Опрос

За кого Вы бы отдали свой голос на выборах губернатора Севастополя?
За экс-мэра Москвы Ю. Лужкова
И.о. губернатора Д. Овсянникова
«Народного мэра» А. Чалого
За авторитетного и умного управленца (из Севастополя)
За любого авторитетного и умного управленца
Губернатора Севастополя должен назначить Президент
Верните Яцубу!


Праздники России

Праздники России

Русский вопрос


Еженедельная авторская
телепрограмма К. Затулина

Читайте также
ДПФ: Валентин Пикуль по-прежнему с нами. И на все времена…
Больше, чем символ. 20 лет назад на кораблях Черноморского флота России были подняты Андреевские флаги
Военный совет ВМФ России определил основные задачи флота на летний период обучения
Российский ультиматум вынудил Пентагон «сузить свою географию»
В Черном море разбился болгарский военный вертолет, один человек погиб
Юлию Тимошенко подозревают в государственной измене. Экс-премьера Украины снова могут судить за газовый контракт 2009 года
Нужно было не у норвежцев паром покупать, а строить его на «Севморзаводе». Об этом в прямом эфире СРГТРК заявила председатель Севастопольского городского совета профсоюзов Елена Калуженко
Додон: высылка дипломатов — часть международной истерики против России
Капитал дальнего плавания. Петербургские верфи готовы конкурировать с иностранными в производстве гражданских судов
Комитет по обороне: Кабмину следует добиваться получения российских заказов для «Севморзавода»
Президентский круиз. Как Владимир Путин связал «Князем Владимиром» Крым и Кавказ
Охрана морских портов Украины будет передана госструктурам
Наша библиотека. "Хроника флотского спецназа" (фото)

Реклама


Видеооко


Включай и смотри

Партнёры




Черноморский флот и Севастополь в судьбе России. Навсегда!


2017-05-21 17:01 Акцент
В соответствии с планом, утвержденным начальником Генерального штаба Вооруженных Сил РФ генералом армии Валерием Герасимовым, в Санкт-Петербурге, в ВУНЦ ВМФ "Военно-морская академия" состоялась военно-историческая конференция "Черноморский флот и Севастополь в судьбе России", посвященная 25-й годовщине начала борьбы за сохранение  ЧФ после распада СССР.  С докладом на ней выступил командующий Черноморским флотом в 1991-1992 годах адмирал И.В. Касатонов.

Черноморскому флоту исторически отводилась ключевая роль в обеспечении внешнеполитических интересов Российской империи (в последующем – Советского Союза) на Юго-Западном направлении. В 1990-е годы в новых политических условиях, когда Черноморский флот и его главная база – Севастополь, оказались на территории Украины в результате распада СССР, возникла угроза военно-политическому влиянию России в Азовско-Черноморском и Средиземноморском регионах, укреплению федеративных отношений в Российской Федерации, особенно в контексте событий на Северном Кавказе, сохранению единого военно-стратегического пространства в рамках СНГ, что обусловило поиск политических путей решения этой проблемы.

Украина, в свою очередь, приступив к созданию независимого государства, также отвела важную роль Черноморскому флоту как основе ее будущих военно-морских сил, гаранту территориальной целостности и неприкосновенности южных границ государства, утверждению значимости страны в Азовско-Черноморском регионе, обеспечению ей роли морской державы. Немалое значение отводилось флоту и в вопросе нейтрализации действий России в отношении возможных территориальных претензий на  Крым. Путем продажи большей части имущества бывшего единого Краснознаменного ЧФ СССР Правительство Украины планировало получить дополнительные средства для реформирования своей стагнирующей экономики. При этом его действия и намерения зачастую согласовывались с позицией ряда государств – членов Североатлантического альянса, которые были объективно заинтересованы в ослаблении военно-политического влияния Российской Федерации в регионе. Черноморский флот в сознании значительной части украинского общества стал символом утверждения независимости страны и противостояния "имперским амбициям" северного соседа.

9 января 1992 г., выступая на всеукраинском совещании по вопросам военного строительства, президент Украины Л.М.Кравчук заявил: "Статус Черноморского флота определяет будущее не только самого флота, но и очень важен для определения будущего статуса Украины. Полагаю, что никто не сомневается в том, что Украина должна быть морской державой, она имеет для этого все основания – более тысячи километров береговой линии, в приморских районах республики проживает более четверти граждан Украины, тут огромнейший экономический потенциал и естественное стремление Украины иметь свои морские границы, иметь свои военно-морские силы".

В общем, проблема Черноморского флота была обусловлена, с одной стороны, развитием государственности Украины (укрепление центральной власти, строительство национального флота, утверждение ее роли в регионе), с другой – недружественной политикой руководства России, направленной на удержание под своим военно-политическим контролем Крыма. Таким образом, в новейшей истории России и Украины Черноморский флот становился не только символом утверждения независимых государств в новых условиях, но и военной составляющей их политики. Боевая мощь флота (около 80-90 % всего Черноморского флота СССР) имела для двух государств определяющее значение в обеспечения безопасности их южных рубежей.

России предстояло выработать сбалансированную и гибкую позицию по Черноморскому флоту и его главной базе – Севастополю, которая позволила бы перевести эту острую проблему в русло политического диалога и поиска компромиссных решений, несмотря на серьезное осложнение внешнеполитической ситуации.

В условиях распада Союза ССР и блока социалистических стран в Европе образовавшиеся новые независимые государства Черноморского региона – Болгария, Румыния, Грузия, Украина, демонстрировали намерение проводить политику с акцентом на развитие отношений с евро-атлантическими структурами. При этом украинская сторона стремилась к достижению статуса нейтрального государства и уклонилась от участия в Ташкентском договоре о коллективной безопасности СНГ.

Возникли вооруженные конфликты в Абхазии и Южной Осетии, угрожая территориальной целостности Грузии. На территории России все ощутимее дестабилизировалась обстановка на Северном Кавказе, что также не внушало уверенности в безопасности государства.

