Опрос

Должно ли стать 100-летие Гражданской войны в 2020 году Событием всероссийского масштаба
Да, вне всякого сомнения
Нет, абсолютно незначительное событие
Рядовое событие на фоне происходящего
Мало знаю по этой теме
Не понимаю, о чём речь
Мне безразлично
Гражданская война не закончилась до сих пор


Праздники России

Праздники России

Русский вопрос


Еженедельная авторская
телепрограмма К. Затулина

Читайте также
НАТО следует не провоцировать РФ, а вместе бороться против терроризма - председатель ДПФ
Последний шанс Белой Руси. Что должен предпринять Александр Лукашенко, если судьба республики для него важнее собственной?
Депутат Затулин обратился к властям, всем политическим силам и гражданам Южной Осетии
Флот: события и факты
В нигерийских джунглях ждут выкуп. Первая выплата за освобождение моряков уже перехвачена
Главы МИД Армении и Ирана отметили важность сохранения хороших отношений. Переговоры прошли на фоне попыток со стороны Баку внести напряжённость в ирано-армянские отношения
Ливийская нефтяная компания возобновляет экспорт нефти с ряда месторождений страны
В лагере врагов Хафтара разгорается междоусобица. Отставка главы МВД в Триполи запустила цепную реакцию
Алексей Рахманов: «В военном кораблестроении мы максимально независимы»
НА 13-М СРЗ ЧФ – НОВЫЙ ДИРЕКТОР
По «единому билету» - морем. Катамараны «Сочи-1» и «Сочи-2» включены в мультимодальную систему доставки пассажиров в Крым
На грузинском берегу
Наша библиотека. "Хроника флотского спецназа" (фото)

Реклама


Видеооко


Включай и смотри

Партнёры




У штурвалов всех флотов. Часть II


2015-07-19 11:15 Личность
21 июля 2015 г. исполняется 105 лет со дня рождения одного из создателей океанского флота страны, Героя Советского Союза, первого заместителя Главнокомандующего ВМФ СССР адмирала флота Владимира Афанасьевича Касатонова. Предлагаем нашим читателям страницы книги о флотоводце, автором которой является ученый секретарь ВНО ЧФ капитан 1 ранга Сергей Горбачев.

(Продолжение. Начало публикации 18 июля)

НА ЮЖНОМ ФЛОТЕ СТРАНЫ

Новые геополитические реалии

В ТЕЧЕНИЕ своей службы Владимир Афанасьевич занимал разные ответственные посты, но особо хотелось бы подчеркнуть тот факт, что в течение пяти лет он возглавлял штаб Тихоокеанского флота, десять лет командовал 8-м (Балтийским), Черноморским и Северным флотами и десять лет был первым заместителем Главнокомандующего ВМФ. Шутка ли, целая четверть века на мостике флагмана! Адмирал флота В. Касатонов за это время приобрел действительно уникальный опыт, одной из главных черт которого было знание специфики, нюансов службы на всех флотах страны.

Служба на Черноморском флоте, конечно, имела свои особенности. Не секрет: бытует расхожее мнение о том, что Черноморский флот – флот “императорский”, “парадный”. Даже есть такая расшифровка аббревиатуры ЧФ – “Чи флот, чи не флот…”

Все это – от лукавого. На любом из российских флотов служить нелегко. Если говорить о Черноморском флоте, то особое напряжение службы определяется как раз тем, что он наиболее посещаем руководителями разных рангов. И черноморцы впитали в свою кровь стремление не ударить лицом в грязь, достойно представить свой флот, являющийся “лицом” всего ВМФ. Это гостям легко наблюдать за действиями моряков, а им всегда – и на учениях, и на парадах – нужно демонстрировать высокий уровень профессионализма.

Но, пожалуй, все же главная отличительная черта черноморцев – способность решать внезапно возникающие задачи. Стоит, наверное, напомнить: хронологически Великая Отечественная война началась именно на Черном море. Когда 22 июня на западной границе еще ничто не нарушало предрассветную тишину, в Севастополе грохотали зенитки, отбивавшие первый налет фашистской авиации. В первый день войны Черноморский флот потерь не имел. А в последующем действия моряков, их самоотверженность при обороне Одессы, Севастополя и Кавказа способствовали формированию облика черноморца, являющегося образцом мужества и героизма. Судите сами: четыре города Причерноморья – Одесса, Севастополь, Керчь и Новороссийск стали городами-героями.

Моряки-черноморцы в послевоенное время плавали больше, чем их коллеги на других флотах. Именно Черноморский флот стал на постоянной основе решать задачи боевой службы, интенсивность использования кораблей ЧФ в дальних походах была самой высокой. Именно в зоне ответственности Черноморского флота находился самый опасный очаг международной напряженности – периодически обостряющийся, незатухающий уже шесть десятилетий ближневосточный региональный конфликт.

ВЛАДИМИР АФАНАСЬЕВИЧ прибыл на Черноморский флот в декабре 1955 года. Тот год для страны, армии и флота был примечателен событиями, определившими направленность оборонной политики и темпы развития Вооруженных Сил.

23 октября 1954 года были подписаны Парижские соглашения, по которым ФРГ стала членом НАТО. Предложения СССР по созданию системы коллективной безопасности в Европе были отклонены западными державами. 5 мая 1955 г. Парижские соглашения вступили в силу, что повлекло за собой возрастание международной напряженности на основе усиления в политике европейских стран милитаристских мотивов.

В ответ на это 11 мая в Варшаве состоялось совещание представителей Советского Союза, ГДР, Польши, Чехословакии, Болгарии, Венгрии, Румынии и Албании, на котором 14 мая 1955 г. был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи этих государств, получивший название Варшавского Договора. Этот документ определял вопросы организации совместной обороны этих стран, обязательства о взаимной помощи в случае вооруженного нападения в Европе на одно или несколько государств – участников Договора. Было принято решение о создании Объединенного командования их вооруженными силами. Варшавский Договор был подписан спустя 6 лет после образования НАТО и явился ответной мерой СССР и стран, ставших его союзниками.

НЕСКОЛЬКО ЗАБЕГАЯ ВПЕРЕД, следует сказать о том, что в этот период и на Ближнем Востоке обострилась военно-политическая обстановка. С одной стороны, народы арабских государств решительно выступили в защиту своей независимости и законного права свободно распоряжаться природными богатствами своих стран. С другой – страны Запада, прежде всего Англия и Франция, а также Израиль, стремились реализовать свои цели, основанные на интересах нефтяных монополий, мировых финансовых кругов. Плюс к этому в 1956 году в Венгрии, ставшей членом Организации Варшавского Договора, возник внутренний кризис, провоцированию и обострению которого всячески способствовали США. Назревали события в Польше, которые были упреждены возвращением Владислава Гомулки в "большую" политику. Результатом стало "компромиссное" решение об отзыве из Варшавы К.К. Рокоссовского, с 1949 г. являвшегося министром Национальной обороны и зам. председателя Совета министров Польши, Маршалом Польши. Страну также покинули советские военные советники.

Советский Союз в условиях нового соотношения сил занял позицию активного отстаивания своих интересов, оказания помощи своим союзникам и партнерам. Для “постсталинского” руководства СССР все более очевидной становилась роль вооруженной силы в решении международных проблем, достижении внешнеполитических целей. Постепенно приходило понимание значения в этом деле Военно-Морского Флота, хотя этот процесс шел трудно, не всегда целенаправленно и последовательно.

НЕОБХОДИМОСТЬ наличия мощного Военно-Морского Флота зримо доказал “Суэцкий кризис”, пиком которого стала агрессия Англии, Франции и Израиля против Египта.

 Свергнув в 1952 году режим короля Фарука, патриотически настроенные офицеры египетской армии взяли власть в свои руки и провозгласили республику. Новое правительство во главе с Гамаль Абдель Насером потребовало от Англии вывода ее войск из зоны Суэцкого канала. В довольно непростой обстановке, определявшейся после Второй мировой войны изменениями геополитического характера, Лондон был вынужден удовлетворить требования Каира. В 1954 году было подписано англо-египетское соглашение о выводе британских войск и ликвидации их баз на территории Египта. 18 июня 1956 г. последний английский солдат покинул египетскую землю.

Правительство Насера запланировало строительство высотной Асуанской плотины, которая должна была дать значительный прирост (до 1/3) орошаемых посевных площадей и мощную энергетическую базу для развития промышленности. В феврале 1956 г. Международный банк реконструкции и развития согласился предоставить Египту соответствующий заем, основу которого составляли деньги США и Англии. Таким путем ведущие державы Запада предполагали вернуть эту страну в орбиту своего влияния. Египетское правительство отвергло их унизительные политические условия. В ответ 19 июля 1956 г. в оскорбительной форме были отозваны обещания финансовой помощи. Возникший конфликт приобретал явно конфронтационные формы, обостряясь с каждым днем.

26 июля 1956 г. был принят декрет о национализации “Всеобщей компании Суэцкого морского канала”, долгое время являвшейся источником крупных доходов для акционеров Англии и Франции. Распределение доходов от эксплуатации канала весьма ярко отображало дискриминационную политику компании по отношению к Египту. В годы, предшествовавшие национализации, 10 % доходов компании отчислялось наследникам ее основателей, 2 % — служащим, 2 % — директорам, 80 % — остальным акционерам. Доля Египта составляла лишь 6 %. В 1955 г. из чистой прибыли , полученной компанией, Египту досталось и того меньше – всего 3 %.

Меры египетского правительства поначалу вызвали замешательство в мировых политических и финансовых кругах. Однако вскоре по сути законное решение о национализации Суэцкого канала (в 1856 г. бывший французский консул в Египте крупный предприниматель Фердинанд де Лессепс, предложивший проект сооружения канала, добился у правительства страны Саида-паши концессии на его строительство и эксплуатацию сроком на 99 лет) стало объектом яростных нападок со стороны западной прессы, выражавшей мнение мощных финансово-политических группировок. Все громче открыто звучали призывы “проучить” египтян. Выступая против правомочности египетского правительства национализировать компанию Суэцкого канала, Запад умышленно смешивал вопрос о национализации компании с вопросом о свободе судоходства по каналу.

С самого начала в подходе к суэцкому вопросу отчетливо определились две принципиально противоположные позиции. Советский Союз и его союзники, а также большинство афро-азиатских государств и прогрессивные силы мира решительно выступили на стороне Египта, поддерживая его справедливые действия. С другой стороны, Англия, Франция, США проводили политику на ущемление суверенитета Египта.

Эти державы прибегли сначала к экономическому нажиму. 27 июля был наложен секвестр на находившиеся в распоряжении Англии и Франции активы компании Суэцкого канала, заморожены счета Египта в Англии. Вскоре аналогичные меры приняли США, заявившие о сокращении поставок Египту в счет соглашений о помощи. Одновременно Англия и Франция начали широкие военные приготовления в целях давления на Египет, угрожая вторжением в эту страну. Кроме того, ухудшению франко-египетских отношений способствовала поддержка Египтом борьбы алжирского народа за свою независимость от Франции.

Ответной мерой Запада на решение о национализации канала стала разработка так называемого “плана Даллеса” по учреждению международного контроля над каналом, который был принят на Лондонской международной конференции в августе 1956 г. Утрата Египтом части своей территории стала вполне реальной. Спустя некоторое время США предложили создать Ассоциацию пользователей Суэцким каналом, в которой ведущая роль отводилась США, Англии, Франции. Ассоциация должна была взять на себя “координацию судоходства по Суэцкому каналу” и взимание сборов за проход судов через канал.

15 сентября 1956 г. Советское правительство выступило с очередным заявлением, в котором указывалось на необходимость мирного решения проблемы. В нем также говорилось о том, что СССР “не может стоять в стороне от суэцкого вопроса и не проявлять озабоченности по поводу того положения, которое сложилось в настоящее время в результате действий западных держав. Это и понятно, так как любое нарушение мира в районе Ближнего и Среднего Востока не может не затрагивать интересов безопасности Советского государства”. Одновременно с этим президент Насер заявил, что если какое-либо судно войдет в Суэцкий канал без разрешения египетских властей, то это будет рассматриваться как нарушение суверенитета Египта. “Египет будет защищать канал, — сказал Насер. – Мы готовы бороться за него”.

Тем временем Запад, определив роль застрельщика агрессивных действий Израилю, готовился к высадке своих войск в Египте. Во второй половине октября 1956 г. в результате переговоров между официальными представителями Франции, Англии и Израиля их военный блок был окончательно оформлен. В ночь на 30 октября израильские вооруженные силы нанесли внезапный удар по Египту и вторглись на его территорию. А через 24 часа английское и французское правительства предъявили ультиматум, в котором требовалось в течение 12 часов Египту прекратить боевые действия, отвести свои войска на 10 миль от канала и согласиться на нахождение британских и французских войск в ключевых позициях – Порт-Саиде, Исмаилии и Суэце. В случае отклонений этих условий начиналась интервенция. Этот ультиматум был отвергнут.

