Опрос

Должно ли стать 100-летие Гражданской войны в 2020 году Событием всероссийского масштаба
Да, вне всякого сомнения
Нет, абсолютно незначительное событие
Рядовое событие на фоне происходящего
Мало знаю по этой теме
Не понимаю, о чём речь
Мне безразлично
Гражданская война не закончилась до сих пор


Праздники России

Праздники России

Русский вопрос


Еженедельная авторская
телепрограмма К. Затулина

Читайте также
Председатель ДПФ поблагодарил руководство Роснефти за вклад в реализацию общественно-государственного Пикулевского проекта
Украина планирует масштабное строительство военного флота. Турецкие корветы блокируют Севастополь и Сочи?
Вице-адмирал Игорь Осипов поздравил черноморцев с Днём защитника Отечества
Флот: события и факты
Мафия поставила под угрозу жизнь президента Сербии
Судьба Армении оказалась в руках президента
Международный валютный фонд не дал денег Киеву. В сентябре Украине надо платить по внешним долгам, но нечем
«Арабская весна»: 10 лет спустя
Гордость или остатки былой славы: экскурс в историю николаевских верфей
Директор 13-го СРЗ ЧФ поздравил судоремонтниц и женщин-ветеранов производства с Международным женским Днём 8 Марта
Большая транзитная перемога. Украинские портовики сообщили о беспрецедентных провалах грузоперевозок в январе 2021 года
Распродажа греческих портов – что кому достанется. Портовые мощности скупают Китай, США. Россия пока в стороне
К юбилею Средиземноморской эскадры

Реклама


Видеооко


Включай и смотри

Партнёры




Флот России у берегов Сирии в 60-е годы XIX века


2014-02-16 18:26 История
В статье кратко обобщается опыт применения Российского ВМФ при урегулировании конфликта на Ближнем Востоке с 1860 по 1861 г.

Одной из главных проблем международной политики в современных условиях является вооруженный конфликт в Сирии, который по масштабам и продолжительности вполне объективно признан гражданской войной. Российская Федерация настойчиво проводит политику урегулирования ситуации на Ближнем Востоке путем мирных переговоров законного правительства страны с силами оппозиции и исключения иностранного вмешательства во внутренние дела сирийского народа.

Военно-Морской Флот Российской Федерации активно содействует отечественной дипломатии в решении ближневосточной проблемы. Походы кораблей и проведение крупнейших военных учений в Восточном Средиземноморье с привлечением сил и средств Северного, Тихоокеанского, Балтийского и Черноморского флотов являются не мерой устрашения, а фактором сдерживания эскалации вооруженного противостояния в регионе. В создавшейся ситуации целесообразно учитывать исторический опыт, накопленный российскими моряками при решении аналогичных задач у берегов Сирии в 1860–1861 гг.

Поражение в Крымской войне 1853–1856 гг. существенно отразилось на внутренней и внешней политике России. В стране назрела необходимость в проведении социально-экономических реформ, и прежде всего, отмены крепостного права. Армия и флот нуждались в глубокой модернизации и преодолении технического отставания в вооружении и технике от западных держав. Принципиальные изменения происходили в теории и практике боевых действий на море, так как на смену парусным кораблям пришли паровые корабли с винтовым движителем. Для вывода России из кризиса от национальной внешней политики требовалось обеспечить мирную передышку, исключающую чрезмерное бремя военных расходов; преодолеть политическую изоляцию и найти надежных союзников; восстановить международный авторитет России в районах ее традиционных национальных интересов. Министр иностранных дел А.М. Горчаков направил соответствующие инструкции всем дипломатам, представлявшим Россию за рубежом.

В середине XIX в. Ближний Восток, входивший в состав Османской империи, являлся ареной политической борьбы великих держав. Россия обладала правом покровительства христианским подданным султана. Это законодательно было закреплено итогами Русско-турецкой войны 1768–1774 гг., в ходе которой российские корабли впервые появились у берегов Египта и Сирии. Поражение в Крымской войне снизило влияние России в регионе, которое необходимо было восстановить. Изменением ситуации стремилась воспользоваться Франция. Наполеон III активно содействовал процессу расширения автономии провинций Османской империи в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Поддержка местной знати должна была укрепить позиции Франции в регионе. Великобритания препятствовала этому процессу, стремилась сохранить статус-кво владений султана, не вступая в открытый конфликт против французов[1].

А.М. Горчаков считал, что для преодоления политической изоляции наиболее вероятной союзницей России могла выступить Франция. Этим объяснялась относительная пассивность отечественной дипломатии и согласие с деятельностью французов на Ближнем Востоке. Внешнеполитический курс российского МИДа в полной мере отражался на применении отечественного ВМФ в Средиземном море в конце 50-х – начале 60-х годов XIX в.

В то время территория Сирии, провинции Османской империи, включала в себя земли современных Сирии, Ливана, Израиля, Иордании и Палестины. Владения султана на Ближнем Востоке отличались экономической отсталостью, многонациональностью и разнообразием религий местного населения. Торговля Сирии с европейскими странами поддерживалась с помощью морского транспорта. Ежегодно порты Бейрута, Триполи, Латакии, Яффы, Хайфы и некоторых других приморских городов посещало около 300 судов[2]. Отсутствие защищенных рейдов и неблагоприятный климат затрудняли их стоянку и обслуживание.