После распада Союза ССР большинство портов на Черном море оказалось за пределами России. Грузии досталось Батумское пароходство, Украине – пароходства в Одессе и Измаиле, а также рыболовецкий флот в Керчи и Севастополе. В распоряжении России на Черном море сохранился практически один относительно крупный морской порт – Новороссийск, находящийся в неблагоприятных географических условиях Кавказского побережья, ориентированный исключительно на внешнюю торговлю и туризм и не предназначенный для размещения большого количества крупнотоннажных судов, прежде всего военных. Попытка перебазировать в конце 1992 года из Поти в Новороссийск бригаду кораблей охраны водного района, входящую в состав ЧФ, привела к гибели нескольких кораблей в штормовых условиях на незащищенных причалах Новороссийского порта. Создание необходимой для флота инфраструктуры в абсолютно не подходящих для этого географических условиях требовало огромных финансовых средств, которыми Россия в 90-е годы XX столетия не обладала.

Ситуация вокруг Черноморского флота вызвала пристальный интерес на Западе. По мнению З.Бжезинского, в результате обретения Украиной независимости Россия утратила доминирующее положение на Черном море и "осталась с небольшой береговой полосой Черного моря и с неразрешенным спорным вопросом с Украиной о правах на базирование остатков советского Черноморского флота".

Политолог Д.Яворски отмечал, что для России важен не сам флот, а его базы, владея которыми она может влиять на обстановку в Крыму и во всем Причерноморье. Посол Японии в Польше профессор Н.Хоидо, прогнозируя будущее России как одной из богатейших и могущественнейших стран мира, отмечал, что ее стратегические интересы в Черном и Средиземном морях может обеспечить только сильный флот, каковым он и являлся на протяжении своей истории. Уход флота с территории Крыма или раздел равносильны его уничтожению. Существование же Черноморского флота как последней неразделенной части бывшего единого Союза имеет серьезное политическое и моральное значение, являясь для определенной части постсоветского общества олицетворением надежд на стабилизацию обстановки в регионе.

В течение 1990-х годов, в условиях неопределенности судьбы и ослабления потенциала Черноморского флота, незащищенности с моря Кавказского побережья России стало увеличиваться количество несогласованных "непреднамеренных" заходов в Черное море боевых кораблей военно-морских сил стран-участниц НАТО. Если в 1991 году в Черном море совершали плавание 5 боевых кораблей нечерноморских государств, то в 1992 году – 16, в 1993 году – 19, в 1994 году – 27.

В 1993 году руководство НАТО приняло решение о включении Черного моря в зону ответственности блока, что приближало зону активных действий Североатлантического альянса непосредственно к южным границам России. Это существенно влияло на баланс сил в регионе в неблагоприятную для России сторону. Непосредственным итогом этого процесса явился резкий рост т.н. "актов неуважения" по отношению к флагу России. Эти действия сводили "на нет" достигнутые договоренности о сокращении вооружений в Европе, снижали уровень стратегической защищенности российского государства с юга.

Повышенный интерес НАТО к Черному морю, кроме военно- стратегических аспектов, был обусловлен проектами создания новой стратегически важной коммуникации по транзиту энергоносителей из Азии в Европу. Россия проявляла заинтересованность в том, чтобы маршрут транзита проходил по ее территории. Это укрепило бы ее позиции в Каспийско-Черноморском регионе, одновременно содействуя экономическому развитию территории Калмыкии, Астраханской области, Краснодарского края, Северного Кавказа.

В противовес России США активно лоббировали маршрут транзита энергоносителей в обход российской территории через Азербайджан, Грузию и Турцию к средиземноморскому порту Джейхан. Воспользовавшись ситуацией, сложившейся после распада СССР, и ослаблением Черноморского флота, Турция в одностороннем порядке ужесточила правила прохода российскими судами черноморских проливов, что затрагивало интересы российского экспорта.

Большие надежды с транзитом энергоносителей через свою территорию связывала Украина. Этой цели был подчинен проект создания нефтепровода Одесса – Броды и далее через территорию Польши в Европу. Украинская сторона рассчитывала доставлять азербайджанскую нефть в Одессу морем из грузинского порта Супса. Географическое положение Крымского полуострова позволяло с его территории осуществлять эффективный контроль над всеми перевозками в Черном море. Украина также надеялась получить крупную экономическую выгоду, укрепить свое положение среди стран Черноморского региона, Центральной и Восточной Европы, ослабить зависимость от поставок энергоносителей из России.

Все это свидетельствовало о том, что отныне Черное море, где прежде доминировал СССР со своими союзниками по Варшавскому договору, становилось местом сосредоточения многовекторных интересов черноморских и нечерноморских государств. Эти интересы в большинстве своем вступали в противоречие с интересами Российской Федерации.

С учетом всей совокупности политических, экономических, военных факторов Россия объективно была заинтересована в сохранении Черноморского флота и его системы базирования в Севастополе и в Крыму. Приходилось учитывать, что проблема ЧФ и его главной базы – Севастополя, имела трудноразрешимый гуманитарный аспект. По справедливому замечанию Е.Примакова, "в сознании преобладающей части русских, не только составляющих большинство населения этого города, и вообще русских, нахождение Севастополя вне России вызывало остро болезненную реакцию". Все это накладывало свой отпечаток на ход поисков путей разрешения проблемы ЧФ в целом.

В течение первой половины 1992 года российская сторона продолжала настаивать на неделимости ЧФ и его принадлежности к стратегическим силам Содружества Независимых Государств. Причины, обусловившие приверженность России именно такой позиции, состояли как в стремлении не допустить дальнейшего дистанцирования Украины от СНГ, так и в отсутствии у российского руководства единого подхода к проблеме Черноморского флота, Севастополя и Крыма.