Совет Безопасности ООН не смог принять резолюции по урегулированию конфликта, так как Англия и Франция наложили вето, а США воздержались при голосовании.

31 октября Англия и Франция начали военные операции против Египта. Бомбардировщики, базировавшиеся на Мальте и Кипре, нанесли удары по египетским аэродромам и военным объектам. 5 ноября началась оккупация зоны Суэцкого канала, англо-французский десант высадился на песчаную косу возле Порт-Саида. Для оказания давления на Египет к его берегам были подтянуты корабли 6-го флота США, хотя Соединенные Штаты на словах отмежевались от своих союзников по НАТО, не оказали им прямой поддержки во время тройственной агрессии.

Благодаря энергичной поддержке Египта Советским Союзом и другими странами “восточного блока” агрессия была прекращена. 2 ноября Чрезвычайной сессией Генеральной Ассамблеи ООН подавляющим большинством голосов (против – пять государств) была принята соответствующая резолюция. 5 ноября Советское правительство напрямую обратилось к отказавшимся выполнять резолюцию ООН правительствам Англии, Франции и Израиля. Так, в послании английскому премьер-министру, в частности, говорилось: “В каком положении оказалась бы сама Англия, если бы на нее напали более сильные государства, располагающие всеми видами современного истребительного оружия? А ведь такие страны могли бы в настоящее время и не посылать к берегам Англии военно-морского или военно-воздушного флота, а использовать другие средства, например, ракетную технику...”. В заключение послания четко и однозначно говорилось: “Мы полны решимости применением силы сокрушить агрессоров и восстановить мир на Востоке”.

Через 22 часа после вручения советскими послами в Лондоне и Париже посланий Советского правительства главам правительств Англии и Франции военные действия этих государств в Египте были прекращены, их силы, а также войска Израиля вынуждены были покинуть оккупированные ими территории.

Поддержка Египта СССР и его союзниками в “суэцком кризисе” оказалась определяющей и решающей. Советский Союз укрепил свои позиции на Ближнем Востоке и Восточном Средиземноморье. Однако этот конфликт, продемонстрировавший способность нашей страны опираться на свой оборонный потенциал, выявил нашу неспособность оперативно реагировать на обострение военно-политической обстановки путем направления в этот район сил Военно-Морского Флота. Это обстоятельство способствовало постепенному изменению взглядов на роль и значение ВМФ, выработке концепции его выхода в Мировой океан. И хотя до реализации этих идей пройдут годы, все же потенциал океанского флота страны закладывался уже тогда, в то время.

В начале рассказа о сделанном Владимиром Афанасьевичем на Черноморском флоте я намеренно обратил внимание на “международный фон” этого периода времени с тем, чтобы было понятно значение всего, что происходило на ЧФ.

Служба: день за днем

1955 ГОД для Черноморского флота и Севастополя был примечателен рядом событий. К ним, безусловно, можно отнести вручение ордена Красного Знамени, которого город был удостоен за успехи в послевоенном восстановлении хозяйства и в связи со 100-летием 1-й героической обороны черноморской твердыни.

В этом же году на флоте сменился командующий. Адмирал С.Г. Горшков ушел в Москву, заняв пост первого заместителя Главнокомандующего ВМФ. Его преемником стал вице-адмирал Виктор Александрович Пархоменко, назначенный командующим ЧФ 12 июля 1955 г.

 В период его недолгого пребывания в должности на флоте произошло чрезвычайное происшествие. В ночь на 29 октября 1955 года в Севастопольской бухте взорвался, а спустя 2 с лишним часа затонул флагманский корабль эскадры линкор “Новороссийск”. По официальным данным, погибло 607 человек. Пархоменко В.А., руководивший борьбой за живучесть, был поднят из воды после опрокидывания корабля. 8 декабря 1955 года он был снят с должности командующего флотом и понижен в воинском звании до контр-адмирала.

Выводы правительственной комиссии сводились к тому, что наиболее вероятной причиной подрыва линкора являлся взрыв под днищем его носовой части немецкой донной мины, оставшейся со времен войны. Не исключала комиссия и диверсию итальянских подводных диверсантов под руководством князя Боргезе, а возможно, и англичан Временно должность командующего флотом (с 8 декабря) исполнял адмирал Владимир Александрович Андреев.

ПОЗДНО ВЕЧЕРОМ 15 декабря 1955 г. ИЛ-14 командующего 8-м ВМФ сел на аэродроме Херсонес. В.А. Касатонова встречала группа офицеров. Переночевал Владимир Афанасьевич на "Ангаре" и утром отправился в штаб флота. А вот здесь его явно не ждали – дежурный, уди вившись появлению адмирала, не скоман довал "смирно", лишь представился. О том, что Касатонов был новым команду ющим флотом, он не знал.

Несмотря на ранний час, в приемной командующего было полно старших офи церов. Вид у всех был хмурый. В самом кабинете находились командующий эс кадрой вице-адми рал П. Уваров, не сколько офицеров, а также и.о. командующего флотом адми рал В. Андреев. Их беседа шла, видимо, на самых высоких тонах. Прибытие Вла димира Афанасьевича несколько снизи ло накал страстей, но "разбор" продолжал ся. Речь шла, как выяснилось, о команди ре крейсера, матросы которого в увольне нии нарушили воинскую дисциплину. Монолог адмирала Андреева продолжал ся минут тридцать. Затем, видимо, устав от своих речей, он отпустил поникших офицеров, адмиралы остались вдвоем.

— Так что? — спросил, наконец, Анд реев.

— Прибыл принимать флот, — отве тил Касатонов, — разве не было инфор мации?

— Вроде что-то было, но устное, — не брежно ответил Андреев.

—    Ну что же, звоните тогда Горшкову.

Андреев звонить не стал.

— Мне все ясно, — только и смог ска зать. И… выбежал из кабинета. Ему, види мо, очень хотелось быть комфлотом. Но — не судьба.

А Владимир Афанасьевич тем временем снял трубку и доложил, что начал прием флота. Горшков ответил на это коротко:

— Добро!

Вот так нестандартно произошло вступ ление в командование флотом В. Касато нова – без представлений и представите лей. Он сразу же начал исполнять свои обязанности – вышел в приемную коман дующего и объявил находящимся там офицерам:

— Все свободны, следуйте на корабли. Больше никто никого вызывать не бу дет. Работать будем только на местах...

НАДО ОТМЕТИТЬ, что моральная обста новка на флоте тогда была непростой. Тра гедия, произошедшая в октябре 1955 года с линкором "Новороссийск", повлияла на все стороны жизни и службы моряков.

Люди были взвинчены разными слухами. На флот прибывали комиссии за комиссией, объявлялись учебные и боевые тревоги, проводились учения. Обстановка была похожа на предвоенную. Вызывали "наверх" то одного, то другого флагмана или командира. Началась полоса партак тивов, на которых шло самобичевание, а некоторые конъюнктурщики уже во всю выискивали виновных и требовали при менения к ним самых суровых мер нака зания. Между тем жизнь шла своим че редом, флот должен был решать свой ственные ему задачи.

Новому командующему необходимо было прежде всего понять, каково же фактическое состояние флота, самому во всем разобраться. Перво-наперво Вла димир Афанасьевич внимательно изу чил все документы по катастрофе "Но вороссийска". Проанализировал состо яние линкора, уровень подготовки лич ного состава, изучил место гибели ко рабля, качество выполненного флотом траления Севастопольской бухты и со стояние ее охраны. Он пришел к зак лючению, сделанному и Николаем Герасимовичем Кузнецовым, записавшим в своем дневнике в том же 1955 году: "До сих пор для меня остается загадкой, как могла остаться и отработать старая не мецкая мина, взорваться обязательно ночью и взорваться в таком уязвимом месте корабля. Уж слишком все это невероятно".

Владимир Афанасьевич внимательно изучил также состояние дел в управле ниях ЧФ, побывал в штабе и тыле флота, его отделах, заслушал начальников. В основном это были хорошие специалис ты — воевали, имели большой опыт ра боты. Однако пришлось произвести неко торые перемещения. Горшков после это го тут же позвонил на флот и спросил: "Ты чего там избиваешь "мою кадру"?".

Увы, но были люди, которые о всем про исходящем на флоте, минуя комфлотом, информировали прямо Горшкова, причем в извращенном виде, играя на самолюбии нового Главкома. Тем не менее Касатонову в короткий срок удалось оздоровить атмос феру в штабе и управлениях, сделать ее по-настоящему рабочей и деловой.

В короткие сроки Владимир Афанась евич на самолете облетел весь театр, по знакомился с военачальниками и с пред ставителями властей.

ВСКОРЕ ПОЗВОНИЛ С. ГОРШКОВ: "Жди инспекцию".

Главным инспектором Вооруженных Сил тогда был генерал армии И. Петров. К сожалению, ко времени прибытия инспекции на флот Владимир Афанасьевич не успел разобраться со всеми делами, особенно касающимися тыла, взаимодействия частей авиации с частями центрального подчинения, гарнизонной службой. В ходе проверки хорошо показали себя экипажи кораблей эскадры, которые успешно отстрелялись. Однако в работе авиации и тыла флота были выявлены провалы. В завершение проверки Петров совершил на крейсере ночной переход на Кавказ. С ним пошли командующий флотом Касатонов и командующий эскадрой Уваров. После дний на переходе рас сказывал главному инспектору анекдоты, что тому очень не понравилось. А время тогда было суро вое – многие военачальники действовали "по-жуковски" жестко. Позже, по докладу инспекции, Петра Васильевича Уварова, хорошего товарища Касатонова, освободили от должности. Вместо него ко мандующим эскадрой назначили контр- адмирала В. Чалого.

В чем была глубинная причина неус пеха флота после ухода Горшкова в Мос кву? Многими ветеранами флота неоднократно отмечено: система работы и службы Горшко ва полагала весьма жесткую централи зацию. Будучи молодым энергичным человеком, имея хорошую память, он много брал на себя. Каждый его подчи ненный знал, что решение обязательно будет, а он — только исполнитель. Такая система оказалась ненадежной. Она рух нула, как только ушел Сергей Георгие вич. Но осталось много начальников, которые не были приучены действовать самостоятельно, принимать решения и нести личную ответственность. Это осо бенно проявилось во время катастрофы "Новороссийска" и во время инспекции.

ПОСЛЕ ИНСПЕКЦИИ на Военном со вете долго обсуждали ситуацию и ре шили, что необходимо обновлять систему обучения и воспитания коман диров. Командующий эскадрой Василий Филиппович Чалый по этому поводу подготовил большую статью во флотс кую газету "Флаг Родины", которую предварительно обсудили члены Воен ного совета. Материал анализировал стиль работы командиров, степени ис пользования ими арсенала власти, зак люченного в рамках устава. В статье подчеркивалась необходимость постоян ного внимания к персональной подготов ке командиров.

Между тем флотские дела требовали пристального внимания командующего флотом ко всем сферам жизни, правиль ного видения перспективы. И Владимир Афанасьевич в этот период работал бук вально дни и ночи, без выходных. Наверное, стоит отметить: спустя годы такой же стиль работы в критические, сложные моменты был присущ и его сыну – адмиралу Игорю Касатонову.

В это же время активно шла работа по созданию проекта нового Корабельного устава ВМФ (внедрен в 1959 году). Он создавался на ос нове классической организации крейсеров, хорошо отработанной на ЧФ. В нем учитывались все нюансы и тонкости корабель ной службы, хотя в дальнейшем этот устав неоднократно попол нялся новыми положениями.

Личный опыт Владимира Афанасьевича Касатонова свиде тельствовал о том, что несоблю дение положений устава всегда создавало аварийные, а иногда и катастрофические ситуации. В будущем, являясь первым заме стителем Главнокомандующего Военно-Морским Флотом, Каса тонов неоднократно разбирался со многими авариями. И при чинами их в основном были именно нарушения уставных требований.

Оверкиль Маршала Победы

МИНИСТРОМ ОБОРОНЫ с февраля 1955 г. был Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков, которого в народе справедливо называют Маршалом Победы. В последнее время, особенно в связи со 100-летием со дня рождения полководца (отмечалось в декабре 1996 г.), к его личности было приковано общественное внимание не только в России. Известно, что после войны маршал находился в опале, в течение семи лет (1946-1953 гг.) командуя войсками Одесского и Уральского военных округов. Лишь после смерти Сталина он был назначен первым заместителем Министра обороны страны. Ведущую роль он сыграл в аресте Берии. По сути именно ему своим возвышением был обязан Н.С. Хрущев.

Безусловно, Жуков был гениальным полководцем, выдающейся, неординарной исторической личностью. Велики его заслуги перед страной и народом. Однако накануне его столетнего юбилея было сделано все, чтобы неимоверно возвеличить маршала, сделав его чуть ли не единственным творцом Великой Победы. Те, кто это делал, видимо, преследовали и такую цель: фигурой маршала затмить личность И.В. Сталина, являвшегося Верховным Главнокомандующим. Однако при этом объективно была нивелирована роль других выдающихся полководцев. К примеру, таких, как маршалы К. Рокоссовский, А. Василевский, И. Конев, и других.