В 1859–1860 гг. в горном Ливане произошло очередное восстание крестьян, недовольных тяжелыми налогами. Антифеодальные выступления использовали местные шейхи, боровшиеся за власть. Эскалация конфликта проходила под религиозными лозунгами. Наибольшей агрессивностью отличались мусульмане. В марте 1860 г. английский генеральный консул в Сирии сообщал об убийствах, происходивших практически ежедневно. В Алеппо мусульманские фанатики разгромили австрийское консульство. 1 июня массовая резня христиан была организована в Сайде. В июле волна погромов прокатилась по Дамаску. Одним из первых объектов нападения стало российское вице-консульство, несколько сотрудников были убиты, а здание разграблено. Разрушениям подверглось здание французского консульства. Американские и голландские дипломаты получили тяжелые ранения. Консульства Австрии, Бельгии, Греции, США и Голландии были сожжены. За десять дней в Дамаске погибли до 6 тыс. человек и было разрушено около 3 тыс. домов[3]. В различных районах Сирии было сожжено 360 деревень, разрушено 560 христианских храмов и разграблено 42 монастыря. Европейцы в панике покидали Сирию. Крупные торговцы Бейрута обратились к консулам великих держав за помощью. По сообщениям российского генерального консула А.Ф. Бегера, в Бейрут прибыло множество беженцев из Дамаска и Алеппо, которым требовалась защита и гуманитарная помощь[4].

В середине июля 1860 г. министр иностранных дел Франции Э.А. Тувенель выступил с инициативой создания международной комиссии для разработки мер по урегулированию конфликта на Ближнем Востоке. Наполеон III задолго до предложения своего МИДа, не интересуясь мнением иностранных политиков, направил к берегам Сирии французскую эскадру. Великобритания выступила против вмешательства во внутренние дела Османской империи, однако несколько линейных кораблей покинули Мальту для демонстрации своего присутствия на Ближнем Востоке. Вскоре в Бейруте появились австрийский фрегат, а также корабли ВМС Сардинского королевства и Османской империи.

8 июля 1860 г. А.М. Горчаков заявил о согласии России с созданием международной комиссии по сирийской проблеме. Одновременно отечественный ВМФ срочно приступил к сосредоточению своих кораблей в районе конфликта. С началом обострения обстановки единственным российским кораблем на Средиземном море был 53-пушечный фрегат "Илья Муромец" под командованием капитан-лейтенанта О.П. Пузино. 14 июля из Кронштадта в Бейрут вышел новейший 70-пушечный фрегат "Генерал-адмирал" под командованием капитана 1 ранга И.А. Шестакова, который вскоре получил воинское звание контр-адмирала и возглавил российскую эскадру у берегов Сирии[5]. Спустя десять дней из главной военно-морской базы Балтийского флота на Средиземное море убыл 53-пушечный фрегат "Громобой" под командованием капитана 2 ранга И.П. Панафидина. В июле генерал-адмирал Российского флота Великий князь Константин Николаевич приказал начальнику Морских сил в Черном море и Главному командиру Николаевского порта вице-адмиралу Б.А. Глазенапу направить на Ближний Восток вооруженную шхуну "Туапсе" и 9-пушечный корвет "Сокол" под командованием капитан-лейтенанта А.Б. Асланбегова. В мае 1861 г. состав российской эскадры пополнился 57-пушечным фрегатом "Олег" под командованием капитана 2 ранга П.П. Андреева[6]. Кроме того, российский флаг в портах Сирии представляли корвет "Ястреб" и вооруженная шхуна "Псезуапе". Не все из перечисленных российских кораблей одновременно находились в районе конфликта, происходила их поэтапная ротация с возвращением в Кронштадт и Севастополь после длительного плавания. Осенне-зимние штормы, изменение обстановки на берегу и необходимость ремонта кораблей также влияли на состав сил, подчиненных И.А. Шестакову.

Активность военно-морской деятельности европейских держав у берегов Ближнего Востока в конце августа 1861 г. подтверждалась сосредоточением на рейде Бейрута 13 линейных кораблей, 4 фрегатов, 1 корвета и 4 пароходов под флагами разных наций. Как правило, иностранные и российские корабли стояли на рейде Бейрута, самого крупного порта Сирии в середине XIX в. В городе находились резиденции европейских консульств, в том числе российского генерального консула А.Ф. Бегера[7]. По просьбе дипломатов корабли периодически совершали плавания вдоль сирийского побережья с посещением портов. В первой половине сентября 1860 г. фрегат "Илья Муромец" заходил в Триполи, Латакию, Александретту и Акру. Командир и офицеры корабля встречались с дипломатами, и не только с российскими, для выяснения обстановки и принятия необходимых мер. В Латакии командир фрегата капитан-лейтенант О.П. Пузино вынужден был потребовать от губернатора города использовать всю свою власть для предотвращения беспорядков, так как в противном случае экипаж российского корабля готов был самостоятельно защитить христиан Латакии. Подобные предупреждения и сам факт появления военных моряков на улицах приморских городов быстро восстанавливали спокойствие среди христиан и сдерживали угрозы мусульманских фанатиков.