28 мая 1997 г. был подписан базовый пакет соглашений по ЧФ, обобщавший все ранее достигнутые договоренности и предполагающий последующую их конкретизацию в ряде двусторонних документов. Были определены характер направления развития взаимоотношений между Россией и Украиной в этой сфере, статус и условия пребывания флота Российской Федерации на территории Украины, обязательства двух государств по социальным вопросам.

В военно-политическом смысле пакет соглашений устанавливал долговременный характер военно-морских отношений двух стран, связанных, в первую очередь, с пребыванием Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины до 2017 года. Руководство России и Украины предусмотрело возможность пролонгации договоренностей, если ни одна из сторон не уведомит другую сторону о прекращении действия соглашений не позднее, чем за один год до истечения срока их действия.

Несомненным достижением российской дипломатии явилось сохранение сторонами т.н. "пакетного" подхода к заключенным соглашениям и возможным будущим переговорам России и Украины по их пролонгации. Согласно этому подходу, впредь переговоры следовало вести строго на основе принципов Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве от 31 мая 1997 г. и Базовых Соглашений по флоту от 28 мая 1997 г. Нарушение сторонами положений последних могло привести к денонсации "Большого" договора и коренному пересмотру отношений между двумя странами с далеко идущими последствиями.

В соответствии с подписанными соглашениями, вся инфраструктура Черноморского флота стала собственностью Украины и передавалась российской стороне в аренду. В результате раздела оставшихся в строю кораблей и судов России досталось 388 единиц, Украине – 52 единицы. Значительно более мощную группировку военно-морских сил на Черном море Россия сумела сохранить за собой, благодаря выкупленной у Украины остальной части положенных этому государству кораблей, судов и других плавсредств.

В то же время содержание ряда положений подписанных документов определил вынужденный характер стратегического взаимодействия между флотами двух государств.

Во-первых, пакетом соглашений не было предусмотрено никаких конкретных направлений стратегического сотрудничества. Разделив между собой боевой состав Черноморского флота и его инфраструктуру, стороны сделали все возможное, чтобы максимально ограничить соприкосновение Военно-Морского Флота России и ВМС Украины, оставив для взаимодействия лишь небольшой сектор.

Во-вторых, Украина брала под свой контроль любое военно-политическое взаимодействие Российской Федерации с другими странами в местах базирования Черноморского флота В то же время военные корабли и суда воинских формирований ЧФ с предварительного уведомления компетентных органов Украины могли осуществлять плавание в территориальных водах Украины в целях захода и выхода в порты Украины, в которых дислоцированы воинские соединения и части Черноморского флота России.

В-третьих, Россия обязалась не иметь ядерного оружия в составе своего Военно-Морского Флота на территории Украины. При этом количество обычного вооружения и техники, морской пехоты, береговой охраны, боевых самолетов морской авиации ограничивалось обязательствами Российской Федерации и Украины в связи с Договором об обычных вооруженных силах в Европе от 19 ноября 1990 г. и последующими документами.

Основой успеха вышеуказанных действий явилось то, что весь этот переговорный период Россия через командующего Черноморским флотом полностью контролировала обстановку на флоте, минимизировав влияние Украины, а в общем-то блокировав  любые действия Украины. Как это достигалось, я доложу ниже.

8 декабря 1991 г. в Беловежской пуще руководители России, Украины и Белоруссии подписали соглашение о создании Содружества Независимых Государств. Через четыре дня лидеры республик Средней Азии и Казахстана выразили готовность стать его равноправными членами.

21 декабря главы 11 независимых государств в Алма-Ате подписали декларацию, в которой было заявлено: "С образованием СНГ СССР прекращает свое существование". Этому предшествовало совещание в союзном Министерстве обороны, на котором министры обороны суверенных государств, еще составлявших СССР, договорились о долевом участии в формировании военного бюджета страны, хотя уже тогда Украина твердо заявила о намерении создавать свою армию. Участники совещания не пришли к единому взгляду по вопросам обороны и безопасности. Ясность в вопрос не внесла и встреча глав государств Содружества, прошедшая 30 декабря в Минске. Принципиальным решением, принятым на ней, явилось лишь то, что ВМФ был отнесен к стратегическим силам, решающим задачи в интересах всего СНГ. Однако практически сразу Украина интерпретировала достигнутое решение в свою пользу, объявив, что всё находящееся на ее территории принадлежит только ей, в том числе и Черноморский флот.

И дело не только в "плохих украинцах", а в том, что практически весь ЧФ со своей главной базой в Севастополе за очень малым исключением оказался на ее территории и в ее правовом поле, как, впрочем, и три военных округа. Списал флот со своих счетов и Генштаб в Москве, сняв его со всех видов довольствия и передав Украине флотских строителей, а также части Центрального подчинения. По взаимной договоренности президентов Украине были переданы территориальные органы КГБ, что обрезало для России информацию с мест, так как эти органы знали обстановку и сразу же стали служить новым хозяевам.

Российская сторона ничего не оспаривала: судьба флота, как и трех округов решалась таким образом, что они становились украинскими. Это определили решения в Беловежской пуще – границы суверенных государств располагались по административным границам республик, то есть Черноморский флот "уплывал" за границу. Чтобы официально это зафиксировать требовалось одно – принятие присяги на верность Украине.

Однако при этом Россия, имевшая протяженную черноморскую акваторию, почти полностью теряла свой Черноморский флот. Кто-то должен был сказать мне как командующему флотом, что делать в этой ситуации? По Конституции СССР (другой тогда не существовало) – Верховный Главнокомандующий или Министр обороны. Однако мне никто ничего не говорил, хотя время стремительно летело, и посоветоваться было не с кем. Указания же типа "соблюдать спокойствие" или "не поддаваться на провокации" в этих условиях не действовали ввиду своей неактуальности.

Обстановка изменялась так быстро, что обычно улыбающийся Министр обороны СНГ маршал авиации Е. Шапошников улыбаться перестал. 11 декабря в Киеве было объявлено, что ЧФ – украинский. 30 декабря 1991 г. после Минской встречи руководителей стран СНГ, где по Черноморскому флоту не было принято никакого решения, единственное, что сказал мне министр, так это: "Держись, Игорь!", а фактически оставил меня один на один с внезапно возникшим и утверждающим себя государством, законы которого уже входили в полную силу.