Между тем личность Жукова представляется весьма неоднозначной. С началом перестройки и гласности в печати стало появляться много материалов о нем. Причем материалов, ранее не доступных широким читательским кругам. Это касается, в частности, провалов в деятельности Генштаба накануне и в начальный период войны, а ведь Жуков как его начальник лично за них ответственен. Много написано о так называемых "трофейных эшелонах", "бриллиантовом чемоданчике", а также "покаянии" Жукова, направленном руководству партии и государства. А как оценить последствия "ядерных учений" на Тоцком полигоне, когда воздействие взрыва атомной бомбы непосредственно на себе ощутили тысячи солдат и офицеров? Наверное, не случайно Хрущев, отстраняя его от руководства Вооруженными Силами в 1957 г., говорил о его "бонопартизме", жесткости, пренебрежении значением партийно-политической работы и др. Наверное, Время все расставит по своим местам, объективно оценит и Маршала Победы, и его современников. Однако уже сегодня можно вполне однозначно утверждать: Г.К. Жуков сыграл весьма неоднозначную роль в судьбе Военно-Морского Флота страны. В высшей степени несправедливо и даже жестоко он поступил с любимцем военных моряков страны Главнокомандующим Военно-Морским Флотом СССР Адмиралом Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецовым. Думается, что мы еще узнаем немало интересного о Жукове и его делах, его ошибках, успехах, неудачах и победах.

ТЕМ НЕ МЕНЕЕ следует сказать, что маршал, "специфически" относясь к Флоту, все-таки старался вникать в состояние дел в военно-морской области. Не забывал он и Черноморский флот. Я не знаю подробностей, но, как мне известно, в назначении Владимира Афанасьевича Касатонова командующим Черноморским флотом министр сыграл определяющую роль. Говорят, что С.Г. Горшков, еще не вступивший тогда в права Главкома, не мог существенно повлиять на это назначение.

Отношения у Касатонова с маршалом сложились доволь но ровные. Правда, в оценке ВМФ сказывалась его "сухопутная" специфика. Тем не менее сегодня не следует за бывать: именно при этом мини стре произошли качественные изменения в Вооруженных Си лах. Армия получила ядерное оружие. Составной частью ракетно-ядерных сил сдерживания стал Военно-Морской Флот.

По службе Владимиру Афана сьевичу до вольно час то прихо дилось лич но связы ваться с министром, доклады вать ему о ходе раз личного рода испытаний, о прибытии и встрече руководителей страны. Что касалось чрезвычайных про исшествий или предпосылок к ним, то необходимо отметить, что Жуков всегда все тщательно выслушивал, всегда принимал достаточно эффективные меры, но частенько грешил снятием с должностей в той или иной степени винов ных людей.


ЭТО БЫЛО…

Назначение Г.К. Жукова министром военными моряками было воспринято со смешанным чувством, скорее всего, с опасением. Сначала маршал вернул себе силу и полномочия, став заместителем у Н.А. Булганина. Став министром, он вновь взлетел “на самый верх”.

В ходе первого телефонного разговора, состоявшегося между Г. Жуковым и командующим Северо-Балтийским флотом В. Касатоновым, министр пообещал обязательно побывать в Таллине в ходе предстоящего объезда округов и флотов. В целом разговор был благожелательным, обнадеживающим. Маршал посоветовал обратить особое внимание на воинскую дисциплину. Работы в этой “вечнозеленой” сфере всегда хватало…

Судя по тексту телеграмм, которые шли по Вооруженным Силам, новый министр взялся за укрепление воинской дисциплины очень твердо и, как казалось, весьма эффективно управлял своей жесткой рукой. Маршал считал, что это соответствовало требованиям времени – шло строительство Вооруженных Сил нового, более высокого качества.

Буквально с ходу Жуков стал проводить в жизнь мероприятия по укреплению Вооруженных Сил. Их было много, и на местах их не все успевали “переваривать”. Пожалуй, большой личной заслугой Жукова можно считать укрепление авторитета офицерского состава. Много он занимался и сержантами.

… И вот Жуков прибыл на Балтику, сначала в Ригу, в Прибалтийский военный округ, а затем – в Таллин. Адмирал В. Касатонов встречал его вместе с руководителями республики И. Кэбином, А. Мюрисепом, А. Вадером. Его пригласили жить в правительственную резиденцию, но маршал отказался, остался в своем спецвагоне.

Вскоре к министру на доклад прибыл командующий флотом. Г. Жуков слушал В. Касатонова внимательно, вопросы задавал по существу, интересовался не только текучкой, но и вопросами большой перспективы. Затем он сказал, что планирует работу в частях.

Министр находился в хорошем деловом настроении, но работал очень жестко. Серьезные выводы он сделал в отношении ряда командиров и политработников и в Прибалтийском округе, и на флоте. Потому фон его поездки в итоге сложился довольно мрачный.

Разбор был жесток. Однако это, судя по всему, было “нормально” — аналогично маршал работал и у адмирала А. Головко, командовавшего 4-м (Южно-Балтийским) ВМФ.

В ходе работы Жукова, как говорится, невооруженным глазом было видно его предвзятое отношение к Н.Г. Кузнецову, особенно во время разборов. Маршал те или иные недостатки увязывал с личными качествами адмирала ("кузнецовщиной"). Министра раздражало многое, в том числе особенности флотской организации, морская терминология. Он часто говорил: “Все не так, как у людей!”.

Трудно судить, когда между полководцем и флотоводцем пробежала черная кошка. Возможно, истоки их неприязни друг к другу и последующих конфликтов – в первых годах взаимоотношений. Наверное, “недоразумения” начались в период трагических дней сражения за Ленинград. Жуков пытался “подмять” под себя вице-адмирала В. Трибуца, командовавшего Балтийским флотом. По сути дела, он подвел его под трибунал. Но Н.Г. Кузнецов, будучи членом Ставки, реабилитировал Трибуца, полностью вывел его не только из-под удара, но и из-под контроля Жукова, вступившего в этот период в командование Ленинградским фронтом. Это был нонсенс: еще никто не отказывался от повиновения Жукову, не выпадал из сферы его подчинения.

Увы, но в больших государственных делах, как и в мелкой “бытовухе”, межличностные отношения и амбиции играют немалую роль. К сожалению, и Владимиру Афанасьевичу тоже пришлось испытать это несколько позже. Да и сам Жуков не миновал сей чаши.


В СЕВАСТОПОЛЕ Жукова принимали очень хорошо. Город знал цену Победы и роль в ней маршала. Так было в ав густе 1957 года, когда он прибыл в Севастополь. Георгий Константинович посе тил только что построенное зда ние театра им. А.В. Луначарс кого, где его восторженно при ветствовали и горожане, и моря ки. Жуков называл В. Касатоно ва по имени и отчеству, что в его понимании было особым прояв лением уважения.

Были и тяжелые ситуации. К примеру, когда на Черном море в августе 1957 года, буквально через несколько дней после приезда Жукова, случилось происшествие. Маршал тогда только что уехал — 19 августа, а 22-го числа произошла авария подводной лод ки в Балаклаве. К счастью, лод ку спасли. Однако Жуков перед этим сказал Касатонову: "Людей не спасете – будем судить!".

В ходе спасения ПЛ на место аварии приехал начальник Главного штаба адмирал Фокин. Он не был подводником, и потому его указания не отличались ква лифицированностью. Пришлось комфлотом в личной беседе за явить ему в резкой форме: "Если вы берете на себя ответствен ность за спасение ПЛ, то коман дуйте". Очень недовольный на чальник ответил на это... отъез дом. Затем прилетел сам С. Горшков. Правда, в Балаклаву он не поехал, а доклады об обстановке получал, находясь в штабе фло та. По сути, комфлотом действо вал самостоятельно.

Об окончании подъема под водной лодки Касатонов доло жил Жукову лично, чем в оче редной раз заслужил недоволь ство Главкома ВМФ. Министр доклад принял, удовлетворенно сказал: "Есть!". И повесил трубку...

В ОКТЯБРЕ 1957 года состо ялся последний визит Г. К. Жу кова на флот — на корабле ЧФ он шел в Югославию. Перед приез дом маршала на флот прибыл первый зам. Главкома ВМФ ад мирал Арсений Григорьевич Го ловко, который ввел комфлотом В. Касатонова в обстановку по предстоящему визиту. На флоте расценивали морской поход ми нистра обороны как знак того, что Жуков повернулся лицом к ВМФ и его проблемам.

ЭТО БЫЛО…

Надо сказать, что в 1957 году в течение короткого времени маршал несколько раз успел побывать на флотах, посетить несколько кораблей. Многим морякам памятно его участие в Военно-морском параде, состоявшемся в Ленинграде в День ВМФ и посвященном 40-летию Великого Октября.

Тот парад был, пожалуй, самым большим и торжественным из проводимых на Неве (в 1995 г. Игорь Владимирович Касатонов, будучи первым заместителем Главкома, использовал опыт его подготовки в организации Военно-морского парада в честь 50-летия Великой Победы). Роль парада была значительной: надводный флот Советского Союза достиг своего расцвета и серьезно помогал в укреплении престижа страны. Однако престиж самого ВМФ резко упал после гибели ЛК “Новороссийск” 29 октября 1955 г. Мало кто из офицеров флота знал, что осенью 1955 г. в Крыму Н.С. Хрущевым было принято решение прекратить дальнейшее строительство крупных кораблей. После этих событий Н.Г. Кузнецов был отстранен от должности, понижен в воинском звании...

Наверное, стоит сказать о том, что накануне парада по всей стране проходили партийные собрания, на которых осуждалась деятельность антипартийной группы, выступившей против Н.С. Хрущева. Именно Г.К. Жуков способствовал сохранению им власти. Вскоре Никита Сергеевич его "отблагодарит...".

В День Военно-Морского Флота в Ленинграде стояла жаркая солнечная погода, показания термометра перевалили за отметку +30. Однако для всех участников парада была объявлена форма N 3: моряки парились в синих суконках, а офицеры – в черных тужурках. “Злые языки” утверждали, что это было сделано для того, чтобы хорошо был виден маршал Жуков, который должен был появиться в специально пошитой, непривычной для “сухопутчика” белой форме.

Задолго до начала парада набережная Невы заполнилась народом. Г.К. Жуков в белоснежном парадном мундире на открытой машине в сопровождении эскорта мотоциклистов – такого Ленинград еще не видел – подъехал к катеру. После того, как катер с принимающим парад Жуковым прошел мимо флагманского крейсера, маршал дал указание подойти ближе к набережной, чтобы приветствовать собравшихся. Народ, смяв ограждение моряков, двинулся к парапету, чтобы увидеть легендарного полководца…

Пройдя вдоль строя кораблей, Жуков поднялся на борт флагмана и произнес речь, которая транслировалась на набережные и корабли. Затем состоялись авиационный парад и водный праздник.

Среди множества телеграмм, доставленных министру, была одна, в которой говорилось, что после А.В. Суворова Г.К. Жуков – второй сухопутный командующий, который командует не только армией, но и флотом. Была также телеграмма о болезни маленькой дочери. Получив это сообщение, Жуков быстро свернул все дела и отправился в Москву.

Сразу же после парада была объявлена форма N 2, а черноморцы – моряки крейсера “Михаил Кутузов” и двух эсминцев – объявили для себя даже форму N 1 и выглядели почти так же, как Жуков. Правда, перед этим попарились в шерстяной униформе…


ЗНАЯ ХАРАКТЕР маршала, в Севастополе к его приезду тщательно готовились. В состав отряда корабли подо брали самые лучшие. Флагманс ким стал крейсер "Куй бышев". Два эсминца проекта 56 "Бывалый" и "Блестящий" были в прекрасном состоянии, ими коман довали капитаны 3 ранга В. Саакян и С. Савицкий. Комфлотом пригласил на беседу ко мандира крейсера капи тана 1 ранга В. Михайлина. Командир доло жил, что задача ему ясна, что корабль в исправном состоянии, но желатель но пополниться краской и добавить людей. К сло ву, по воспоминаниям, В. Касатонов за свою дол гую флотскую службу не знал ни одного ко мандира, который бы не просил при случае у начальства краску и людей.

Все проблемы были решены. Через несколько дней состоялся смотр крейсера, командующий был удовлетворен его прекрасным состоянием. Вместе с А. Головко и пятьюдесятью проверяющими командующий вышел на крейсе ре на контрольный выход в море, который прошел успешно.

Затем была проведена трени ровка швартовки крейсера лагом к Угольной пристани. Примеров швартовки корабля такого водо измещения к этой пристани до этого еще не было, хотя крейсера во время войны швартовались к Угольной лагом, погрузили здесь не одну сотню тысяч тонн грузов и приняли на борт тысячи людей. Но тогда было не до красоты ма невра. К тому же водоизмеще ние "Куйбышева" было значи тельно больше, чем "Красного Кавказа". Коман дир крейсера капитан 1 ранга Михайлин выполнил эту швартовку в самых лучших традициях русских моряков.