В конце сентября – начале октября 1860 г. обход сирийских портов совершил флагманский корабль эскадры – фрегат "Генерал-адмирал". В дальнейшем остальные российские корабли неоднократно практиковали одиночное крейсерство вдоль побережья с кратковременным пребыванием в том или ином порту.

На четырех российских фрегатах была отработана организация высадки на 27 гребных плавсредствах морского десанта в составе 1174 человек и 17 легких орудий. В период пребывания на рейде Бейрута по приказанию И.А. Шестакова назначался дежурный корабль, который следил за появлением условных сигналов персонала российского консульства на берегу и наблюдал за действиями иностранных эскадр на рейде Бейрута.

К концу октября 1860 г. большинство кораблей европейских стран покинули рейд Бейрута из-за осенних штормов и временной стабильности обстановки в городах Сирии. Российская эскадра оставалась на рейде и только в середине ноября вынуждена была перейти в одну из бухт залива Искендерун недалеко от Александретты[8]. До мая 1861 г. у берегов Сирии оставался фрегат "Илья Муромец". Остальные российские корабли находились в Пирее или совершали плавание в Эгейском море.

16 мая 1861 г. контр-адмирал И. Шестаков получил приказание Морского министерства о срочном сосредоточении на рейде Бейрута основных сил эскадры. Это было связано с опасениями МИДа по поводу возможного обострения вооруженного конфликта при выводе из Сирии французских войск под командованием генерала Ш.М. Бофора. Мобильность сил позволила к 29 мая сосредоточить в назначенном районе все четыре российских фрегата, составлявших основу эскадры российского ВМФ на Средиземном море.

Летом 1861 г. русские корабли возобновили крейсерство вдоль побережья с посещением Бейрута, Триполи, Латакии и других портов Сирии. 21 августа адмирал Н.К. Краббе, управляющий Морским министерством России, разрешил эскадре Шестакова аналогично английской и французской эскадрам покинуть воды Ближнего Востока, но только при отсутствии угрозы для христиан Сирии. В дальнейшем российские моряки должны были учитывать характер деятельности иностранных кораблей и принимать адекватные меры.

В сентябре 1861 г. оставшиеся у берегов Сирии два фрегата и корвет российского ВМФ в очередной раз прошли вдоль побережья до залива Искендерун. В октябре при возвращении в Бейрут выяснилось, что из английской эскадры на рейде остались фрегат и две канонерских лодки, ВМС Франции представляли два вооруженных парохода. Российская эскадра также покинула Бейрут, оставив в распоряжении генерального консула А.Ф. Бегера 9-пушечный корвет "Ястреб". В случае необходимости к нему мог присоединиться фрегат "Олег", совершавший плавание в Эгейском море[9].

К 1862 г. турецкая администрация сумела восстановить порядок, и иностранные ВМС отозвали свои корабли с Ближнего Востока, поэтому Россия снизила активность военно-морской деятельности у побережья Сирии. Скромный бюджет Морского министерства не позволял сохранить военное присутствие в Средиземноморском регионе на прежнем уровне. Эскадра контр-адмирала Шестакова была расформирована, два фрегата, корвет и шхуна возвратились в свои базы.

Благодаря военно-морской деятельности России, согласованной с военным присутствием Великобритании и Франции, конфликт в Сирии в 1860–1861 гг. был локализован и приостановлен. В прибрежных городах, ставших местом проживания большинства беженцев, пострадавших в центральных районах провинции, массовой резни христиан не наблюдалось. Военные моряки оказались гарантом безопасности и спокойствия мирного населения всего сирийского побережья. Совместная деятельность МИДа и Морского министерства России повлияла на решения международной комиссии и Оттоманской империи, которые вынуждены были более полно учитывать интересы греко-православной конфессии. Ее представители вошли в состав центрального административного совета при губернаторе Сирии, что ранее не предусматривалось [10].

Российский Военно-Морской Флот в целом успешно решил поставленные задачи в период урегулирования вооруженного конфликта в Сирии с 1860 по 1861 г. При этом выявились некоторые особенности военно-морской деятельности России у берегов Ближнего Востока.

Военно-морская деятельность, связанная с защитой национальных интересов в удаленных районах, потребовала тесного взаимодействия отечественного ВМФ и МИДа. Россия была вынуждена последовать примеру Франции и Великобритании, которым принадлежала инициатива в сосредоточении эскадр у берегов Сирии. Первым российским кораблем, оказавшимся в районе конфликта в мае 1860 г., был фрегат "Илья Муромец". Корабль находился в распоряжении дипломатов, представлявших Россию в Греции. Он покинул Эгейское море и 23 мая прибыл на рейд Бейрута в распоряжение российского генерального консула в Сирии. По инициативе МИДа изменился план дальнего похода в Средиземное море фрегата "Генерал-адмирал". Морское министерство предусматривало плавание корабля в западной части моря и переход на Ближний Восток не ранее марта 1861 г. Вмешательство А.М. Горчакова ускорило выход фрегата из Кронштадта, и 24 августа 1860 г. он прибыл в Бейрут. Накануне отплытия фрегат посетили император Александр II, министр иностранных дел А.М. Горчаков и генерал-адмирал Российского ВМФ Великий князь Константин Николаевич.