Как командующий флотом я доложил в Москву о всех действиях Украины, но опять не получил никаких указаний. В этих условиях, опираясь на поддержку большинства сослуживцев, которым ранее изложил свою позицию, я принял самостоятельное решение: руководствуясь интересами России, воинским долгом, ответственностью перед севастопольцами и подчиненными, не выполнять новые законы Украины, директивы ее президента, приказы ее министерства обороны в части перевода Черноморского флота под ее юрисдикцию.

Безусловно, в украинском минобороны служили не новички- экспериментаторы, а опытные люди, рассчитавшие свои действия на хорошую перспективу, опираясь при этом на деятельность спецслужб, националистически ориентированный госаппарат и СМИ. Был приведен в действие огромный механизм, который на тот момент не сработал именно потому, что с нашей стороны он столкнулся с сопротивлением.

Это сопротивление, когда уже не только в Киеве, но и в Вашингтоне списали со счета ЧФ как флот России, меняло военно-стратегическую ситуацию на театре вспять. Россия опять обретала силу не только на Юго-Западном направлении, но и на Кавказском. Эта информация через СМИ сразу же дошла до правительств заинтересованных государств и общественного мнения.

У нас же возникало много вопросов. Например: почему Российское государство не подкрепит наши действия документом, например, президентским указом, нотой МИДа, директивой Министра обороны или хотя бы начальника Генштаба? Ведь аналогичные документы со стороны Украины были изданы и озвучены. Анализ принятых к тому времени соглашений по СНГ свидетельствовал, что алма-атинские и минские документы, с точки зрения интересов России, были слабо проработаны юридически, в них отсутствовали обязывающие межгосударственные гарантии, что позволяло Украине трактовать их положения по-своему, исходя из своих интересов.

Оказавшись в правовом поле Украины, я так и не получил от российского руководства никакой поддержки – ни политической, ни правовой, ни дипломатической, ни ведомственной. Москва же поддалась на иллюзорную идею: государства суверенные, а армия единая, и пять месяцев, до 5 мая 1992 года, ею руководствовалась. На то время у нас не было концепции национальной безопасности и даже не предполагалось, что место конфликта идеологий займет конфликт интересов. Более того, в России не была налажена система взаимодействия госструктур и госинститутов, поэтому чиновники даже не удосуживались отвечать ни на одну мою тревожную телеграмму. Обстановку усугубляло и то, что в Киеве, Крыму, Севастополе и в Москве определенные круги предвкушали беспрецедентный передел собственности, в том числе разветвленной инфраструктуры ЧФ.

Срок принятия присяги был назначен на 30 декабря, затем перенесён на 3 января 1992 г. До этой даты руководство России было просто обязано принять решение по флоту – самостоятельное или совместно с Украиной, но необходим был документ. В Украине законодательные акты по ЧФ принимались практически без промедления, часто поспешно. Все госструктуры работали в этом направлении – правительство, Верховная Рада, минобороны, структуры безопасности, генеральная прокуратура, судебные органы. Все.

Будучи брошенным вместе с флотом на произвол судьбы, ЧТО СОЗДАВАЛО ОПАСНОСТЬ ВОЗНИКНОВЕНИЯ СТИХИЙНЫХ НЕУПРАВЛЯЕМЫХ ПРОЦЕССОВ,  я выделил для себя следующие вопросы, требующие принятия неотложных мер:

1.    Всеми средствами убедить Президента России принять в отношении флота новое политическое решение, выдержанное в духе моего заявления: "Черноморский флот – Российский!".

2.    Продумать меры по выводу ЧФ из правового поля Украины и в этот переходный период удерживать флот от принятия украинской присяги и способных возникнуть в связи с этим центробежных процессов.

3.    Наладить переговоры России и Украины на высоком уровне для выработки договорно-правовой базы по решению судьбы флота.

4.    Обеспечивать боеготовность флота, его целостность как военной организации, представляющей высочайшую ценность для России.

Наступило 3 января 1992 г. В этот день все в Москве словно попрятались, никто не снимал трубку телефона, а если кто-то из подчиненных и делал это, то не мог вразумительно объяснить, где начальство. Между тем счет времени уже шел на часы, и могла наступить точка невозврата. Реализуя решения Верховного Совета Украины, в этот день вся огромная 700-тысячная группировка бывших советский войск в Украине начала принимать присягу Украине. Это касалось и Черноморского флота.

Военные округа сразу же "легли" под присягу. Командующий войсками Прикарпатского военного округа В.В.Скоков был вызван в Киев. Одновременно из Киева во Львов вылетел генерал ему на замену с текстом украинской присяги и Указом Президента Украины о назначении нового командующего. Скоков в воздухе развернул самолет обратно во Львов, но там его уже, как иностранца, не пустили в штаб округа. Командующий войсками Киевского военного округа B.C.Чечеватов – умный, талантливый руководитель, был скомпрометирован и его, по сути, предал Военный совет округа, единодушно приняв присягу. Что же касается командующего войсками Одесского военного округа И.Ф.Морозова, то тот принял условия украинской стороны. Без возражений украинскую присягу согласились принять все воздушные армии (5-я, 14-я и 37-я), а также подчиненные Москве напрямую дивизии ВГК стратегического назначения и дивизии ВТА. Украине отошло по совокупности более 2 тыс. самолетов, в том числе и 20 ТУ-160, 10 из которых через 13 лет за 2 млрд. рублей каждый будет продан России. Про силы и части ПВО, железнодорожных, внутренних войск, МЧС и ГО, СПРН, пограничников и говорить нечего.