Командиром отряда был назна чен командир дивизии крейсеров контр-адмирал А. Тюняев, а от командования ЧФ на поход на правлен первый заместитель ко мандующего флотом вице-адми рал С. Чурсин.

Было рассчитано, что корабли ходом не ниже 18 узлов пройдут до Югославии без заправки и по тому не будут связаны с танке ром, который снижал бы ход от ряда. После доставки Жукова в порт Задар, пополнившись топли вом, корабли отряда должны были посетить порты Югославии Дубровник и Сплит.

ЖУКОВ со своей свитой при был на флот за сутки до выхо да. После доклада Касатонова о готовности кораблей к походу он решил побеседовать еще и с ко мандиром крейсера. Вечером маршал пригласил его на ужин, где за столом уточнил все дета ли непосредственно у самого Михайлина.

Среди спутников Жукова была одна очень интересная женщина. Все отнеслись к ее появлению на корабле, как к должному — ми нистр есть министр. Но не обошлось без слов: "Женщина на корабле — плохая примета". А ведь подтвердилось!

На переходе министр беседовал со многими моряками, инте ресовался устройством корабля, организацией корабельной служ бы, формой одежды матросов и офицеров. В заключение пообе щал, что, как вернется домой, спе циально кое-что сделает для фло та. Но этого, увы, не случилось.

Сошел Жуков со своей деле гацией в югославском порту Задар, где его встречали очень тор жественно, будучи министром. А прибыл в Союз просто маршалом...

В это время в Москве состо ялся Октябрьский Пленум ЦК КПСС, на котором министра обо роны отстранили от должности. Вооруженные Силы страны, к со жалению, вступили в очередной этап шельмования их командных кадров, низведения былых автори тетов. Организовывалась кадровая волна, на которой порой восходили конъ юнктурщики и интриганы. Зад вигались профессионалы-фронто вики, наверх выдвигались "идей но выдержанные".

Тогда, в октябре 1957 года, для всех командиров и командующих наступила пора всеобщего покая ния за "былые грехи", за те, кото рые действительно когда-то были, и те, которых никогда не существо вало. На партконференциях, акти вах, собраниях все дружно крити ковали начальников и команди ров. А те в свою очередь при этом прелюдно каялись, обещали исправиться...

Владимир Афанасьевич был человеком исключи тельной порядочности, в самых сложных ситуациях ни когда не кривил душой. Когда началось шельмование прославленного полководца на самых высоких собраниях, он ни едино го плохого слова не сказал в его адрес, хотя многие военачальники с большим желанием делали это. На партактиве Черноморского флота по итогам Октябрьского пленума ЦК КПСС 1957 года, после выступления А.И. Кириченко (секретаря ЦК Компартии Украины), который был специально прислан, чтобы развенчать "культ Жукова", предпринимались такие попытки. По этому поводу один из участников партактива вспоминает: "Командующий говорил про дела флота. Но ни слова, характеризующего Жукова с плохой стороны. Это заметили все".

В общем, "кадры укрепили". Убрав Жукова и ряд других вое начальников, Хрущев таким обра зом остался на вершине власти. Однако вскоре его "сподвижники" начали готовить аналогичную ак цию и против него...


Базы в Средиземном. Первый опыт

КОМАНДОВАНИЕ Черноморского флота все больше осознавало необходимость иметь в Средиземном море свои силы и, прежде всего, подводные лодки, имеющие большую автономность плавания и скрытность действий.

Во многом благодаря усили ям командующего Черноморс ким флотом адмирала Касатоно ва отряды кораблей флота выш ли в Средиземное море.

Присут ствие там наших надводных ко раблей стало со временем посто янным, что в то время отвечало военно-политическим интересам СССР. И сам Владимир Афана сьевич старался как можно больше бывать в море.

ВЛАДИМИР АФАНАСЬЕВИЧ Касатонов, помимо понимания роли дальних походов наших кораблей, был одним из тех военно-морских деятелей, которые осознавали настоятельную необходимость возможности базирования сил флота за рубежом, прежде всего в Средиземном море, находящемся на стыке геополитических интересов Востока и Запада.

История военно-морского присутствия России в Средиземном море насчитывает уже почти два с половиной века. В ее летописи – многолетнее присутствие нашего флота в Архипелаге, других районах Средиземноморья, а также создание баз для парусных кораблей. Российский флот активно плавал в этом районе и в ХIХ, и в начале ХХ века. Некоторое затишье наступило после эпохи революционных потрясений. Однако уже к середине 50-х годов прошлого столетия стала рельефно проявляться актуальность разрешения проблемы военно-морского присутствия СССР в Средиземном море на постоянной основе.

Необходимо напомнить о том, что сразу после войны И.В. Сталин выступил с инициативой о создании советских военных баз в зоне Черноморских проливов. Наш контроль над Босфором и Дарданеллами определил бы способность СССР влиять на расстановку военно-политических сил на Ближнем Востоке. В связи с этим советским руководством были предприняты конкретные шаги, текстуально сформулированные в 1946 году в нотах, направленных в адрес правительства Турции. Однако турецкое руководство отклонило предложения СССР, ориентируясь в своем внешнеполитическом выборе на страны Запада.

Нужно сказать, что определенные перспективы Советский Союз связывал с решением проблемы Палестины, созданием государства Израиль, появление которого на политической карте мира было активно поддержано СССР. Укрепление позиций нашей страны в арабском мире, в т. ч. на севере Африки, рассматривалось в контексте происходившего процесса краха колониальной системы империализма. Речь даже заходила о возможном создании баз в Ливии. Но тогда воплотить стратегические замыслы советскому руководству не удалось в силу ряда причин. Однако с течением времени сложились условия, способствовавшие реализации геополитических планов Кремля. И связаны они были с развитием и укреплением взаимоотношений Советского Союза с Албанией как в рамках двусторонних отношений, так и по линии Организации Варшавского Договора.

ВПЕРВЫЕ дипломатические отношения между СССР и Албанией были установлены в июне 1924 года, но вскоре они были разорваны в связи с переворотом в этой стране, воцарением диктатуры. Отношения между странами были восстановлены в 1934 г. С апреля 1939 г. они были вновь прерваны в связи с оккупацией Албании фашистской Италией. После окончания войны советско-албанские отношения были возобновлены сначала на уровне миссий (1945 г.), а затем на уровне посольств (1953 г.). Активно развивалось военное сотрудничество. Основу парка вооружения и техники албанской армии составляли советские образцы. Активное взаимодействие и сотрудничество советских и албанских моряков как раз пришлись на период командования Черноморским флотом адмирала В. А. Касатонова. Знаковым событием этого времени стал визит отряда черноморских кораблей под флагом командующего ЧФ в Югославию и Албанию в июне 1956 г. (крейсер “Михаил Кутузов”, эскадренные миноносцы “Бессменный” и “Безукоризненный”). Пять дней наши моряки гостили в Дурресе – “морских воротах” “страны горных орлов”.

Можно сказать, что именно этот визит положил начало реализации идеи нашего военно-морского присутствия в этой стране и, таким образом, в Средиземном море. Думается, что об этой яркой, но, к сожалению, малоизвестной странице истории Советского ВМФ еще будет сказано и написано...


Наращивая оборонный потенциал

В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ информация, ранее малодоступная или вообще спрятанная за различными “грифами” секретности, стала достоянием гласности, ее активно используют историки флота. И, наверное, это правильно – новые поколения должны знать о том, что было. О том, что скрывалось за звучными словосочетаниями “укрепление оборонного щита страны” и “достижение военно-стратегического паритета”. О том, что включало в себя содержание понятия “современный океанский ракетно-ядерный флот”.

В связи с этим нельзя не отметить: именно на Черноморском флоте проводился основной объем работ по испытанию нового оружия и современных технических средств для флота, для оснащения ими новых кораблей, авиации и береговых войск ВМФ. Уже не секрет: велись эти работы главным образом в районе Феодосии и на мысе Фиолент под Севастополем. И хотя эта деятельность организовывалась непосредственно Москвой, а сами полигоны относились к системе так называемых частей центрального подчинения, без участия флота в этом деле, конечно, не обходилось. Разумеется, с командующего Черноморским флотом не забывали спрашивать о ходе тех или иных работ.

Если говорить о деятельности Владимира Афанасьевича Касатонова, то следует подчеркнуть: именно в период его командования Черноморским флотом Военно-Морской Флот страны стал превращаться из прибрежного в океанский, на смену кораблям довоенных проектов стали приходить корабли нового поколения, артиллерию стало дополнять и отодвигать на второй план ракетное оружие, авиация стала реактивной, качественно преобразовались береговые войска.

Участие командующего в испытаниях, конечно, сводилось не только к решению вопросов, связанных с их обеспечением, но и к решению повседневных проблем, организации деятельности научно-испытательного центра. Существовала жесткая вертикаль управления, снабжения и обеспечения НИЦ по линии от заместителей министра обороны и Главкома ВМФ по вооружению, но Владимир Афанасьевич понимал: делается важное дело, потому лично вникал в суть происходившего. Хотя, что греха таить, кое-кто из флотских начальников на ЧФ относился к деятельности испытателей, как к должностной обузе, порой нарушающей флотские планы. Да, в сущности, по-другому и быть не могло – закрытость испытаний, их экспериментальный характер требовали соблюдения как строгих мер безопасности, так и привлечения сил и средств черноморцев, в том числе внепланово.

Естественно, командующий не только контролировал готовность выделяемых сил и средств для обеспечения испытаний, но и лично участвовал в них. На контроле были и вопросы хода обучения личного состава, освоения новой техники экипажами кораблей, другими специалистами. Стоит, наверное, отметить: именно при Владимире Афанасьевиче в Черноморском высшем военно-морском училище им. П. С. Нахимова стали готовить будущих офицеров-ракетчиков, изменяя программы обучения уже в ходе учебного процесса – такова была степень актуальности оперативной подготовки новых кадров по современной специальности. К слову, в 1960 году был осуществлен первый выпуск лейтенантов, в течение всех лет учившихся по новой перспективной программе. Среди молодых офицеров, которым командующий вручил золотые погоны и морской кортик, был “краснодипломник” Игорь Касатонов.

Говоря о том, что Владимир Афанасьевич сам присутствовал на испытаниях, стоит, наверное, подчеркнуть: в то время руководители партии и государства проявляли личный интерес к работам по созданию новых типов оружия. Как правило, посещение флота руководящим составом заканчивалось показными стрельбами новых комплексов. К примеру, в 1957 году на мысе Фиолент началось освоение береговыми ракетчиками комплекса С-2 “Сопка”. В свое время здесь побывал Н. С. Хрущев, приехавший показать Иосипу Броз Тито новое оружие. Тогда высоким гостям были не только продемонстрированы сами ракеты, но и произведены стрельбы. Хрущев и Тито также наблюдали за ракетными стрельбами первых корабельных ракетчиков на ракетном крейсере “Адмирал Нахимов”. Неоднократно, практически ежегодно, полигоны посещал Главком, а также адмиралы В. Ф. Трибуц, Л. А. Владимирский, В. А. Фокин, другие военачальники и конструкторы.

В 1960 году на полигоне м. Фиолент была проведена Всесоюзная выставка вооружения, которую посетили Первый секретарь ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР Н. С. Хрущев, министр обороны СССР Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский, Главком ВМФ СССР адмирал С. Г. Горшков. В составе делегации находился и главнокомандующий новым видом Вооруженных Сил – Ракетными войсками стратегического назначения главный маршал артиллерии М. И. Неделин. Это было не случайно – под Балаклавой испытывались баллистические ракеты с подводным стартом (в марте 1959 года, в период пика нового витка противостояния, вышло Постановление Правительства СССР “О развертывании опытно-конструкторских работ по созданию комплекса Д-4 с ракетой Р-21, стартующей из-под воды, предназначенной для вооружения подводных лодок проектов 629А и 658М”). Кстати, еще при подготовке комплекса к испытаниям произошел обрыв тягового троса плавстенда, производившего пуски с глубины. Было необходимо срочное вмешательство водолазов, ситуация не терпела задержек. Испытатели лично обратились к командующему. Владимир Афанасьевич дал команду направить в район испытаний спасательное судно, занятое на других работах. Уже на следующий день стартовая позиция была готова к продолжению испытаний. Так что факт остается фактом: ядерный стратегический щит России ковался в Севастополе.

Впрочем, на Черном море испытывалось и другое оружие. В период службы Владимира Афанасьевича на южном флоте страны велись и были завершены работы по созданию морских комплексов баллистических ракет Д-1 и Д-2, комплексов крылатых ракет КСЩ (для надводных кораблей), П-15 (для ракетных катеров), “Сопка” (береговой подвижный комплекс). Здесь получили путевку в жизнь зенитно-ракетные комплексы “Волхов” и “Волна”, испытывались новые торпеды и мины, противоминное оружие и средства поиска подводных лодок. И хотя с тех пор прошло уже полвека, многие, как говорят моряки, “изделия” до сих пор находятся на вооружении. К примеру, на черноморском сторожевом корабле “Сметливый” стоит ЗРК “Волна”, способный эффективно решать задачи противовоздушной обороны. Это – свидетельство надежности отечественного оружия, высокого уровня российских оборонных разработок и технологий. И хотя сегодня основу вооружения и техники составляют комплексы, созданные и принятые на вооружение уже в 80—90-е годы, сделанное поколением наших отцов (а для многих моряков – их дедами) получило достойное продолжение.

ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, благодаря специфическим своим условиям, занимал особое место в ВМФ не только в испытаниях новой техники. Немаловажным являлось и то, что на Черноморс ком побережье находились семь крупнейших судостроительных предприятий. Кроме того, с за вершением строительства Волго-Донского канала появилась воз можность переводить на Черно морский флот для испытаний корабли судостроительных заво дов Волжского бассейна. Благо приятно решалась проблема вза имодействия в этом плане и с Каспийской военной флотилией.

Флот оснащался новыми ко раблями, наращивал ударный ракетный потенциал, совершен ствовал возможности своих со единений и частей по вопросам ПВО. В этих условиях учебная база флота, система подготовки личного состава отставали от времени. Но нашлись новаторы, люди творческие, которые при поддержке В. Касатонова про явили максимум инициативы, старания и внесли большой вклад в систему обучения лю дей, в начало массового освоения личным составом современного вооружения. Именно Черноморский флот явился в то время инициатором этого сложного дела, отсюда направлялись специалисты и на другие флоты.

Новыми комплексами вооружались новые корабли (пр. 56-М и 57-бис), корабли старых проектов становились опытовыми. На крейсере “Адми рал Нахимов”, например, в спе циально построенном помеще нии разместили два береговых специальных снаряда, а затем успешно произвели их практи ческие пуски. В Севастополь из Николаева прибыл ракетный эс минец “Бедовый”, позже ЭМ “Прозорливый”. Их испытани ями руководил начальник шта ба эскадры контр-адмирал В. Сысоев. Были отработаны мето дики стрельб, организация бое вой подготовки. На Черноморс ком же флоте был проведен эк сперимент по установке на кораблях первого комплекса ЗУРО. Сначала это оружие по явилось на крейсере “Дзержин ский”, а затем на ЭМ “Бравый”. Особенно успешно прошли испы тания на эсминце.

Вскоре на флот прибыл толь ко что построенный СКР “Ком сомолец Украины” – корабль второго послевоенного поколе ния уже с газотурбинной установкой, а также с площадкой для вер толета. Корабль имел хорошую скорость и неплохую автоном ность. И не случайно этот кра савец называли “поющим фре гатом”.

С берега также производились не только испытательные пуски ракет, зарождалась реальная ударная морс кая ракетная береговая система.

На подводных лодках в срочном порядке монтировались кон тейнеры с ракетами, пуски ко торых имели много сложностей. Но это были первые, очень необ ходимые шаги.

В феврале 1958 г. дивизия торпедных катеров переформировывается в бригаду. С поступлением в состав бригады ракетных катеров с 30 октября 1961 года бригада переименовывается в бригаду ракетных катеров. В ее состав входили ракетные катера пр. 183 и пр. 205.

Несмотря на все недостатки, на рубеже 50-х-60-х годов удар ный и оборонительный потенци ал флота в значительной степе ни вырос, был сделан хороший задел по его наращиванию в пер спективе.

КАК ГОВОРИЛОСЬ ВЫШЕ, в июне 1956 года под флагом адмирала Касатонова отряд кораблей в составе флагмана крейсера “Михаил Кутузов” и эсминцев “Безукоризненный” и “Бессменный” совершил дружеский визит в югославский порт Сплит. При возвращении в Черное море по входящему отряду кораблей было проведено очередное общефлотское учение с отработкой артиллерийских ударов по кораблям, отражением атак авиации, подводных лодок и торпедных катеров.

В то же время поставленные флоту задачи потребовали от флота сосредоточить усилия на отработке и освоении новых форм и способов борьбы с авианосными соединениями, постоянно развернутыми в Средиземном море. Вероятный противник за годы Второй мировой войны приобрел богатейший опыт использования авианосцев для решения задач на океанских и морских театрах. У Черноморского флота ни опыта, ни конкретных сил для решения этой сложнейшей задачи не было. И командующий флотом был вынужден приступить к разрешению этой проблемы с нуля.

С этой целью В. Касатонов планирует проведение с 1958 года ряда систематических мероприятий военно-научной работы и оперативной подготовки. Так, в январе 1958 года под его руководством была проведена военно-научная конференция с приглашением представителей всех флотских научно-исследовательских институтов, Военно-морской академии, Академии Генерального штаба, приморских военных округов и Дальней авиации. В ходе конференции были всесторонне изучены возможности авианосных соединений США, формы и способы их применения при ведении боевых действий, выявлены их сильные и слабые стороны и на основе этого были разработаны соответствующие организация, формы и способы ведения борьбы с ними. После проведения конференции были выработаны необходимые рекомендации для практического решения той задачи силами флота и намечены пути дальнейшего повышения эффективности применения сил флота в борьбе с авианосцами. Одной из главных рекомендаций было предложение узаконить подготовку и проведение новой морской операции по уничтожению крупного ударного авианосного соединения. При этом было всесторонне обосновано, что основной ударной силой в сложившихся условиях является морская авиация, которая решает свои задачи в тесном взаимодействии с Дальней авиацией при поддержке и прикрытии авиацией приморских округов.

В этот период на основе опыта Второй мировой войны на всех флотах мира сделали правильный вывод о том, что для кораблей и судов основной угрозой была угроза от ударов авиации. На основании этого на флотах сохранялась как ударная, так и истребительная авиация. На Черноморском флоте в составе ВВС находилось 5 дивизий самолетов, из которых 2 были в ударном варианте и 3 в варианте ПВО, а также 3 полка специального назначения. В определенных условиях флот мог решать задачу борьбы с авианосцами в Средиземном море. Однако командующий флотом понимал, что проблема борьбы с авианосцами флотом еще не разрешима. Поэтому он продолжал настойчиво искать пути надежного решения этой вновь возникшей задачи.

Как раз в этот период на разнородные силы флота уже стало поступать ракетное оружие, которое в значительной степени способствовало повышению эффективности борьбы с группировками ВМС противника, в том числе и с авианосцами. Это потребовало выработать способы и тактические приемы применения ракетного оружия разнородными силами, проверить готовность флота к его использованию и убедиться в правильности принятой концепции его применения. С этой целью в 1958 году на флоте было проведено крупное двустороннее оперативно-тактическое учение под руководством командующего флотом на тему: “Организация и ведение боевых действий по срыву внезапного удара противника в начальный период войны и действия по нарушению его морских сообщений во взаимодействии с фронтом и Дальней авиацией”. На этом учении вновь исследовались проблемы борьбы с авианосными соединениями в Средиземном море. Исследования показали, что для повышения эффективности борьбы с авианосцами в Средиземном море было необходимо иметь и другие силы флота, и прежде всего подводные лодки.

После этого учения состоялась оперативно-стратегическая игра, которой руководил первый заместитель Министра обороны маршал А.А. Гречко. В ходе ее проведения были сделаны выводы о необходимости вывода части ударных сил флота в Средиземное море с целью парирования внезапных ударов со стороны моря. Предложение флота было поддержано руководством Министерства обороны, и в результате по межправительственному соглашению с Албанией в 1959 году была создана база во Влере, в которой разместились 12 подводных лодок и две плавбазы. Намечалось строительство объектов базы, на острове у входа в бухту обустраивалась бригада ОВРа, имевшая в своем составе дивизион тральщиков. Планировалось дальнейшее наращивание сил флота в Средиземном море для того, чтобы воспрепятствовать действиям 6-го флота США в его восточной части. Однако, в связи с осложнением отношений с Албанией, планы осуществить не удалось...

ВЫВОД СИЛ в Средиземное море изменил некоторые условия в нашу пользу. Поэтому потребовалось провести дополнительно ряд мероприятий оперативной подготовки с целью поиска форм и способов решения задач в Средиземном море.

С этой целью летом 1960 года под руководством командующего было спланировано и проведено командно-штабное учение с обозначенными силами, на котором отрабатывались вопросы подготовки и ведения операций и боевых действий по уничтожению ударных группировок вероятного противника в Средиземном и Черном морях.

Одновременно с этим перед флотом встала проблема борьбы с подводными ракетоносцами США с крылатыми ракетами “Регулус”, которые были развернуты в Средиземном море. Для разрешения этой проблемы командующий флотом в октябре 1959 года провел очередную военно-научную конференцию флота в таком же расширенном составе, как и на предыдущей. Рекомендации, принятые на конференции, охватывали все стороны деятельности разнородных сил флота и содержали предложения по способам их боевого применения и всестороннего обеспечения, а также были даны направления научно-конструкторской мысли по разработке специальных видов авиационного, минного, ракетного и противолодочного оружия, а также средств поиска, основанных на различных физических полях. Конференция также рекомендовала иметь часть ударных и противолодочных сил в Средиземном море на постоянной основе, что по сути являлось прообразом боевой службы.

В ЭТОТ ПЕРИОД во всех Вооруженных Силах непрерывно совершенствовались оружие и техника, наращивался боевой потенциал за счет поступления ракет различного назначения. Это в свою очередь требовало постоянного изыскания способов их применения, их постоянного совершенствования, как в теоретическом, так и в практическом плане.

В октябре 1960 года под руководством командующего флотом была проведена военно-научная конференция, на которой с представителями научных учреждений, различных видов Вооруженных Сил и приморских округов были всесторонне исследованы возможности и разработаны способы использования ракетного оружия разнородными силами флота самостоятельно и во взаимодействии с ракетными частями Советской Армии для нанесения ударов по кораблям и береговым объектам противника в начальный период войны в условиях закрытого морского театра.

Изменение задач, условий их выполнения и поступление нового ракетного оружия потребовали совершенствовать всю организацию и систему управления силами. Для этого, учитывая опыт минувшей войны, стали создаваться основные, запасные, корабельные и другие командные пункты, которые бы обеспечили живучесть, устойчивость и надежность управления силами в условиях ядерной войны. Исследование этой проблемы вновь потребовало от командующего провести очередную военно-научную конференцию (в октябре 1961 года) с руководящим составом флота, командирами и начальниками штабов объединений и соединений, с начальниками управлений, отделов и служб флота с приглашением соответствующих специалистов из научных учреждений, академий и представителей видов Вооруженных Сил. Теоретические разработки по этому вопросу легли в основу проведенного командующим весной 1962 года командно-штабного учения на картах.

На этом учении отрабатывалась и проверялась организация управления силами со стационарного командного пункта, с полевого командного пункта и запасного командного пункта. На одном из этапов учения командный пункт флота был развернут в лесу в районе Сухой речки, где впервые был построен из сборно-щитовых конструкций центр оперативного планирования, названный “мозговым центром”, вокруг которого в палатках были развернуты остальные посты и группы управления. Такое построение командного пункта в последующем было положено в основу организации управления, которая изменялась, наращивалась, но суть свою сохранила. Впервые на этом учении флотом была привлечена электронно-вычислительная техника НИИ г. Петродворца по средствам связи для всесторонних расчетов и обоснования предложений штаба флота в решение командующего флотом.

В 1961 ГОДУ резко обострились отношения между СССР и США в связи с обретением независимости Кубой, проведением ее руководством антиимпериалистической политики. Америка пыталась всеми способами ликвидировать "коммунистическую заразу" у себя под боком и вслед за проведенными военными провокациями готовила акцию вторжения, чего не мог допустить Советский Союз, отстаивающий свои геополитические интересы и верный своему интернациональному долгу.

С этой целью в районе острова были сосредоточены силы флота и развернута бригада подводных лодок Северного флота. Черноморский флот подготовил и скрытно передислоцировал на Кубу на гражданских транспортах ракетные установки с обслуживающим личным составом. Были подготовлены корабли (флагман – черноморский КРЛ "Михаил Кутузов") для перехода в Карибское море. Однако поход и создание нового флота с базированием на кубинские базы не состоялись. Но благодаря четкой работе командования флота и лично его командующего необходимое оружие, техника и люди были доставлены на остров скрытно, что впоследствии вызвало замешательство у руководства США. В ноябре 1962 г. конфликт удалось разрешить мирным путем.

НАЧАЛО 60-х годов ознаменовалось как открытие космической эры для человечества. В 1957 году впервые Советским Союзом был запущен беспилотный космический спутник, а в 1961 году первый космический корабль с советским космонавтом Ю.А. Гагариным вышел на околоземную орбиту. Началось активное изучение космического пространства систематическими запусками спутников Земли различного предназначения. Все это требовало всестороннего обеспечения запусков ракет, поиска и подъема космонавтов и космических аппаратов как на суше, так и в Мировом океане. С этой целью на Черноморском флоте была создана бригада кораблей специального назначения, командиром которой был назначен капитан 1 ранга А.А. Трофимов. Корабли бригады несли боевую службу в Индийском океане, обеспечивая подъем спускаемых аппаратов, отдельные ее корабли в период запуска очередных спутников развертывались в Атлантике. Такая организация существовала до распада СССР.

