и молодой политработник – штурман Военно-Морского Флота получает распределение на Черноморский флот. "Я очень рад, что попал сразу на ведущее соединение флота, в 30-ю дивизию противолодочных кораблей, на сторожевой корабль "Разительный". После прихода на корабль, буквально через 3 недели, мы ушли в 7-месячное плавание в Средиземное море, где в то время была сложная ситуация и требовалось усиление нашей Средиземноморской эскадры. Всего походов в моем активе десять – в Средиземное море, Атлантику, Индийский океан. Два из походов в Индийский океан были в Персидский залив во время ирано-иракской войны. Мы обеспечивали безопасность советского судоходства, наши суда, доставлявшие оружие и военную технику для Ирака и перевозившие нефть, требовали защиты. Обстановка там была очень непростой, на уровне ведения боевых действий. Хотя нам стрелять не довелось, но мы находились в такой готовности. К тому времени было уже предпринято несколько атак на наши корабли и суда, а танкер "Маршал Чуйков" подорвался на мине. С нашим приходом такие действия уже были исключены. Эти походы очень памятны. Была самостоятельная работа, очень живая, конкретная, мы видели, что и мы нужны, и наше дело востребовано. Ряд членов экипажа удостоен боевых наград, все были награжден нагрудным знаком "За боевое траление", мне была вручена медаль "За боевые заслуги", а за вторую боевую службу в Персидском заливе – медаль "За отличие в воинской службе" I степени. Успехи экипажа способствовали личному продвижению, в 89-м году я был назначен "главным комсомольцем флота", то есть начальником отдела комсомольской работы – помощником начальника политического управления ЧФ по комсомолу, где я прослужил по 91-й год. Время тогда было перестроечное, сумбурное, нужно было найти оптимальные пути работы с людьми, с молодежью (флот был большой, ребята тогда служили 3 года), и наша работа, независимо от того, как ее сейчас оценивают, все-таки была востребована и давала свои результаты. Если отбросить идеологические стереотипы, мы занимались тем, что готовили людей защищать Родину. Ребята служили с самоотдачей, флот много плавал – тогда за Босфор ежегодно выходило до 100 кораблей и судов. Если в году 365 дней, то можно представить, насколько интенсивно флот плавал, насколько он был большим". В 91-м году Сергей Павлович поступил в Военно-политическую академию, а в августе произошел переворот. Как замечает Сергей Павлович: "Вкус службы стал другим, стало другим ее наполнение. В то время развала Союза, начала раздела Черноморского флота многие сняли погоны и ушли. Я все же надеялся, что флот будет нужен нашей державе, и остался служить, получил высшее военное образование, стал специалистом-психологом, социальным педагогом. Параллельно окончил Институт промышленной собственности и инноватики. Раздел флота происходил болезненно и неоднозначно. И в этом смысле редакция нашей газеты "Флаг Родины" является в определенном смысле примером того, как он происходил. К сожалению, во "Флаге Родины" у части офицеров возобладало мнение о том, что необходимо присягнуть Украине. Многие журналисты были связаны с Украиной "кровно" и буквально сразу подались в ее ВМС. Во "Флаге Родины" образовался кадровый вакуум. И так как газета оказалась в то время мощным средством психологической войны, адмирал Касатонов, который всегда очень внимательно относился к печатному слову, уделил газете очень серьезное внимание. Ее редактором стал Александр Васильевич Муравьев и возглавлял ее в течение 12 лет. В газету тогда пришли офицеры, которые хотя и не имели журналистского образования, однако писали, занимались аналитикой, умели работать со словом. Пришли с корабельной палубы, с бетонки аэродрома, с полигонов морской пехоты. Они знали службу изнутри, имели четкий и крепкий жизненный стержень, активную жизненную позицию, и свою деятельность, службу направляли на то, чтобы сохранить Черноморский флот и для этого использовать в том числе и печатное слово. С этими людьми в редакцию пришел и я, возглавив в то время ведущий отдел редакции – общественно-политических проблем. С этого времени я работаю во флотской печати". Аналитическая работа, подготовка разных документов и справочных материалов, написание докладов, выступлений – Сергей Павлович делал со своей стороны все возможное для того, чтобы сохранить Черноморский флот для России. То, что происходило в те годы (начало 90-х), носило судьбоносный характер. Документы, бумаги, информация, которая проходила через руки Сергея Павловича, в значительной мере имели историческое значение. По мере накопления они сложились в рукопись, которая после приведения в надлежащий вид стала первой книгой Сергея Горбачева "Севастополь в третьей обороне". Одна из книг, посвященных происходившим событиям во время раздела Черноморского флота, называется "Феномен адмирала Касатонова". Продолжая разрабатывать эту тематику, Сергей Павлович начал писать на другие темы, связанные с Черноморским флотом, и на сегодняшний день в арсенале писателя уже более 20 книг плюс тысячи публикаций, вышедших в газете "Флаг Родины" и многих других уважаемых печатных СМИ Крыма, Украины и России. "Серьезным трудом я считаю коллективную работу над монографией "Российский Черноморский флот", которую мы создали к 225-летию Черноморского флота. Подобных книг на других флотах нет. Сейчас мы, члены военно-научного общества ЧФ, работаем над пятитомной историей Черноморского флота и к 230-летию флота надеемся выпустить 2 или 3 тома из этого труда. Также меня очень волнуют темы Гражданской войны, ухода из Севастополя Русской эскадры в Бизерту, а также Севастополь военный, довоенный и сразу послевоенный". Но одним из своих самых больших достижений Сергей Павлович считает свою семью. "Все члены моей семьи так или иначе связаны с печатью. Моя супруга Марина, хотя экономист по образованию, но также работает во "Флаге Родины" старшим корректором. Практически все, что мною сделано, сделано с ее помощью и при ее поддержке. По моим стопам пошел сын Сергей, который окончил питерское Нахимовское училище, затем с золотой медалью – Военный университет, отделение журналистики. Дочь учится на 3-м курсе отделения журналистики нашего филиала МГУ". Буквально накануне нашего разговора Сергей Павлович получил известие о том, что Союз журналистов России признал его победителем за 2010 год в номинации премии за "Профессиональное мастерство". – Сергей Павлович, известно мудрое выражение: "Кто не был в море, тот никогда не молился". Какое место в вашей жизни занимает вера? – Моя мама – кубанская казачка, а казачество всегда стояло на страже защиты Православия – "За Веру, Царя и Отечество". Поэтому вера была заложена на генетическом уровне, в воспитании, образе жизни. Отец также был из верующей семьи. В сталинский призыв он вступил в КПСС, я также как офицер-политработник был в рядах партии. Но, независимо от этого, православные традиции в нашей семье присутствовали. Я помню, как мы, собираясь у бабушки и дедушки, всей большой семьей праздновали Пасху, Рождество. Кроме того, будучи связан с историей нашего Отечества, русский человек так или иначе воцерковляется. По сути вся наша история зиждется не только на защите Отечества, но и Православной веры, ее высших ценностей, хотя мы это, может, до конца и не осознаем. Наша история – это история Православия и история войн. Александр Невский, Дмитрий Донской, иноки-воины Ослябя и Пересвет. Хотя мы воспринимали их прежде всего как воинов, но знали, что это святые, и незаметно в каждом из нас, юных граждан, закладывался необходимый стержень, принципы жизни по православным канонам. Поэтому когда начал осуществляться возврат к Православию, этот переход для многих людей стал безболезненным, естественным. Я также пришел к понимаю того, что основа нашей жизни – это Вера. Особенно в тяжелые перестроечные годы, когда даже проливалась кровь, жить по православным канонам стало просто жизненной необходимостью. И в 96-м году, накануне 300-летия Российского флота, я принял решение креститься. В те годы Православие начало возвращаться в военную среду, стены казарм, корабельные кубрики. Я считаю, что время богоборчества, которое мы пережили, – бесовское. Когда думаешь о том, что во время Советской власти по улицам Севастополя разъезжал броневик с надписью на борту "Антихрист", – просто кровь в жилах стынет. Здесь вопросов очень много о том, как удалось Россию с ее боголюбивым народом ввергнуть в этот хаос смуты, в тотальное богоборческое движение, когда расстреливались священники, верующие, взрывались храмы, уничтожались монастыри, срывались кресты, разбивались колокола. Но все становится на свои места. У всех нас заложен православный стержень, и люди стараются поступать в соответствии с ним: уважать старших, не воровать и т.д.