Очень интенсивно этот процесс проходил и в Крыму. Все СМИ Украины, военная печать начали мощную пропагандистскую кампанию в пользу присяги. В полной мере включились в нее военный трибунал, прокуратура, Служба безопасности Украины (СБУ), минобороны Украины и т.д. По моему городскому телефону, который должен знать лишь строго ограниченный круг лиц, постоянно шли анонимные звонки: "Когда ЧФ начнет принимать присягу? Или..." Далее шли угрозы. С беспокойством звонили командиры военно-морских баз в Евпатории и Феодосии, командир 126-й мотострелковой дивизии из Симферополя, командир 14-й дивизии подводных лодок из Балаклавы, комбриги из Измаила, Николаева, комдивы из Очакова, Керчи, Черноморского. В Поти происходил схожий "грузинский беспредел". У всех обращавшихся ко мне на устах были вопросы: "Что предпринимать? Какие приказания из Москвы?" А приказаний не было никаких – полный коллапс власти, по сути предававший интересы России на Черном море.

Переприсягание обеспечивали депутаты ВС Украины, руководители местных органов власти, представители минобороны, Союза офицеров Украины и СБУ, быстро сформировавшийся националистический идеологический аппарат при участии милиции, ОМОНа и, естественно, СМИ. Все это оказывало на офицеров и их семьи громадный психологический нажим, устоять перед которым было сложно, тем более, что официальные представители органов российской власти молчали.

Никто никогда (ни тогда, ни позже) задач по сохранению флота мне не ставил, меня ни на что не подбивал, наград не сулил, взаимодействия не предлагал. Меня вообще никто ни к чему не призывал. Я просто и представить себе не мог, что у России не будет Черноморского флота, овеянного славой, с его вековой историей, традициями. Россия оказалась на пороге очередной национальной трагедии и унижения. Напомню, что во время Гражданской войны ни бывшие офицеры Императорского флота, ни революционные матросы не допустили подъема на кораблях украинских флагов.

Необходимо было решение, и я его принял, объявив 4 января Черноморский флот российским, что он подчиняется Е.Шапошникову, командующему ВМФ В.Чернавину. Моряки выполнили мой приказ: "Не принимать украинскую присягу". Первой об этом поведала миру американская газета "Нью-Йорк таймс". Начиная с этого момента, я стал получать из России сотни и даже тысячи телеграмм поддержки от простых людей, живущих в разных ее уголках, но ни одной – от российских руководителей.

Мною была организована защита частей и кораблей флота от их захвата силами минобороны Украины, а также от действий украинских спецслужб и местных властей, постоянно получавших указания давить на нас. К концу января, согласно несложным подсчетам, уже 18 украинских государственных структур работали против нас. По всем этим эпизодам я делал протестные заявления. Сколько их было! Тем не менее я с пониманием относился и к тем, кто изъявлял желание принять украинскую присягу и служить в ВС Украины.

Руководству России продолжали идти мои телеграммы, так как за летние месяцы в отношении нас было совершено несколько серьезных провокаций, связанных с угоном корабля, захватом комендатуры Севастополя и т.д. В таком противостоянии было важно если не продемонстрировать, то, по крайней мере, обозначить офицерам и всем моим сослуживцам российское участие в наших делах. Я высылал представления к очередным офицерским и адмиральским званиям, подчас на ступень выше занимаемой должности, награждал офицеров российскими орденами, производил перемещения офицеров-черноморцев внутри всего ВМФ, участвовал в учениях в России, летал на Коллегии Минобороны СНГ, Военные советы ВМФ, приглашал на флот депутатов Верховного Совета России. Мы нисколько не изменили всю систему подготовки флота и его деятельности: обеспечивались циклы БП, подведения итогов, соблюдался график отчетности как и ранее, что придавало людям уверенность. И, надо сказать, что главком ВМФ адмирал флота В.Н.Чернавин мне очень помогал в этих вопросах. Также проводились встречи с руководителями различных уровней власти, чтобы через них побудить Б.Н.Ельцина принять нужное решение. Было непросто.

В общении с подчиненными военнослужащими, населением я строго следовал принципам прозрачности, гласности, аргументированности моей позиции. На этих же принципах вел диалог с украинской стороной и средствами массовой информации, делал многое иное, что сейчас в военных кругах нередко называют информационной войной. Тогда это была война нервов. Одновременно старался по возможности решать все социальные вопросы моряков, подавая личный пример в служебных делах.

В последовавшие за моим приказом дни, то есть после 4 января 1992 г., офицерский состав флота проявил высочайшую мудрость, выдержку, интеллект, государственное понимание важности сохранения ЧФ для России. Офицеры полностью контролировали обстановку на кораблях и в частях, пресекали любые экстремистские действия националистических элементов, противостояли Службе безопасности Украины, которая изо всех сил пыталась переломить ситуацию в свою пользу. В эти трудные дни я много ездил по частям флота, выступал перед моряками, напоминал героическую историю Краснознаменного Черноморского флота. Никто во время таких моих выступлений не решался вступить со мной в публичную схватку. Я понимал: слабо!

9 января 1992 г. я выступил в Верховной Раде Украины в явно недружественной мне аудитории. Во время выступления завязался мой спор с Президентом Украины о флоте. Этот спор заставил меня еще настойчивее ставить перед маршалом авиации Е.Шапошниковым вопрос о необходимости моей встречи с Президентом России Б.Ельциным.

17 января 1992 г. мне удалось изложить мое видение ситуации в Москве в Кремлевском Дворце съездов в присутствии 6 000 российских генералов, адмиралов и офицеров. Вспоминаю, когда я шел к трибуне, все встали и приветствовали меня стоя.

В конечном итоге мои старания увенчались успехом. 29 января 1992 г. в Новороссийске наша встреча с Президентом России Б.Ельциным состоялась. На ней присутствовали Е.Шапошников и В.Чернавин. Внимательно выслушав меня, Президент России согласился с моими доводами. Однако в последующие дни в плане нашей юридической поддержки ничего сделано не было. Когда информация о нашей встрече в Новороссийске дошла до JI.Кравчука, он тут же связался с Президентом России и потребовал убрать меня с Черноморского флота. Б.Ельцин это требование отклонил.