В конце 50-х – начале 60-х годов по решению политического руководства СССР осуществлялась широкомасштабная экономическая, военная и культурная помощь слаборазвитым странам Африки, Ближнего и Дальнего Востока. Массовый характер приобрела в те годы поставка кораблей и военной техники с одновременным командированием наших специалистов для обучения персонала и обслуживания технических средств. Крупные поставки в то время шли Индонезии, военному флоту которой было передано несколько десятков кораблей. Черноморцы в сложных условиях плавания в различных климатических поясах с задачами справлялись неизменно с высокой оценкой.

Расширяя районы плавания и систему базирования

В СЕРЕДИНЕ ПЯТИДЕСЯТЫХ годов в основном было завершено боевое траление на Черном и Азовском морях. Однако в дальнейшем и до 1962 года на отдельных, порой весьма значительных акваториях, эти работы повторялись с увеличенной кратностью для полной гарантии уничтожения магнитных и акустических мин.

С конца 50-х годов развитие средств навигационного оборудования шло особенно успешно. На большинстве маяков были установлены автоматические электрические системы, новые радиомаяки направленного и кругового действия. В 1958 году принята на вооружение радионавигационная система высокой точности "РСВТ-1". Впервые выставлены зимние светящие буи, не нуждающиеся в сезонных заменах.

1959 год явился знаменательным в истории послевоенного восстановления, реконструкции и развития средств навигационного оборудования (СНО) на Черном и Азовском морях. Тогда закончился перевод всех маяков на электрические источники питания.

С НАЧАЛА 60-х годов перед гидрографами-черноморцами, как и перед всей Гидрографической службой ВМФ, были поставлены большие и качественно новые задачи. Успешное строительство новых кораблей и курс на выход Советского Военно-Морского Флота на просторы Мирового океана потребовали от гидрографов расширения зон их ответственности, проведения гидрографических работ на значительных пространствах и с высокой точностью.

Возросшая экономическая мощь нашего государства позволила оснастить гидрографию новейшими судами, радионавигационными системами, различной техникой и аппаратурой. Деятельность черноморских гидрографов вышла за пределы Черного моря.

В 1957-1958 гг. гидрографический отряд ГС ЧФ под командованием капитана 2 ранга И.И. Рыженко впервые работал в водах Средиземного моря на ГИСУ "Айтадор". За год напряженного труда гидрографы выполнили более 24 тысяч линейных километров промера, определили 377 геодезических пунктов, покрыли топографической съемкой 194 квадратных километра побережья, полностью решив поставленные задачи. Таким образом, 1957 год следует считать годом, когда советские гидрографы, выйдя за пределы Черного моря, впервые начали изучение Средиземноморского бассейна.

Поступление на вооружение Военно-Морского Флота ракетного вооружения потребовало новых технических средств навигации, обеспечивающих необходимую точность. Развернулась работа по созданию современных систем курсоуказания, измерителей скорости, корабельных приемников РНС, радиопеленгаторов и других приборов и систем, обеспечивающих безопасность мореплавания и использования оружия в любых условиях и в любых точках Мирового океана. Еще до создания навигационных комплексов на флот поступают такие усовершенствованные приборы, как гироскопические и гиромагнитные курсоуказатели типа "Курс-5", "Гиря-МК", "Градус"; измерители скорости типа "МГЛ" и целое семейство лагов "ЛГ" и "ЛP" для различных классов надводных и подводных кораблей; автопрокладчики "АП-4", "АП-ЗУ" и эхолоты "НЭЛ-6" и "НЭЛ-7". Несколько позже появляются индукционные лаги, дистанционные магнитные компасы, навигационные гидроакустические станции, автоматические радиопеленгаторы, корабельные метеостанции и многие другие приборы штурманского вооружения.

Продолжалось совершенствование методики прогнозирования метеорологических и гидрологических элементов по Черноморскому театру и его отдельным районам. На основании проведенных многолетних синхронных съемок гидрологических элементов Черного моря в 1959 году создана монография, в которой излагались новые данные по гидрологии, гидрохимии и гидробиологии; впервые приводились карты пространственного распределения их элементов в Черном море.

В 1960 году на Черноморский флот стали поступать серийные ракетные корабли. В этот период штурманы соединений надводных кораблей под руководством флагманского штурмана флота в короткий срок разработали методы штурманского обеспечения ракетного оружия, которые были практически отработаны на многочисленных ракетных стрельбах. Все, что было рождено и проверено на Черноморском флоте, затем закреплялось в руководящих документах, наставлениях по боевому использованию различных проектов надводных ракетных кораблей.

С НАЧАЛА 60-х годов на Черноморском флоте дважды в год в конце каждого периода обучения проводились двухнедельные сбор-походы. Они начинались переводом сил флота в боевую готовность N 1 и выводом соединений кораблей и подводных лодок в пункты рассредоточения. В это время отрабатывались: проводка кораблей за тралами ближнего противоминного охранения, противолодочная оборона развертывания, плавание кораблей по ФВК по данным береговых средств наблюдения, организация построения кораблей в строй и походный ордер. После этого корабли соединений, базировавшиеся в главной базе, Донузлаве и Балаклаве, собирались на внешнем рейде Севастополя. Здесь в течение 4-5 суток отрабатывалась организация всех видов обороны соединения кораблей на якорной стоянке. В этот период флагманским штурманом флота организовывались соревнования по специальности. Проверялись нормативы по решению астрономических задач, задач маневрирования, использованию корабельных приемоиндикаторов, оценивалась точность постановки кораблей в точки якорных стоянок. Со штурманами и командирами кораблей проводились контрольные навигационные прокладки. Оценивалось качество подготовки рулевых и электриков штурманских. Выполнялись внезапные проверки штурманских боевых частей по их готовности к плаванию и обеспечению практического применения оружия.

Затем все силы флота участвовали в проведении зачетно-тактических учений с плаванием по всему Черному морю. Как правило, под флагом командующего флотом формировалось ударное соединение в составе кораблей дивизии и бригад ракетных кораблей. На первом этапе оно совершало переход в северо-западную часть моря, где отрабатывались стрельбы по береговым целям. После кратковременной стоянки у Тендровской косы, во время которой флагманским штурманом флота организовывался ознакомительный поход штурманов по Бугско-Днепровско-Лиманскому каналу, отряд следовал в юго-западную часть моря и далее в Поти. На переходе отрабатывались организация всех видов обороны, совместное маневрирование в строях и ордерах, отражение атак авиации, подводных лодок, ракетных и торпедных катеров. Проводились учения по разгрому отряда боевых кораблей "противника". Особое внимание обращалось на обеспечение штурманами заданной точности плавания, которая систематически контролировалась не только флагманскими штурманами, но и командирами соединений. Этот период плавания был наиболее сложным для работы штурманов, так как они принимали самое непосредственное участие в выполнении навигационно-тактических расчетов по всем решаемым задачам.

Переход на рейд Поти завершался учением по постановке на якорь всего отряда способом "все вдруг". После кратковременного отдыха проводились учения по поиску подводных лодок по вызову. Затем отряд следовал в северо -западную часть Черного моря, где в районе Феодосии и Новороссийска участвовал в учении по охране (или разгрому) морского десанта. Артиллерийские корабли в составе отряда кораблей огневой поддержки выполняли стрельбы по береговым целям.

Учения завершались совместным переходом главных сил флота в Севастополь с проходом через позиции подводных лодок, выполняющих атаки по надводным кораблям.

Так служили и действовали при Касатонове-старшем...


Укрепляя инфраструктуру

ВОЕННЫЕ СТРОИТЕЛИ всегда получали деловую поддержку и помощь командующего ЧФ адмирала В.А. Касатонова в решении сложных проблем на контролируемых им важнейших объектах, в том числе в выделении техники и личного состава флота.

Строительству предприятий судоремонта и авиационной техники на Черноморском флоте придавалось приоритетное значение. В пунктах базирования кораблей – Севастополе, Балаклаве, Феодосии, Керчи, Одессе, Поти, Измаиле – систематически развивались предприятия судоремонта. Производственная база заводов и мастерских по ремонту и приготовлению ракетно-артиллерийского, минно-торпедного оружия, авиационной и автотракторной техники, радиотехнического и электронного оборудования, гидрографического имущества с поступлением новых образцов вооружения требовала непрерывного совершенствования технологии и модернизации оборудования. Кроме этого, в конце 50-х – начале 60-х годов военные строители закончили и сдали в эксплуатацию базу разделки кораблей – завод Вторчермет.

Для обеспечения безопасности мореплавания на Черноморском флоте строились, реконструировались, совершенствовались маяки и другие средства навигационного оборудования. Так, в 1957 году построена новая каменная башня Ялтинского маяка высотой 17,5 м и дальностью действия красного огня 13 миль.

Для хранения жидкого топлива в Севастополе и Балаклаве построены необычные подземные резервуары из монолитного железобетона в виде вертикальных цилиндрических емкостей с купольным покрытием, облицованные изнутри металлическими листами, высотой до 40 метров и диаметром 15 метров. Склады и хранилища были построены военными строителями практически в каждом пункте базирования кораблей и частей Черноморского флота.

В начале 1956 года в районе Севастополя начато строительство объекта "100" – первого на Черноморском флоте стартового комплекса для запуска крылатых ракет, который предназначался для поражения ракетами надводных кораблей в любой части акватории Черного моря. Объект "100" состоял из 2-х стартовых площадок. Расстояние между ними обеспечивало радиолокационную пеленгацию целей и наведение на них с помощью радиолокации крылатых ракет. Подземный комплекс имел полное автономное инженерное обеспечение жизнедеятельности объекта при полной его герметизации при атомном ударе. Командный пункт на Алуштинском шоссе для МПВО г. Симферополя с опробованием всех систем управления был сдан заказчику в 1956 году, а к началу учебного 1957 года – комплекс строительного техникума в Симферополе для ВМФ СССР.

В поле зрения командующего Черноморским флотом В.А. Касатонова постоянно находилось строительство объектов космической связи, сыгравших в будущем значительную роль в освоении космоса. На Крымском полуострове военные строители ЧФ РФ построили в короткие сроки два уникальных научно-измерительных пункта космической связи НИП-10 в районе Симферополя и НИП-16 в районе Евпатории.

Первая очередь НИП-10 была возведена в 1957 году к запуску первого в мире искусственного спутника Земли для слежения и измерения параметров его полета. В дальнейшем на НИП-10 были построены объекты для связи с кораблем первого космонавта Юрия Гагарина и с последующими космическими кораблями. К примеру, на НИП-10 впервые была осуществлена телевизионная связь с пилотом космического корабля. Н.С. Хрущев беседовал с космонавтом Андрианом Николаевым. Позже здесь же был построен полигон, имитирующий лунную поверхность, где успешно прошел испытания опытный образец лунохода.

С увеличением в начале 60-х годов радиуса действия космических ракет НИП-10 вместе с другими пунктами уже не обеспечивал слежение за ними. Решением Правительства была поставлена задача военным строителям Черноморского флота в исключительно сжатые сроки выполнить огромный объем работ и построить научно-измерительный пункт НИП-16, где предстояло разместить и задействовать уникальные антенны дальней космической связи. Строительное управление Черноморского флота успешно справилось с поставленной задачей, и ряд важных космических программ был выполнен.

Для выполнения специальных работ и монтажа оборудования Отдельный монтажно-технический отряд в годы командования адмирала В.А. Касатонова Черноморским флотом активно участвовал в строительстве специальных уникальных объектов как для Черноморского флота, так и для Киевского, Прикарпатского, Северо-Кавказского, Закавказского, Одесского и Белорусского военных округов. Военные строители ЧФ всегда сдавали свою работу с самой высокой оценкой.

В 1958 году внимание командующего флотом было обращено к озеру Донузлав. Здесь началось обустройство базы для гидросамолетов авиации Черноморского флота. В сжатые сроки был построен гидроспуск, а также стоянки и рулежные дорожки для реактивных гидросамолетов. Одновременно флотские строители сооружали и объекты бытового назначения: казармы, столовую, котельную, банно-прачечную, водовод длиной 20 км. Так было положено начало созданию Крымской военно-морской базы в Донузлаве.

В период командования Черноморским флотом адмиралом В.А. Касатоновым на флот поступали новая авиационная техника и оружие. С появлением самолетов-ракетоносцев ТУ-16 с мощными ракетами класса "воздух-корабль" со спецзарядом боевая мощь флота резко возросла, а ракетоносная авиация превратилась в ведущую ударную силу Черноморского флота.

Увеличилось финансирование строительства служебных и технических помещений, жилья. Активно развернулись работы в Евпатории, на аэродроме в Гвардейском, в Феодосии, ряд крупных объектов построен военными строителями в Симферополе.