Инструкции Морского министерства требовали от И.А. Шестакова согласования своих действий с генеральным консулом России в Сирии А.Ф. Бегером и членом международной комиссии по урегулированию конфликта Е.П. Новиковым. МИД, в свою очередь, также предпринимал шаги к укреплению взаимодействия с моряками. Директивой № 129 от 28.02.1861 г. Азиатский департамент МИД, потребовал от всех российских консульств прибрежных городов Ближнего Востока оказания необходимой помощи представителям Морского министерства[11].

Несмотря на принятые меры, в сотрудничестве МИД и ВМФ проявлялись отдельные недостатки. Причинами этого являлись незнание российскими дипломатами потенциальных возможностей ВМФ по защите национальных интересов в мирное время; отсутствие устойчивых национальных традиций, рассматривающих ВМФ как одно из наиболее эффективных средств реализации внешней политики государства; недостаток опыта миротворческой деятельности кораблей в районе вооруженного конфликта, возникшего из-за национальных, религиозных и политических противоречий. Контр-адмирал И.А. Шестаков вынужден был позднее признать, что Морское министерство и МИД напоминали два обособленных и независимых удела, между которыми если и было что-то общее, то только взаимное недоверие друг к другу[12].

МИД России заранее не ориентировал Морское министерство о развитии политической ситуации в Средиземноморском регионе, хотя в марте–апреле 1860 г. российские консульства в Сирии предупреждали руководство своего ведомства об эскалации конфликта в ближайшее время. В итоге ВМФ России, имевший в феврале 1860 г. на Средиземном море 84-пушечный линейный корабль "Гангут", два фрегата (53-пушечный "Илья Муромец" и 40-пушечный "Светлана"), пароходо-фрегат "Олаф", два 11-пушечных корвета "Вол" и "Медведь", к концу июня был представлен единственным кораблем – "Илья Муромец". Подчиняясь российскому посланнику в Афинах А.П. Озерову, корабль вынужден был демонстрировать свое присутствие у берегов Сирии и Неаполитанского королевства, где ситуация резко обострилась.

На уровне руководства министерств взаимодействие не всегда отвечало возросшим требованиям, однако на более низких уровнях иерархической структуры МИД и ВМФ взаимопонимание было достигнуто быстрее. Генеральный консул А.Ф. Бегер и начальник эскадры И.А. Шестаков разработали условные сигналы, которые должен был подавать персонал российского консульства в Бейруте для получения срочной помощи от отечественной эскадры, стоявшей на рейде. Начальник эскадры и командиры кораблей тесно сотрудничали с российскими консулами в Тартусе, Сайде и Латакии [13]. Дипломаты, находившиеся в районе конфликта, проявляли больше заинтересованности в поддержке со стороны флота. При встречах с командованием эскадры консулы предоставляли информацию об обстановке в городе, о проблемных вопросах и путях их решения. Моряки делали все от них зависящее, чтобы обеспечить безопасность персонала консульств и христианского населения побережья Сирии.

Крайне редко возникали недоразумения. В августе 1860 г. с приходом фрегата "Генерал-адмирал" в Бейрут И.А. Шестаков посетил российское генеральное консульство, однако четких инструкций и исчерпывающей информации об обстановке в районе конфликта не получил. В отличие от российских моряков начальник английской эскадры адмирал У. Мартен сразу после захода на рейд Бейрута получал от своих дипломатов всю служебную переписку по событиям в Дамаске[14]. В конце мая 1861г. при повторном сосредоточении иностранных кораблей в Бейруте французский вице-адмирал Б. де Теннант попытался уточнить инструкции И.А. Шестакова для согласования совместных действий. Начальник российской эскадры ограничился уклончивым ответом, так как получил только общие указания. В октябре 1860 г. российский консул в Александрии отказал в помощи фрегату "Илья Муромец", командир которого с большим трудом собрал деньги, необходимые для оплаты услуг лоцмана и покупки угля.

К особенностям военно-морской деятельности России у берегов Сирии относится небоевой характер миротворческих задач, основанный на принципе применения оружия исключительно в целях самообороны. В инструкции командиру фрегата "Илья Муромец", оставшемуся в январе–феврале 1861 г. у берегов Сирии, рекомендовалось использовать прежде всего меры убеждения. Только при явной угрозе христианскому населению допускались более решительные действия. Присутствие российских моряков должно было исключить пролитие крови мирных жителей. Применение оружия рассматривалось как крайняя мера. В конце июля 1861 г. в Бейруте был оставлен корвет "Ястреб", которому запрещалось наносить превентивные удары по инициаторам беспорядков. Действия экипажа ограничивались оборонительными мерами, направленными на защиту христиан. Оружие разрешалось применять только в кризисных ситуациях.

Характер применения оружия регламентировался не только для эскадры в целом. Напряженная обстановка в приморских городах, возможность провокаций со стороны мусульманских фанатиков потребовала от И.А. Шестакова издания специального приказа: с 15 июня 1861 г. всем российским морякам, сходившим на берег в военной форме одежды, предписывалось иметь при себе личное оружие, но применять его разрешалось только для самозащиты, не допуская злоупотреблений[15].