Несмотря на все принимавшиеся меры, угроза потери флота сохранялась. Прошел февраль – ситуация если и менялась, то только в худшую сторону. Борьба велась без поддержки со стороны руководства России, но при полном понимании ситуации личным составом флота и поддержке им моей позиции. Март, апрель – то же самое. Правда, в апреле обозначились первые робкие попытки переговоров, сорванные украинской стороной.

Понимая, что тема флота для государственных структур Украины может быть все же снята, я решил эту тему для Украины "утяжелить", а именно поднять вопрос законности передачи Крымской области в состав Украинской ССР. Для этого 6 января я позвонил доктору военно-морских наук, профессору, лауреату Государственной премии России вице-адмиралу К.Сталбо, который с большой активностью включился в эту тему.

20 мая 1992 г. я был приглашен в Верховный Совет России на беседу к председателю Верховного Совета Р.Хасбулатову. В ходе обстоятельного разговора мне удалось убедить его оказать поддержку личному составу флота. Забегая вперед, скажу, что в дальнейшем спикер парламента не раз поддерживал меня и словом, и делом. На следующий день я принял участие в заседании ВС РФ на тему "О незаконности акта 1954 года о передаче Крымской области в состав Украины". В качестве основного докладчика выступил депутат Е.К.Пудовкин. Депутаты искренне приветствовали меня, а акт почти единогласным решением признали незаконным.

Постепенно минобороны Украины, очевидно разуверившись в старой тактике, нарабатывало новые формы по захвату флота, предполагавшие мой арест с последующим выдворением, принятие санкций в отношении членов моей семьи и даже штурм штаба флота. Пришлось предпринять немало контрмер, чтобы эти планы не реализовались, а ситуация не вышла из-под контроля. До самого своего отъезда из Севастополя я держал флот в руках, сохранив всю его инфраструктуру, командные пункты, штабы. По-прежнему у меня и моих коллег шли ежедневные встречи, в ходе которых анализировалась ситуация, к нам потоком ехали гонцы из Киева. И никого из Москвы.

В конце марта В.Чернавин попробовал помочь нам – попытался сформулировать свою позицию по ЧФ, но тут же получил жесткую отповедь от JI.Кравчука, обвинившего адмирала в попытках вмешательства во внутренние дела Украины. Украинский президент также понимал, что затяжка времени – не в его пользу, что в России руководители могут пробудиться от "летаргического сна" и начать действовать так же напористо, как и его сторона. Осознав неэффективность действий всех своих структур по приватизации флота, он сменил тактику и 5 апреля 1992 г. издал Указ о взятии ЧФ под свою юрисдикцию. Указ готовился заранее, поскольку уже в тот же день в Севастополь прибыла большая делегация украинских госчиновников, военных в сопровождении двух отрядов спецназа. Для встречи с ними меня пригласили в администрацию города. Представители Киева начали настойчиво и дружно уговаривать меня передать флот Украине. Я твердо заявил личному представителю украинского президента – первому заместителю председателя Верховной Рады В.Дурдинцу, что не в моей компетенции вести переговоры о передаче флота. Он спросил, кто правомочен. Я назвал В.Чернавина. Тут же украинская сторона дала телеграмму В.Чернавину прибыть в Севастополь. По прибытии первое, что потребовал от него В.Дурдинец, – это убрать Касатонова. Такой ультиматум от В.Дурдинца был неприемлем для российского руководства. Но в Москве сделали определенную паузу, а Чернавин занялся подготовкой соответствующего проекта указа Президента России. 7 апреля вышел Указ Президента России о переходе Черноморского флота под юрисдикцию России. Словом, Указ на Указ.

Не могу не сказать с иронией, что выбор Указа, который надо было выполнять, был за мной. Но через сутки, одумавшись, оба президента отменили свои указы, договорившись о моратории, чем крайне разочаровали украинскую делегацию в Севастополе. С принятием моратория все ее члены разъехались, а я опять остался один на один со всем украинским нацинализмом.

Тем не менее принятие моратория привело и к определенным положительным сдвигам: после стычек и столкновений начал налаживаться переговорный процесс. Для участия в переговорах была сформирована делегация России – сначала во главе с выдающимся дипломатом Ю.В.Дубининым, затем с Ю.Ф.Яровым, заместителем Председателя Верховного Совета РФ. Но переговорный процесс шел крайне трудно и явно затягивался украинской стороной. И только 23 июня, после включения в него представителей общественности и госструктур России, в Дагомысе руководители России и Украины подписали Соглашение между Российской Федерацией и Украиной о дальнейшем развитии межгосударственных отношений. В его ст. 14 президенты двух стран согласились на договорной основе использовать существующую систему базирования Черноморского флота и материально- техническое обеспечение.

3 августа 1992 г. в Ялте Б.Ельцин и JI.Кравчук, министры обороны, иностранных дел, госимущества и других профильных министерств и ведомств подписали Соглашение о принципах формирования ВМФ России и ВМС Украины на базе ЧФ бывшего СССР. Тем самым Президент России гарантировал обеспечение гражданских, политических, экономических и социальных прав военнослужащим российского ЧФ. Эти два соглашения и стали основой для решения его судьбы.

Теперь все действия, касающиеся судьбы флота, оказались в рамках переговоров договаривающихся сторон. Проблема ЧФ вышла на президентский уровень, все эти процессы стали легитимными и, наконец, государственными. Для меня было особенно важно, что российские моряки-черноморцы с этого момента стали юридически защищенными.