В 1958 году на Черноморском флоте создается Морская инженерная служба для инженерного обеспечения боевой и повседневной деятельности сил Черноморского флота, поддержания их в высокой боевой готовности и выполнения функций "заказчика" по капитальному ремонту. На МИС возлагались совершенствование системы базирования, капитальный ремонт объектов базирования флота, а также очистка территорий акватории от взрывоопасных предметов, оставшихся после Великой Отечественной войны в зоне ответственности Черноморского флота.

По заданию командования в 1961 году в районе Главной базы флота был построен командный пункт – первое на флоте двухэтажное арочное сооружение пролетом 9 метров и длиной 72 метра.

Наряду со строительством специальных объектов при личном участии В.А. Касатонова получило широкое развитие жилищное строительство для частей и соединений Черноморского флота в Севастополе, Евпатории, Феодосии, по всему побережью Черного моря.

В Севастополе построены массивы и кварталы жилых домов, украсившие центральное городское кольцо, улицы Гоголя, Л. Толстого, Балаклаву, Корабельную сторону, поселок Бартеневка. Были созданы объекты культурно-просветительного и лечебного назначения. В 1961 году за 7 месяцев вместо нормативных 9 завершено строительство школы по улице Хрусталева на 920 мест, построена 110-я флотская поликлиника. Проложены сотни километров инженерных сетей, асфальтированных дорог, выполнен огромный объем работ по благоустройству.

Во второй половине 50-х годов получило широкое развитие строительство хозяйственным способом как дополнительное средство обеспечения семей офицеров, мичманов и прапорщиков жильем. Этот способ позволил значительно уменьшить затраты на строительство при активной помощи личного состава войсковых частей. За три года (1956-1959) в Севастополе для семей военнослужащих Черноморского флота только хозяйственным способом построено 100.000 кв. м жилья в районе улиц Горпищенко, Супруна, бухты Стрелецкой. С начала 60-х годов в Феодосии, Судаке, Керчи, Евпатории начинают возводить крупные корпуса пятиэтажных многоквартирных домов. В Феодосии за 1956-59 гг. общая полезная площадь жилья возросла до 17.960 кв. м.

Нужно отметить, что в эти годы получила широкое развитие производственная база военных строителей. Она имела достаточную мощность для обеспечения объектов строительства конструкциями, изделиями и материалами. Для подготовки и повышения квалификации различных специальностей военных строителей действовал Учебный комбинат. Это обеспечило высокий уровень индустриализации, долговечности и качества строительства на Черноморском флоте. На стройках Строительного управления развернулось широкое соревнование за повышение производительности труда, досрочное выполнение планов и обязательств.

Метод строительства "с колес" получил развитие в поточном строительстве крупных жилых кварталов и ряда объектов. Строительство превратилось в механизированный поточный процесс сборки и монтажа зданий из крупноразмерных элементов и узлов. Примером строительства поточно-совмещенного метода явилось показательное строительство комплекса жилых домов микрорайона на Куликовом поле в Севастополе. Строительство жилых домов во всех регионах Черноморского флота, где имелась групповая или поквартальная застройка, велось только поточно-совмещенным способом.

В конце 50-х – начале 60-х годов военные строители Черноморского флота начали сооружать современные здравницы в Крыму и на Черноморском побережье Кавказа для военнослужащих и их семей.

Флотские строители в сжатые, кратчайшие по историческим меркам сроки возродили главную базу Черноморского флота и город Севастополь, который стал памятником воинского и трудового подвига. Они построили ряд важнейших объектов для освоения космоса и защиты воздушных границ Родины, способствовали решению сложнейших задач по созданию мощного океанского ракетно-ядерного флота.

Кроме этого, в конце 50-х – начале 60-х годов флотские строители приняли участие в создании пунктов базирования сил флота в Албании, а затем в Польше, на Кубе.

Многогранное разноплановое строительство СУ ЧФ велось под пристальным вниманием Военного совета флота и непосредственным руководством командующего Черноморским флотом адмирала В.А. Касатонова.


Флот нового уровня

В ПЕРИОД командования Черноморским флотом адмиралом В. Касатоновым произошло качественное изменение флота. Говоря об этом, следует отметить три момента.

Во-первых, флот вырос количественно при некоторой оптимизации его структуры. Так, в период командования ЧФ С. Горшковым в составе флота находилось 93 надводных корабля, при В. Касатонове – уже 132. При этом число артиллерийских кораблей возросло с 35 до 65. Число противолодочных кораблей возросло с 20 до 32, противоминных – с 38 до 43. Число подводных лодок, правда, сократилось на 5 ед. и составило 54. Количество флотских "организмов" (эскадр, ВМБ, дивизий, бригад, полков, дивизионов, батальонов) превышало сотню. Только дивизий и отдельных бригад было соответственно 7 и 11.

Во-вторых, произошло качественное изменение состава флотских сил. Так, в числе надводных, а затем подводных сил появились принципиально новые корабли и катера – ракетные. Авиацию пополнили новые типы реактивных самолетов, в строй входили вертолеты. Береговые части получили образцы ракетной техники – стационарные и передвижные комплексы. Не за горами было решение о возрождении морской пехоты.

Кроме того, о качественных изменениях свидетельствует рост мероприятий оперативной и боевой подготовки. Их рост увеличился почти в два раза. Интенсивность выполнения боевых упражнений по некоторым видам БП возросла значительно. Так, к примеру, число боевых упражнений с 1955-го по 1962 г. увеличилось с 600 до 1.568. Были проведены 84 ракетные стрельбы (при Горшкове не было).

Также следует сказать о том, что многократно возросла интенсивность плавания. Черноморский флот, безраздельно господствовавший в Черном море, не только стал осваивать Средиземноморье, но и вышел в Атлантический и Индийский океаны. Черноморские экипажи активно передавали корабли и подводные лодки на другие флоты, в т. ч. осуществляли межфлотские переходы Северным морским путем. Оказывалась помощь в освоении советской техники морякам союзных и дружественных стран.

Таким образом, в течение второй половины 50-х – начале 60-х годов Черноморский флот как составная часть ВМФ, несмотря на издержки не всегда продуманных "хрущевских" преобразований, реально стал приобретать облик, соответствующий требованиям, изложенным в существовавших руководящих документах. Постепенно он наращивал потенциал, обеспечивающий в скором будущем его способность надежно и эффективно отстаивать интересы нашего государства в различных районах Мирового океана.

В связи с вышеизложенным представляется вполне логичным назначение адмирала В.А. Касатонова на высокий пост командующего молодым и динамично развивающимся "Самым флотом" — Северным флотом, ставшим самым мощным оперативно-стратегическим объединением ВМФ.

На других должностях

В ФЕВРАЛЕ 1962 года В. А. Касатонов принял командова ние Северным флотом. Северо морцы в то время интенсивно осваивали атомные подводные лодки. Проявив свойственную ему энергию, умело направив деятельность штаба флота, ко мандиров соединений, команду ющий в короткие сроки добил ся выхода атомных подводных лодок в длительные океанские походы. Постоянно проводятся уче ния, показывающие, что северомор цы способны решать сложней шие оперативно-тактические задачи, успешно применять ра кетное оружие.

Северный флот был под пристальным вниманием руководства страны, в т. ч. самого Н.С. Хрущева.

В июне 1962 г. атомная подводная лодка К-3 ("Ленинский комсомол") про шла подо льдами к Северному полюсу и всплыла на нем, ус тановив на вершине планеты Государственный флаг СССР и Советский Военно-морской флаг. Через год, в сентябре 1963 г., всплыла на Северном полюсе подводная лодка К-181, которой командовал капитан 2 ранга Ю. А. Сысоев. Руководителем этого похода был адми рал Касатонов.

Северный флот Владимир Афанасьевич возглавлял более двух лет. Это время было насыщено множеством интересных, масштабных и важных дел.

Назначение В. А. Касатонова в июне 1964 г. первым заместителем Главнокомандующего было воспринято в Военно-Морском Флоте с удовлетворением, оно было закономерным. В июне 1965 г. ему было при своено воинское звание адмира ла флота. За умелое руководство групповым походом атомных подводных лодок в подводном положении с Кольского полуос трова на Камчатку Владимир Афанасьевич в ноябре 1966 г. был удостоен высокого звания Героя Советского Союза.

В должности первого заместителя Главкома Вла димир Афанасьевич работал в тесном со трудничестве с Главнокомандующим ВМФ Адмиралом Флота Советского Союза С. Г. Горшко вым, был его ближай шим соратником. Но при этом он всегда принципиально от стаивал свое личное мнение, даже если оно расходилось с мнением Главкома. Активно и творчески работая на своем от ветственном посту, Владимир Афанасье вич не раз выполнял труднейшие специ альные задания С. Г. Горшкова.

В связи с этим необходимо отметить: по роду своей службы, а также в связи с тем, что В.А. Касатонов, можно сказать, до мозга костей был подводником, ему поручались дела, связанные со случавшимися авариями и катастрофами наших подводных лодок. Именно он делал доклад в ГШ после гибели ракетоносца К-129 в 1968 г., организовывал спасательную операцию в связи с аварией К-19 в 1972 г., принимал самое активное участие в расследовании других трагедий, в т. ч. гибели К-8 в апреле 1970-го. Миссия ответственная и тяжелая, даже скорбная...

С середины 1974 г. В. А. Ка сатонов плодотворно и с большой отдачей работал в составе Груп пы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.

ЗА МНОГОГРАННУЮ И ПЛОДОТВОРНУЮ деятель ность в интересах Советского государства адмирал флота Ка сатонов был награжден тремя орденами Ленина, орденом Ок тябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, орденом Нахимова II степени, двумя орденами Отечественной войны I степени, двумя ордена ми Трудового Красного Знаме ни, двумя орденами Красной Звезды, орденом "За службу Родине в Вооруженных Силах СССР" III степени, медалями, а также иностранными орденами. Ему присвоено звание Героя Со ветского Союза. Активно участвовал Влади мир Афанасьевич и в обще ственной жизни. С 1939 года он был членом Коммунистичес кой партии, избирался депутатом Верховного Совета СССР 5—9-го созывов.


Сочетание качеств

НАВЕРНОЕ, следует сказать, что Владимир Афанасьевич Касатонов своим примером доказал истинность утверждения о том, что военачальник высокого ранга, а тем более флотоводец, должен сочетать в себе не только качества руководителя крупными коллективами и организатора подчиненных на выполнение сложных задач, но и политика. Кстати, специфика флотской службы состоит в том, что командир любого военного корабля является официальным представителем государства, а сам корабль – его территорией, в юрисдикцию страны его флага никто не имеет права вмешиваться.

В своей службе адмиралу флота В. Касатонову неоднократно приходилось заниматься вопросами внешнеполитической, даже дипломатической деятельности. В их ряду – участие в заграничных походах, заходы в иностранные порты (Норвегия, Дания, Югославия, Албания, Болгария, Румыния, Польша). Владимир Афанасьевич также занимался вопросами обеспечения визитов глав иностранных государств. К примеру, в период его командования Черноморским флотом в Севастополе побывали лидер Югославии Иосип Броз Тито, президенты Египта Гамаль Абдель Насер и Индонезии Сукарно, иранский шах Мохаммед Реза Пехлеви и др. Свой вклад адмирал Касатонов внес в подготовку соответствующих документов в период исторической Ялтинской конференции (февраль 1945 г.). Позже, уже став первым заместителем Главнокомандующего ВМФ, он входил в состав делегаций Министерства обороны, посетивших Алжир (1968 г.), Польшу (1968 г.), Египет (1971-й, 1972 г.). Дважды В. Касатонов сам возглавлял делегации Военно-Морского Флота (в 1971 г. – в Египте и в 1972 г. – в США). Пожалуй, наиболее примечательной стала поездка в США (с 4 по 17 мая 1972 г.).

В ЭТОТ ПЕРИОД в Вашингтоне шли переговоры по разработке, подготовке, а затем и подписанию (25 мая, Москва) важного политического документа – советско-американского соглашения "О предотвращении инцидентов в открытом море и воздушном пространстве над ним". Решение договориться в этой области было обусловлено активизацией военно-морской деятельности с нашей стороны, выполнением задач ВМФ СССР в районах интенсивного плавания кораблей ВМС США. Процесс этот стал возможен благодаря потеплению во взаимоотношениях между нашими странами, являвшимися сверхдержавами, находящимися на разных полюсах глобального противостояния. Достижение баланса сил во многом было обеспечено ростом нашей военно-морской мощи. Настало время, когда назрела необходимость снижать уровень опасности развязывания новой масштабной войны.

Переговоры шли непросто. Американцы соглашались говорить только о безопасности отдельных надводных кораблей. Проблемы возникали, когда речь шла о корабельных группах и соединениях. А когда разговор заходил об авиации, они ничего вообще не хотели воспринимать, никакие доводы не принимались... Тем не менее текст соглашения был подготовлен. Его тщательно отработали члены делегации, юристы, специалисты-международники, мидовцы, представители Генштаба – с их стороны подход был очень ответственный.

