Отклик на статью "НАТО в новых границах"

НАТО наконец-то устранило в системе блока разрыв между Западными и Восточными Балканами, точнее – между Адриатикой и Черным морем. Между тем премьер Македонии (2007–2015) Никола Груевский в ходе состоявшегося в 2012 году визита в РФ предлагал создать политико-экономическую цепочку Подгорица – Белград – Скопье – Москва, причем с зоной свободной торговли между Македонией и Евразийским союзом (с Сербией она существует с начала 2000-х). Отмечал актуальность строительства с российским участием судоходного канала Дунай – Вардар – порт Салоники. Этот стратегический проект, возникший еще во второй половине 70-х, поддерживался и Сербией, и Грецией. Говорю со слов Груевского, с которым в 2012 году беседовал, работая в ТПП РФ.

Проект строительства с российским участием судоходного канала Дунай – Вардар – порт Салоники поддерживался Сербией и Грецией

Премьер Македонии отказывался от переименования страны, на чем Афины в тот период настаивали лишь формально. Ибо Греция и тогда, да и раньше – даже в годы правления "черных полковников" (1967–1974) была против подконтрольности всей своей сухопутной границы Североатлантическому альянсу. А в названии Македонии главным раздражителем для Запада было именно "бывшая югославская республика", то есть напоминание о едином федеративном государстве.

Но наши власти по некомпетентности или намеренно проигнорировали инициативы Груевского, важные для России. А ведь он выступал за диалог и экономическое взаимодействие между странами бывшей Югославии, что активно поддерживалось не только Сербией, но и Словенией. Москва умыла руки, и Запад быстренько принудил соседей Македонии отказаться от поддержки подобных инициатив. Груевского же в самом начале 2016 года "ушли" в отставку...

Запад никогда не доверял Македонии. За конфедеративное обустройство страны, против натовской блокады и бомбардировок Сербии, как и против отсечения от нее Косова, активно выступал Киро Глигоров, один из руководителей титовской Югославии и первый президент Македонии (до октября 1999-го). Он же часто повторял: "Независимо от того, существует ли Югославия, все мы югославяне. Потому обязаны понимать друг друга и стремиться к консолидации". Неудивительно, что в конце 90-х началась череда покушений и клеветы на него, что ускорило кончину политика.