Далее в ходе переговорного процесса решалась судьба отдельных кораблей и частей ЧФ, но это уже составляло предмет искусства переговорщиков, их умения использовать свои преимущества, достигать компромисса и проявлять добрую волю. Таким образом, Черноморский флот – единственный из 34 высших объединений и соединений ВС СССР, дислоцированных на Украине, – остался за Россией со своей славной историей, знаменами, военно-морскими флагами, незапятнанный переприсяганием на верность новым хозяевам. И в этом были мои немалые усилия, чем очень горжусь. Однако с началом переговорного процесса Украина не отказалась вне его рамок от попыток самостийного захвата отдельных частей флота. До моего убытия из Севастополя на новое место службы я отстаивал два высших военно-морских училища, в которых обучалось около 3 000 курсантов. Это была мощная российская военная группировка.

В ответ на провокации украинских военных я подготовил и провел для всего населения Севастополя, Крыма и отдыхающих всенародно любимый праздник – День Военно-Морского Флота России, с демонстрацией максимального количества российских и военно-морских флагов, чему предшествовали три генеральных репетиции. Это было сделано так, чтобы все севастопольцы, все россияне видели, что Черноморский флот, несмотря ни на что, остался верным России.

Одновременно приходилось решать проблемы ЧФ вне Крыма – обеспечивать эвакуацию беженцев с Кавказа (более 40 000 чел.) в рамках операции под названием "Кавказ", принимать участие в организации встречи Ельцин – Шеварднадзе – Ардзинба и т.д.

Согласно Ялтинскому соглашению приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября я был все-таки переведен для дальнейшего прохождения службы в Москву на должность первого заместителя главкома ВМФ России. В Москву прибыл 8 декабря 1992 г. с чувством выполненного долга в качестве командующего Черноморским флотом. Дальше все командующие ЧФ стали назначаться Президентом России с согласия президента Украины, при этом они находились под защитой Президента РФ, а все их последующие действия по защите флота регламентировались рамками заключенных соглашений и договоренностей. Так, Дагомысское и Ялтинское соглашения стали действующей основой договорно-правовой базы ЧФ, которая продолжала совершенствоваться делегациями России и Украины в ходе продолжающегося с августа 1992 года переговорного процесса.

Последние 23 года я занимался проблемами флота и Севастополя в закрытом и открытом режиме. При этом многократно убеждался в том, что если бы черноморцы дрогнули и не поддержали бы меня в 1992 году, то уже давно в Севастополе сидели бы натовцы и продолжали свое "расширение на восток". Все эти годы в Севастополе и Крыму поддерживался русский дух, уверенность у жителей полуострова, что Россия обязательно вернется! В Одессе, где Черноморский флот не стоял, этого добиться не удалось.

В завершение хотелось бы вспомнить слова вице-адмирала В.А.Корнилова, погибшего при первой обороне Севастополя (1853-1856 гг.): "Отстаивайте же Севастополь...".

В последующие годы Черноморский флот, оставаясь на территории Украины, являлся значительной основой для укрепления российского духа во всех сферах жизни в Севастополе и в Крыму. С каждым годом его влияние росло и расширялось. Увольняясь в запас, офицеры и мичманы в большинстве оставались российскими гражданами с российской военной пенсией. Их дети и внуки учились в высших учебных заведениях России. В Крыму и в Севастополе возникло мощное ветеранское движение, которое поддерживалось Министерством обороны России. Одновременно росло культурное и интеллектуальное присутствие России в Крыму и в городе. При этом Российская Федерация неукоснительно выполняла все свои социальные гарантии и обеспечивала военнослужащих ЧФ соответствующими льготами. Все это в значительной степени позволило постоянно наращивать российское влияние на украинское население Крыма и Севастополя.

Блестящая операция по возвращению Крыма в 2014 году во многом явилась следствием высокой боеготовности Черноморского флота, которую он поддерживал с 1991 года. Именно флот создал плацдарм для "вежливых людей" и в максимальной степени обеспечил успех их действий. Действия флота в 2014 году были активно поддержаны населением Севастополя и Крыма, сохранившим русский стержень и русский дух, опять же, при большом влиянии Черноморского флота.

Сейчас, по прошествии четверти века со времени событий 1991-1992 гг., я могу твердо сказать, что реализация принятых в 1992 году мной и Военным Советом ЧФ решений, имела следующие стратегические результаты. Прежде всего, был разрушен план США и НАТО по ликвидации ЧФ России и по значительному ослаблению России в Черном море, а также в восточной части Средиземного моря (это было реально, так как Украина прилагала максимум усилий, чтобы данный план реализовать). Украина как государство, стремившееся подчинить себе весь Черноморский флот, в итоге его потеряла, причем на многие десятилетия вперед, а может быть и навсегда. Как вероятный противник на море, украинский флот перестал существовать. Помимо этого Украина лишилась основы интеллектуального потенциала флота –  высокоподготовленных 14 тыс. флотских офицеров, из них 1,5 тыс. – имевших академическое образование. Замечу, что, несмотря на все потуги Киева, принявших присягу на верность Украине и убывших в ВМСУ офицеров Черноморского флота в 1992-1994 гг., оказалось всего 835 человек, т.е. всего 5% от численности офицерского состава флота того времени. Во многом благодаря фактору присутствия Черноморского флота, произошел постепенный перелом общественного мнения в Крыму и в Северном Причерноморье в пользу России. Кроме этого, что было чрезвычайно важно, на территории Украины в местах базирования сил и средств Черноморского флота де факто оказалась российская территория.

Геополитический же результат нашей деятельности, как показало время, оказался еще более серьезным – в сложнейший период раздела территории бывшего СССР Россия все же сохранила свое присутствие в Крыму и, как оказалось впоследствии, – навсегда. Сохранение ЧФ для России на Юго-Западном стратегическом направлении позволило ей сохранить статус великой державы, вернуть Крым, радикально изменить конфигурацию Черноморско-Каспийского геостратегического пространства, отстоять и укрепить свои позиции в восточной части Средиземного моря. Возращение Крыма и Севастополя позволило нашему государству окончательно почувствовать себя великой морской державой, а кроме этого поставить точку в существовании однополярного мира. Все это произошло исключительно благодаря смелой и бескомпромиссной позиции моряков-черноморцев    в 1991-1992 годах, заложивших прочный фундамент для всех последующих позитивных перемен для России в данном регионе.