– Вы ощущаете помощь Божию, присутствие Бога в своей жизни? – Сегодня члены нашей семьи обращаются за помощью к Богу, просят поддержки, сами мобилизуют свои силы на основе молитвы и, конечно, ощущают помощь Божию в своей жизни. В 2001 году, 10 лет назад, когда я с делегацией Черноморского флота присутствовал в Санаксарском монастыре на канонизации святого праведного адмирала флота Российского Феодора Ушакова, я помню, как ощутил особенное чувство присутствия Божьей благодати и святого Феодора Ушакова. А приезд патриарха, который призывал нас к единству в служении Богу и своему Отечеству? Чудесное состояние духа! Также мне очень запомнился Поход памяти в прошлом году по местам изгнания, рассеяния наших соотечественников – Бизерта, Греция, Турция, Галлиполи – там, где находились русские воины, моряки, казаки, вынужденные в 20-м году уйти в изгнание. Это был такой паломнический поход. Возможность участвовать в этом походе для меня тоже была чудом. – Что бы вы пожелали читателям газеты "Русичи"? – Я должен сказать, что из 500 зарегистрированных на сегодня газет и журналов в Севастополе по эффективности воздействия на читателя их в десятки раз меньше. Более того, многие из них представляют собой издания, которые, я уверен, не вызывают у читателей интереса. В Крыму около 1.300 изданий, но картина примерно такая же. Почти все они выходят на русском языке, но русскими они не являются ни по духу, ни по содержанию, поэтому по-настоящему русских газет среди них буквально единицы. К счастью, исключением в этом ряду является газета "Русичи", которая не просто очень нужная – ее хочется читать и передавать другим. Люди, которые ее создают, – это люди неравнодушные к существующим проблемам, и заставляют быть неравнодушными к ним своих читателей. Поэтому я бы хотел пожелать редакционному коллективу, а также ее читателям долголетия, чтобы газета продолжала жить, прирастала своими силами, журналистами и тиражом. Также желаю противостоять наветам, поползновениям недоброжелателей, продолжать участвовать в общей борьбе за духовность, за отстаивание в Причерноморье интересов Отечества, всячески расширять и углублять ту информационную нишу, которую сейчас занимает газета. И во всем этом, как говорят на флоте, – боевого успеха!
Крейсер «L» В один из будних дней апреля 1958 года портовые буксиры развернули огромный корпус списанного на металл крейсера носом в сторону Морского канала и нет
>>>
Сулит ли НАТО миру мир? Часть II. Если бросить ретроспективный взгляд на историю международных отношений, то видно, что единственная технология, действовавшая при решении межгосуда
>>>
22 мая - Перенесение мощей святителя и чудотворца Николая из Мир Ликийских в Бар
9 мая (по ст. ст.) 1087 г. - день прибытия мощей Св. Николая в итальянский город Бари, где они и хранятся. В народной традиции он отмечен как Никола вешний. Святитель Николай - Николай Угодник, Николай Чудотворец - христианский святой, живший ок. 270-345 гг., Архиепископ Мир Ликийских (Византия). Почитается как чудотворец, считается покровителем моряков, купцов и детей, защитником оклеветанных, избавляющим их от судьбы невинно осужденных. Известен своими молитвами за моряков и других путешественников.