Отказ эскадры контр-адмирала И. Шестакова от агрессивных действий и необдуманного применения оружия в полной мере соответствовал принципам внешней политики России, исключающим ввязывание в конфликты и вооруженное вмешательство во внутренние дела суверенных государств.

Быстрое сосредоточение сил ВМФ у берегов Сирии и периодическая замена кораблей в районе конфликта потребовали участия сил двух флотов – Балтийского и Черноморского. Эта особенность являлась следствием геостратегического положения России. Относительная близость системы базирования к Восточному Средиземноморью позволяла Черноморскому флоту быстро осуществлять развертывание сил в район конфликта, но отсутствие на Чёрном море крупных кораблей потребовало привлечения фрегатов Балтийского флота. В начале 60-х годов XIX в. этот флот был единственным в России объединением, имевшим в своем составе боевые корабли всех основных типов, включая паровые линейные корабли с винтовым движителем, но серьезным недостатком была большая продолжительность перехода сил Балтийского флота из Кронштадта до портов Ближнего Востока (31–42 суток). При отсутствии предварительных распоряжений со стороны МИДа сосредоточение сил ВМФ России происходило с запозданием. В августе 1860 г. Россия имела у берегов Сирии 2 корабля, Великобритания – 6, а Франция – 5. В ноябре эскадра И.А.Шестакова увеличилась вдвое, когда напряженность обстановки в районе конфликта снизилась, а Великобритания и Франция сократили свои силы в Бейруте до 1–2 кораблей.

Фрегаты Балтийского флота вынуждены были находиться в Средиземном море длительное время. До окончания конфликта эскадру Шестакова 16 июля 1861 г. покинул только "Илья Муромец", который вышел в поход из Кронштадта 13 августа 1859 г. [16]. Черноморский флот выполнил плановую замену корвета "Сокол" и шхуны "Туапсе" кораблями аналогичных классов.

Эскадра Российского ВМФ у берегов Сирии по своим количественным и качественным характеристикам не в полной мере соответствовала решаемым задачам. До августа 1860 г. в районе конфликта находился один российский фрегат, который не мог крейсировать вдоль побережья с заходом в сирийские порты, так как по приказанию генерального консула постоянно оставался на рейде Бейрута. В феврале 1861 г. И.А. Шестаков докладывал морскому министру о наличии в составе английской и французской эскадр большого количества легких кораблей, постоянно решавших широкий спектр задач. Основу российской эскадры (около 70%) составляли крупные фрегаты. Большая осадка не позволяла им близко подходить к берегу, а ограниченное количество единиц не обеспечивало одновременно крейсерства вдоль всего сирийского побережья и военного присутствия на рейде Бейрута.

Флагманским кораблем эскадры был назначен 70-пушечный фрегат "Генерал-адмирал". Состав его вооружения, размерения корпуса и размеры рангоута заметно превосходили стандарты отечественного кораблестроения, принятые для фрегатов. Построенный в Нью-Йорке по заказу России, корабль строился в традициях ВМС США. Появление "Генерал-адмирала" в Бейруте вызвало восхищение моряков европейских стран и местного населения. Однако большие длина корабля и его осадка ограничивали маневр российского флагмана на рейдах сирийских портов. В октябре 1860 г. фрегаты "Генерал-адмирал" и "Громобой" прибыли в Александрию для пополнения запасов. Флагманский корабль вынужден был сразу же вернуться на внешний рейд Бейрута, так как лоцманы Александрии категорически отказались от проводки такого большого корабля в свой порт [17]. Это существенно затруднило снабжение фрегата "Генерал-адмирал" необходимыми припасами.

Качество материальной части неоднократно вызывало нарекания экипажей кораблей. И.А. Шестаков писал, что в ходе боевой подготовки "...выяснилась техническая несовершенность кораблей, построенных наскоро во время и сразу после Крымской войны. На некоторых кораблях материальная часть артиллерии пришла в такое состояние, как будто выдержала бой с противником. Многое рушилось вдребезги, оказывалось совершенно не отвечающим цели, годным только на показ. Ремонт занимал все свободное время экипажей" [18].

Сложные работы с энергетическими установками кораблей невозможно было выполнить в Восточном Средиземноморье из-за отсутствия квалифицированных специалистов, поэтому в октябре 1861 г. фрегат "Громобой" убыл на ремонт в Тулон, а шхуна "Псезуапе" направилась в Марсель для замены трубок в котлах. Ремонт кораблей на заграничных верфях еще более повышал стоимость содержания эскадр России на Средиземном море.

Большая удаленность района плавания от берегов России и длительное время прохождения информации существенно затрудняли Морскому министерству управление силами в районе конфликта. Попытка поддерживать устойчивую и постоянную связь с помощью российских консульств не решала проблему.