Именно поэтому для нас так важно сегодня, чтобы подвиг моряков-черноморцев должным образом был оценен как нашим государством, так и народом России, чтобы мы навсегда извлекли для себя уроки прошлого и больше никогда не повторяли в своей истории подобных ошибок. Помнить о драматических событиях 1991-1992 годов важно еще и потому, чтобы не были забыты все участники той нелегкой битвы за российский Черноморский флот.

Командующий Черноморским флотом России в 1991-1992 гг. адмирал И.КАСАТОНОВ

 

Просмотров: 472
Комментариев: 2
Автор: Игорь Касатонов
Источник: Флот-21 век
Тэги: ВУНЦ ВМА им. Н.Г. Кузнецова  Касатонов  конференция  Черноморский флот 
В тему:


Просмотреть все комментарии к новости
Добавить коментарий
Ваше имя
Тема
Комментарий
Число на картинке


    Последние публикации
Флот: события и факты
Информационный обзор. Новости флота, морской науки, кораблестроения, судоремонта, происшествия, культурная жизнь >>>


Киев создает европейскую границу для граждан РФ. На въезде в Украину у граждан РФ будут снимать отпечатки пальцев
Примерно через месяц украинская власть собирается ввести новые правила въезда на свою территорию для россиян. >>>


Антироссийская риторика Макрона лишь разжигает украинский кризис
Россия – «агрессор», а французская королева Анна Русская – на самом деле «Анна Киевская». Такими заявлениями во >>>


Второй в серии большой десантный корабль "Петр Моргунов" будет спущен на воду летом
Передача флоту четырех фрегатов проекта 22350 запланирована на период до 2020 года >>>


Главком ВМФ: четвертый "Борей" спустят на воду в августе
Будет продолжено строительство серии неатомных подлодок проекта "Лада", отметил также Владимир Королев >>>


Капитал дальнего плавания. Петербургские верфи готовы конкурировать с иностранными в производстве гражданских судов
В Северной столице открылся Военно-морской салон. Чем удивят гостей крупнейшей отраслевой выставки корабелы и власти города, «ВПК» расс >>>


Флот: обзор событий
Информационный обзор. Новости флота, морской науки, кораблестроения, судоремонта, происшествия, культурная жизнь >>>


3 июля - день окончания Второй героической обороны Севастополя (1942 г.), 75-я годовщина
>>>


Мария Захарова о роли США в борьбе с терроризмом
Мария Захарова назвала главной причиной приостановки действия Меморандума о предотвращении инцидентов в небе над Сирией «сознательное неиспол >>>


На что затачивают «Голубой трызуб». ВВС Украины в ожидании войны
В июне на Украине вдруг возобладала голубая тема: Порошенко читал стихи о голубых мундирах, в Киеве прошёл праздник голубой любви , а недобитые >>>


Поиск



Наш день

3 июля - день окончания Второй героической обороны Севастополя (1942 г.), 75-я годовщина

Объектив

Фотогалерея


Отражение (новый выпуск!)



В фокусе


В оздоровительном комплексе «Чайка» 13-го судоремонтного завода ЧФ состоялось открытие первой смены в Детском оздоровительном лагере и реконструированного футбольного поля с искусственным покрытием.

Православные праздники

Сегодня церковный праздник:
Пророка Божия Елисея и святителя Мефодия, патриарха Константинопольского. Благоверного князя Новгородского Мстислава, во святом крещении Георгия, Храброго. Преподобного Мефодия, игумена Пешношского...
Завтра праздник:
Пророка Божия Амоса. Преподобного Феодора Сикеота, епископа Анастасиупольского. Блаженного Иеронима Стридонского. Святителя Михаила, первого митрополита Киевского и всея Руси. Преподобных Григория и Кассиана Авнежских. Великомученика благоверного князя Сербского Лазаря. Святителя Ефрема, патриарха Сербского. Святителя Ионы, митрополита Московского и всея Руси чудотворца...
Ожидаются праздники:
29.06.2017 - Святителя Тихона, епископа Амафунтского. Преподобного Тихона Медынского, Калужского. Преподобного Тихона Луховского, Костромского, чудотворца...
30.06.2017 - Мучеников Мануила, Савела и Исмаила. Преподобных Никиты, Кирилла, Никифора, Климента и Исаакия, братьев Алфановых (Сокольницких), Новгородских...
01.07.2017 - Мучеников Леонтия, Ипатия и Феодула...
02.07.2017 - Апостола Иуды, брата Господа по плоти. Преподобного Паисия Великого. Преподобного Варлаама Важского, Шенкурского. Святителя Иова, патриарха Московского и всея Руси...
03.07.2017 - Священномученика Мефодия, епископа Патарского. Благоверного князя Глеба Владимирского. Святителя Гурия, первого архиепископа Казанского. Равноапостольного Наума Охридского...

Газета ФГУП "13 СРЗ ЧФ" МО РФ


Свежий выпуск

Тема
Родня «Адмирала Кузнецова»: на что способен новый китайский авианосец
«Михаил Кутузов»: музей-памятник-крейсер
Новое лицо войны. Наука о вооруженном противоборстве требует корректировки
Кого будем избирать: губернатора или мэра города?
«Бериев» планирует представить первый серийный самолет-амфибию Бе-200ЧС на выставке в Геленджике
В Анкаре открылся Турецкий фонд развития Крыма
Киев споткнулся о Крымский мост. Украина строчит жалобу в Международную морскую организацию
Помнить, нельзя забыть. Вирус исторического беспамятства можно излечить только исторической правдой
Сегодня – День моряка-подводника. Заполярная седина
Реклама


Погода


Ранее
Хорватия: перманентный политический кризис

IX ТЕННИСНЫЙ ТУРНИР ПОБЕДИТЕЛЕЙ
Нужно купить брусчатку
Купите брусчатку от производителя! Низкие цены! Доставка до объекта
antais.ru