Наконец, по поручению правительства адмирал флота В. Касатонов поставил свою подпись при парафировании соглашения. С американской стороны документ подписал министр ВМС США Дж. Уорнер. Вскоре во время переговоров между Л. Брежневым и Р. Никсоном главы военно-морских ведомств подписали текст этого соглашения. Этот факт, достижение договоренностей, стал настоящим прорывом в отношениях между военными флотами двух стран. Это был первый документ подобного рода, который был призван уменьшить возможность опасных инцидентов в ситуациях, когда корабли и самолеты СССР и США действуют в непосредственной близости друг от друга. Хотя, конечно, всего предусмотреть невозможно, тем более в море. Говорят, что с Морем не шутят, к нему нужно относиться не только уважительно, но и с почтением.

БЕЗУСЛОВНО, формирование и выработка у Владимира Афанасьевича соответствующих деловых и организаторских качеств происходили в течение всей жизни – она являлась для него бесконечной школой, он всегда стремился познавать новое, как губка, впитывал современные идеи, уважительно относился к новшествам.

Конечно, определяющее значение для него имела совместная работа с выдающимися флотоводцами страны в годы войны. На его становление непосредственно влияли Н. Г. Кузнецов, И. С. Исаков, Л. М. Галлер, В. А. Алафузов, Г. А. Степанов, И. Д. Елисеев, Ю. Ф. Ралль. После Победы Владимир Афанасьевич работал с маршалом А. М. Василевским и генералом армии С. М. Штеменко. Во многом благодаря им у него вырабатывалось и формировалось оперативно-стратегическое мышление, способность видеть перспективу, взаимодействовать как с военными управленческими структурами, так и с гражданскими ведомствами, с представителями государственной власти, местных администраций.

За долгую многолетнюю службу ему приходилось не только встречаться с известными политиками и военачальниками, но и выходить с ними в море, участвовать в учениях, решать сложные вопросы. Это и "первые лица" государства – Н. Хрущев, Л. Брежнев, Н. Булганин, М. Суслов, А. Микоян. И известные всей стране – и не только – маршалы Г. Жуков, Р. Малиновский, А. Гречко, Д. Устинов, С. Соколов, К. Рокоссовский... Этот список славных имен можно продолжать, жизнь сводила Владимира Афанасьевича с интереснейшими людьми. А общение с ними можно считать подарком судьбы.

В различные периоды вместе с ним служили прекрасные люди, которые во многом способствовали его успехам. Трудно перечислить всех – достойных моряков наш флот воспитал немало. Теплые чувства Владимир Афанасьевич испытывал к политработникам, членам Военного совета. Нынче, правда, не принято в восторженных тонах говорить о роли "комисссаров-политруков", но, думается, время, постепенно все расставляя на свои места, всем даст объективную оценку. Десятки лет крепкая дружба связывала Владимира Афанасьевича с адмиралом В. М. Гришановым и вице-адмиралом Н. А. Ториком.

Много внимания В. А. Касатонов уделял воспитанию и росту штабных офицеров, многие из которых были его истинными соратниками и на Тихом океане, и на Севере, и на Балтике, и на Черном море, и в Москве. Он особо выделял работу с командирами, понимая: командир корабля – главная фигура на флоте. Он уважал и ценил настоящих моряков. Оценивая людей, он всегда говорил: "Тот, кто мало плавал, – опыта не имеет". Для любого офицера, оценки его способностей и возможностей, важнейшее значение имеет его опыт самостоятельной работы. Это относится не только к командирам.

РАЗУМЕЕТСЯ, Владимир Афанасьевич как руководитель олицетворял собой свое время, которое определяло "правила игры". Можно сказать, что он был "человеком своего времени". А "его время" растянулось на период "от Сталина до Горбачева". Формы, способы "учебы" со стороны старших начальников соответствовали "духу эпохи", которая включала в себя много всякого-разного. В. А. Касатонов "нагружал" себя, "грузил" и других.

Часто днем он активно работал в частях и на кораблях, а вечером трудился в штабе, задерживаясь допоздна. При этом, чем бы ни занимался, старался докопаться до мелочей. Разборы делал детальные, поименные, часто нелицеприятные. Вице-адмирал Николай Антонович Торик, служивший с В. Касатоновым в должности Члена Военного совета – начальника политуправления ЧФ, говорил о нем: “Высокотребователен к подчиненным и безжалостен к себе – весь в деле, на службе”.

Владимир Афанасьевич не изменял себе, был смелым, не боялся брать груз ответственности на себя. Уровень задач и ответственности был колоссальный, спрос – персональный. Приходилось иной раз поступать жестко, спрашивать строго. Но при всем том хотелось бы отметить: адмирал был отходчив, зла не помнил и не таил, всегда отдавал приоритет интересам дела, оценивал деятельность конкретных людей по конечному результату.

Что греха таить, и в сталинское время, и позже кадровые военные всегда испытывали на себе последствия изменений, происходивших на уровне Кремля. При этом частенько доставалось флоту, свидетельством чему – судьба Николая Герасимовича Кузнецова, с которым Владимиру Афанасьевичу посчастливилось служить. Можно сказать, что в его жизни и службе он занимал особое место.

ВПЕРВЫЕ В. Касатонов встретился с Н. Кузнецовым на Тихоокеанском флоте, до войны. Кроме личного общения по службе, семьями при жизни Н. Г. Кузнецова, он уже после его кончины готовил материалы к 80-летию и 85-летию со дня его рождения. А в 1987 году в Москве в Доме литераторов на торжественном собрании Владимир Афанасьевич сделал доклад о жизненном пути Нико лая Герасимовича.

Наверное, самой точной будет оценка Н. Г. Куз нецова, отмеченная в записках В. А. Касатонова: "Принципиален и настойчив. Работоспособен. Достоин подражания. Умел слушать людей. Давал четкие указания, развивал ини циативу у подчиненных. В аттестации П.С. Нахимову в свое время бы ло написано: "Чист душой и море любит". Это полностью можно отнести к Н.Г. Кузнецову. Благоже лательный и простой, располагающий к себе человек, принимал ответственность на себя. На редкость порядочный человек, решительный и смелый. Достойно держался в любой обстановке, да же в трагических условиях. Свой долг выполнил до конца".

В послевоенное время, проходя службу в Генераль ном штабе, Владимир Афанасьевич был в курсе всех событий, которые происходили в Военно-Морском Фло те. Ему были известны результаты инспекций Главно го морского штаба в 1946 году, а затем работы экс пертной комиссии, подтверждающей отсутствие вины командования Военно-Морского Флота в тех вопросах, которые тогда ставились ему в вину.

"Сталин не поверил результатам экспертной комис сии, состоявшей из специалистов Военно-Морского Флота, — говорил адмирал В. А. Касатонов. — Он при казал провести так называемый "суд чести" и дал ука зание привлечь адмиралов Н. Г. Кузнецова, Л. М. Галлера, В. А. Алафузова и Г. А. Степанова к ответствен ности. Этот суд состоялся в клубе Главного штаба ВМФ под председательством Маршала Советского Союза Л. А. Говорова. Я тогда присутствовал на суде. Вина адмиралов не была доказана. Кузнецов держал ся спокойно, уверенно, с чувством собственного досто инства".

Много лет Владимир Афанасьевич вместе с другими занимался восстановлением Н. Г. Кузнецова в прежнем воинском звании, и, будучи всемерно благодарным за его школу, он, как мог, помогал ему. Тяжело переживал кончину своего наставника, в декабре 1974 года про водил в последний путь, являясь Председателем комис сии по организации похорон. Работа по реабилитации Кузнецова продолжалась до тех пор, пока 26 июля 1988 года не был подписан указ о восстановлении вице-адмирала Н. Г. Кузнецова в прежнем звании.

Это был результат усилий многих людей: матросов, офицеров, адмиралов, генералов, Маршала Советского Союза А.М. Василевского, простых тружеников. Командование Вооруженных Сил и Военно-Морского Флота, министр обороны Маршал Советского Coюза Д.Т. Язов и Глав нокомандующий ВМФ адмирал флота В.Н. Чернавин подготовили ходатайство к высшему руко водству страны, и оно было принято и рассмотрено. Правда восторжествовала.

Владимир Афанасьевич имел свое мнение, которое он всегда отстаивал и доказывал, несмотря на слож ность обстановки.

Проявляя полное единство с С. Г. Горшковым по ос новным вопросам строительства флота, он был не согласен с его мнением о Н. Г. Кузнецове или с предвзятым отно шением к тому же Н.Г. Холостякову. Не согласен он был с ним и по ряду вопросов кадровой политики...

(Окончание следует)

 

Просмотров: 2117
Комментариев: 1
Автор: Сергей Горбачев
Источник: Флот-21 век
Фото: Флот-21 век
Тэги: Владимир Касатонов  адмирал флота  ВМФ СССР 
В тему:


Просмотреть все комментарии к новости
Добавить коментарий
Ваше имя
Тема
Комментарий
Число на картинке


    Последние публикации
От Каддафи до Хафтара. Военный арсенал современной Ливии
На фоне того, как на ливийской территории ведут выяснение отношений между собой другие страны ( «Ожидаемое невозможное» ), есть смысл посм >>>


Активная оборона. Стратегическое командно-штабное учение «Кавказ-2020» не направлено против других стран
21 сентября на юге России началось стратегическое командно-штабное учение (СКШУ) «Кавказ-2020». Оно продлится до 26 сентября, носит искл >>>


В нигерийских джунглях ждут выкуп. Первая выплата за освобождение моряков уже перехвачена
Переговоры с нигерийскими пиратами о судьбе троих россиян, похищенных с гражданских судов в Гвинейском заливе, затянулись на пять месяцев. Судовла >>>


Флот: события и факты
Информационный обзор. Новости Черноморского флота, российского кораблестроения, судоремонта, научная, общественная и культурная жизнь морского сообщ >>>


Две новых гиперзвуковых ракеты США. Супероружие будет летать в плотных слоях атмосферы на малых высотах и поражать наземные цели
ВВС США и Агентство перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США завершили первую фазу аэродинамических испытаний двух новых об >>>


Почему приказал долго жить центральный командный пункт ВМФ. Размышления флотского офицера в год 60 – летия ЦКП
Почти девять лет назад, первого декабря 2011 года, под ударами реформы пал не только Центральный командный пункт (ЦКП) ВМФ, просуществовавший 50 лет >>>


Британия впервые направила большую военную группировку к границам Крыма
Британские военнослужащие впервые за последние годы направлены для совместных с Украиной учений недалеко от границ Крыма. Маневры НАТО «Объед >>>


ОБСЕ призывает Ереван и Баку к продолжению переговоров. В Ереване готовы к переговорам, в Баку – раздумывают
Сопредседатели Минской группы ОБСЕ провели телефонные переговоры с главами МИД Армении Зограбом Мнацаканяном и Азербайджана Джейхуном Байрамовым >>>


Партия Вучич – Трамп: кто кого переиграл? О последствиях соглашения, подписанного в Вашингтоне
Фотография Александра Вучича, сидящего на неудобном маленьком стульчике перед президентским столом Дональда Трампа в Овальном кабинете Белого дома >>>


Ещё раз о Минских договорённостях, или Терпению приходит конец. «Дело Навального», «белорусская партия» Запада и Донбасс
17 сентября Сергей Лавров сделал знаковое заявление: «Я не думаю, что при нынешнем украинском правительстве, как и при предыдущем президент >>>


Поиск



Наш день

24 сентября – День Государственного герба и Государственного флага Республики Крым
Начиная с 2016 года, 24 сентября отмечается в Крыму как День Государственного герба и Государственного флага Республики.

Объектив

Фотогалерея


Отражение (новый выпуск!)



В фокусе


12 августа исполнилось 20 лет со дня гибели АПРК «Курск». В этот день в разных городах России почтили память погибших подводников

Православные праздники


Газета ФГУП "13 СРЗ ЧФ" МО РФ


Свежий выпуск

Тема
Две новых гиперзвуковых ракеты США. Супероружие будет летать в плотных слоях атмосферы на малых высотах и поражать наземные цели
Новая дорога привлечет инвестиции в Крым
К вопросу о введении в оборот материалов и документов Ялтинской конференции 1945 года
Кинодонос на реальных пленников. Создатели фильма о захваченных в Ливии гражданах РФ сделали все, чтобы те не остались в живых
Российский ВМФ в зеркале Финского залива. Медведь готовится стать тренером по плаванию
Россия выделила Молдове кредит в 200 млн евро. Соглашение о кредите уже подписано
Почему приказал долго жить центральный командный пункт ВМФ. Размышления флотского офицера в год 60 – летия ЦКП
На Плоешти бомбардировщики можно только из Бенгази послать? Очередной всплеск либеральной мысли о войне
НОВАЯ КНИГА: ФЛОТОМ КОМАНДУЕТ СЕРАФИМ ЧУРСИН
Реклама

Православные праздники

Погода


Ранее
Исследовательское судно Балтийского флота «Адмирал Владимирский» прошло Суэцким каналом в Средиземное море

IX ТЕННИСНЫЙ ТУРНИР ПОБЕДИТЕЛЕЙ