На этапе перехода и в период плавания по Средиземному морю корабли передавали несекретную информацию в Морское министерство по международным линиям телеграфной связи, соединявшим город–порт захода с Санкт-Петербургом. Телеграммы, ограниченные по объему, содержали, как правило, название порта и корабля, дату прибытия и убытия. Более подробная служебная информация, имевшая секретный характер, передавалась дипломатической почтой либо доставлялась специальными курьерами. Это существенно затрудняло своевременное принятие решения командирами кораблей и начальником эскадры. Служебная переписка между эскадрой в Бейруте и командованием ВМФ в Санкт-Петербурге через Российское посольство в Константинополе занимала более месяца. В сентябре 1860 г. И.А. Шестаков предложил управляющему Морским министерством направлять указания телеграфом в Марсель, откуда в Бейрут регулярно ходили рейсовые пароходы. Время доведения информации при этом составляло не более 12 дней.

В феврале 1861 г. управляющий Морским министерством адмирал Н.К. Краббе вновь поднимал вопрос о поддержании связи со Средиземноморской эскадрой. Он отметил трудности управления, вызванные незнанием руководством министерства положения кораблей в регионе. Длительное время прохождения информации и частые перемещения кораблей неоднократно приводили в Главном морском штабе к потере текущей обстановки. Н.К. Краббе признавал наличие в английской и французской эскадрах на Ближнем Востоке многочисленных посыльных кораблей, которые постоянно курсировали между флагманскими кораблями и портами, имевшими устойчивую телеграфную связь с Лондоном и Парижем [19]. Российская эскадра из-за недостатка легких кораблей и строгой экономии угля должна была пользоваться услугами своих консульств, что, по признанию адмирала Н.К. Краббе, только затрудняло и замедляло обмен информацией между начальником эскадры в Бейруте и Морским министерством в Санкт-Петербурге.

Одна из основных особенностей военно-морской деятельности России у берегов Сирии заключалась в необходимости строгой экономии бюджета Морского министерства при решении сложных задач по защите национальных интересов государства в условиях острых международных противоречий.

В 1860 г. плавания различной продолжительности и с различными целями совершили 127 кораблей отечественного ВМФ, из них только 29 кораблей находились в дальних заграничных походах. В период нарастания конфликта на Ближнем Востоке Морское министерство России имело у берегов Сирии один фрегат, возвратив из Средиземного моря эскадру контр-адмирала Ф.Д. Нордмана. Ко времени убытия в Кронштадт продолжительность плавания кораблей этого соединения составила не более 10 месяцев, что не могло послужить причиной отказа от задержки кораблей в районе конфликта.

Английские и французские корабли, не лимитированные запасами топлива, постоянно находились в крейсерстве вдоль берегов Сирии, демонстрируя свой флаг в портах значительно чаще, чем русские корабли. Местное население, отмечая этот факт, делало вывод о слабости Российского ВМФ, либо о незаинтересованности России в поддержке христиан Ближнего Востока. Истинные причины недостаточной активности эскадры И.А. Шестакова у берегов Сирии объяснялись не политическими причинами, а недостатком финансирования Морского министерства.

В конце февраля 1861 г. российские моряки в Бейруте получили циркуляр генерал-адмирала с приказанием командирам кораблей и начальникам отрядов (эскадр) совершать плавания под парусами. Паровые машины предписывалось использовать только при крайней необходимости: при входе в порт и выходе из него, при проходе узкости или при полном штиле. Генерал-адмирал Великий князь Константин Николаевич объяснял эту меру необходимостью обучения личного состава морской практике и, самое главное, экономией средств Морского министерства на оплату угля для паровых кораблей.

3 марта 1861 г. командир фрегата "Илья Муромец", находившегося в крейсерстве от Бейрута до залива Искендерун, доложил начальнику эскадры о невозможности выполнения требования по экономии угля, так как у берегов Сирии стоял штиль. Капитан-лейтенант Н.О. Пузино отмечал также возникшие затруднения в посещении портов с той же периодичностью, что и иностранные корабли [20]. Командование ВМФ официально сообщило, что необходимость сокращения расходов бюджета являлось главной причиной расформирования в конце 1861 г. российской Средиземноморской эскадры.

Военно-морская деятельность России у берегов Сирии выявила необходимость наличия в составе эскадры десантных сил, способных контролировать ситуацию на берегу. Появление на рейде одного или нескольких кораблей не гарантировало предотвращения беспорядков в приморских городах и отдаленных от моря населенных пунктах.

В 60-е годы XIX в. Россия, как и другие европейские державы, не имела в составе ВМФ десантных кораблей специальной постройки. Эскадры, сосредоточенные у берегов Сирии, не располагали войсками, которые бы специально предназначались, обучались и экипировались для высадки на берег. Военное присутствие на берегу, согласно решению международной конференции, было разрешено только Франции. В районе Бейрута расположился корпус генерала Ш.М. Бофора в составе двух полков армейской пехоты, трех кавалерийских эскадронов, роты инженерных войск и трех орудий горной артиллерии[21]. Эти войска были доставлены из Марселя в Бейрут на зафрахтованных судах и высажены на берег с помощью плавсредств кораблей французской и российской эскадр. Число солдат, район их действий и срок пребывания в зоне конфликта были предметом обсуждения международной комиссии. Ограниченность применения войск Ш.М.Бофора в Сирии определялась не военными, а прежде всего, политическими причинами.

Крейсерство кораблей многонациональных миротворческих сил сопровождалось периодическими заходами в порты и появлением на улицах городов военных моряков. Это было реальным сдерживающим фактором, не допускавшим конфликтовавшие стороны до кровопролития. В боевых распоряжениях начальник российской эскадры предусматривал высадку на берег отряда моряков для защиты христианского населения от мусульманских экстремистов. Персонал Российского генерального консульства находился в готовности к подаче при необходимости условных сигналов кораблям И.А. Шестакова, стоявшим на рейде Бейрута. Объявление тревоги означало, прежде всего, высадку и прибытие на территорию российского представительства десантной партии вооруженных моряков. Осуществляя руководство военно-морской деятельностью у берегов Сирии, Морское министерство предоставило начальнику эскадры право применения десантных отрядов, требуя при этом воздерживаться от отправки моряков в глубь сирийской территории. Таким образом, целесообразность высадки морского десанта при обострении обстановки в районе конфликта признавалась на всех уровнях управленческой структуры отечественного ВМФ – от командира корабля и начальника эскадры до управляющего Морским министерством.

Реальные возможности российской эскадры по высадке десанта были ограниченными. В декабре 1860 г. на кораблях были сформированы две роты по два взвода в каждой [22]. В состав десанта назначались матросы абордажных партий, плотники, конопатчики, парусники, ученики кочегаров и т.д. Это был личный состав, без которого можно было временно обойтись при стоянке корабля на рейде. В качестве высадочных средств использовались штатные корабельные барказы и полубарказы, 12- и 14-весельные катера и вельботы. Эти десантно-высадочные средства вооружались четвертьпудовыми единорогами, 12-фунтовыми пушками, 8-фунтовыми карронадами, а также 2,5- и 4-дюймовыми ракетами. Подготовленность личного состава к высадке и действиям на берегу была невысокой, поэтому начальник эскадры контр-адмирал И.А. Шестаков при каждой возможности проводил учения.

Военно-морская деятельность у берегов Сирии выявила необходимость концентрации сил, способных действовать на берегу. Формирование многочисленного десанта из экипажей кораблей различных классов требовали привлечения к решению этой задачи всей эскадры, сосредоточенной в одном назначенном районе. Выполнение этого условия противоречило необходимости осуществления крейсерства вдоль побережья. Убытие в плавание даже одного корабля снижало численность всего десанта. Кроме того, уровень подготовки корабельных специалистов к ведению боя на городских улицах вызывал сомнения в высокой эффективности действий и способности избежать неоправданных потерь.

Исторический опыт, накопленный российскими моряками при урегулировании вооруженного конфликта в Сирии с 1860 по 1861 г., можно использовать в качестве источниковой и доказательной базы при дальнейшем развитии теории и практики применения ВМФ в современных условиях. Изменения в конструкции кораблей, вооружении и технических средствах не привели к отрицанию законов и закономерностей, которыми продолжает оперировать военно-морская наука. Было бы неправильным считать, что миротворческие действия ВМФ, предотвращение эскалации конфликтов и активное участие моряков в защите национальных интересов являются результатами политических кризисов конца XX – начала XXI в. Военно-морская деятельность в условиях мирного времени имеет более глубокие исторические корни. Опыт применения российского ВМФ в XIX в. требует всестороннего анализа, так как не утратил своей актуальности в современных условиях.

Капитан 1 ранга Е. РУКАВИШНИКОВ,  доктор военных наук, профессор

Примечания

1. История дипломатии. Т.1. - М.: Политическая литература, 1959. С.691; Фадеева И.Л. Османская империя и англо-турецкие отношения в середине XIX века. – М.: Наука, 1982. С.96.

2. Сирия, Ливан и Палестина в описаниях российских путешественников, консульских и военных обзорах первой половины XIX века. – М.: Наука, 1991. С.258.

3. Панченкова М.Т. Политика Франции на Ближнем Востоке и сирийская экспедиция 1860–1861 годов. – М.: Наука, 1966. С.109, 111.

4. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф.208, оп.819, д.25, л.48.

5. Российский государственный архив ВМФ (РГА ВМФ). Ф.26, оп.1, д.18, л.24.

6. РГА ВМФ. Ф.410, оп.2, д.2391, л.103.

7. АВПРИ. Ф.208, оп.819, д.23, л.150.

8. РГА ВМФ. Ф.26, оп.1, д.18, л.52.

9. РГА ВМФ. Ф.410, оп.2, д.2391, л.167.

10. Панченкова М.Т. Политика Франции на Ближнем Востоке и сирийская экспедиция 1860–1861 годов. С.201.

11. АВПРИ. Ф.208, оп.819, д.25, л.189.

12. РГА ВМФ. Ф.26, оп.1, д.18. л.37.

13. АВПРИ. Ф.208, оп.819, д.23, л.389.

14. Шестаков И.А. Полвека обыкновенной жизни. Воспоминания (1831–1881). СПб.: Судостроение, 2006. С.336.

15. РГА ВМФ. Ф.410, оп.2, д.2460, л.173; Ф.541, оп.1, д. 14, л.33.

16. Обзор заграничных плаваний судов российского военного флота. Т.1. – СПб.: Морское министерство, 1871. С.239.

17. РГА ВМФ. Ф.410, оп.2, д.2391, л.50.

18. РГА ВМФ. Ф.26, оп.1, д.18, л.55.

19. РГА ВМФ. Ф.410, оп.2, д.2389, л.30.; д.2460, л.Зоб.

20. РГА ВМФ. Ф.541, оп.1, д.14, л.21об.; ф.410, оп.2, д.2391. л.67об.

21. Панченкова М.Т. Политика Франции на Ближнем Востоке и сирийская экспедиция 1860–1861 годов. С.149.

22. РГА ВМФ. Ф.541, оп.1, д.14, л.31–31об.

 

Просмотров: 2704
Комментариев: 0
Автор: Е. РУКАВИШНИКОВ
Источник: "Морской сборник"
Фото: english.turkcebilgi.com
Тэги: Крымская война  Сирия  Палестина  Российский флот 
В тему:


Просмотреть все комментарии к новости
Добавить коментарий
Ваше имя
Тема
Комментарий
Число на картинке


    Последние публикации
Александр Павлович Авинов — черноморский Моряк и Губернатор Севастополя
18 марта исполняется 235 лет со дня рождения  Александра Павловича Авинова — знаменитого русского адмирала, путешественника, участника Н >>>


«Геоэкономика энергетики»: анализ состояния мировых рынков нефти и газа для политических практиков и бизнеса
Исполнительный директор Института стран СНГ в городе Севастополе, председатель Союза журналистов Севастополя Сергей Горбачев в онлайн-режиме принял >>>


Остров Даманский: бой по заказу. Полвека назад советские воины погибали, защищая Родину
2 марта исполняется 52 года со дня советско-китайского вооруженного конфликта на острове Даманский. Дата некруглая. Но и 50-летие боя за остров в ма >>>


Паралич диктатора. Обсудить на форуме Битва за Кувейт: 30 лет спустя
«Матерью всех битв» Саддам Хусейн назвал сражение за Кувейт. То самое, которое он так сокрушительно проиграл. Захватив Кувейт, а затем не >>>


Титан с характером. На АПЛ «Комсомолец» погибли 42 из 69 находившихся на борту подводников
В Мировом океане бесследно пропали десятки подводных лодок, среди которых и советские субмарины, о чем наше руководство предпочитало в те годы умалч >>>


Армия Головатовцев. Воинским частям и подразделениям ВСУ присваиваются имена украинских бандитов
На Украине полным ходом перелицовывают историю. Жители страны несколько лет назад узнали, что именно их предки выкопали Черное море, а у Иисуса Хрис >>>


В Госдуме назвали угрозы Кравчука дипломатической подготовкой военной провокации
Заявления экс-президента Украины Леонида Кравчука о решительных шагах Киева в отношении Москвы по ситуации в Донбассе являются дипломатической подг >>>


Коронавирус на Закарпатье: спасать будут не всех. В Закарпатской области Украины сложилась катастрофическая ситуация – всех заболевших лечить не смогут
В субботу, 6 марта, Минздрав Украины внёс в «красную зону» так называемого адаптивного карантина Закарпатскую область. В «красно >>>


Молдова: НПО вместо парламента? Майя Санду продолжает игнорировать действующий парламент
Прошедшую неделю президент Молдавии   Майя Санду   посвятила консультациям с представителями неправительственных общественных организац >>>


Поможет ли «десант» ЕС выйти Грузии из политического кризиса. Примирить конфликтующие стороны – власти и оппозицию – пытались многие
В Грузии продолжаются поиски путей выхода из политического кризиса, правда, ищут эти пути не представители конфликтующих сторон – власти и >>>


Поиск



Наш день

8 Марта — Международный женский день в России, Масленица — начало масленичной недели в России
В этом году на 8 Марта выпало отмечать два праздника. Это Международный женский день и Масленица.

Объектив

Фотогалерея


Отражение (новый выпуск!)



В фокусе


Сергей Горбачев: «Без камней с неба: 7 лет Русской весны. События и люди»

Православные праздники


Газета ФГУП "13 СРЗ ЧФ" МО РФ


Свежий выпуск

Тема
Новое оружие стимулирует масштабную модернизацию Флота. Корабли получат гиперзвуковые ракеты и ранее недоступные возможности
Журналисты Севастополя: сверка рядов, планы, проекты, конкурс и слёт
«Айя София: музей, мечеть и/или собор – подоплека событий и перспективы»
Эта мера нанесёт ущерб нацбезопасности и престижу армейской службы. Предложенный Минфином секвестр расходов на оборону РФ неприемлем, заявляют в Общественной палате
Музейные выставки побывали на байк-шоу
Турция заявила о готовности подписать второй контракт на закупку С-400
Армия Головатовцев. Воинским частям и подразделениям ВСУ присваиваются имена украинских бандитов
Карпаторусизм в истории России
Книга об адмирале Н.И. Ховрине представлена морской общественности Севастополя
Реклама


Погода


Ранее
#Вернитесупрун. 1 апреля 2020 года на Украине стартовал второй этап медицинской реформы

IX ТЕННИСНЫЙ ТУРНИР ПОБЕДИТЕЛЕЙ