Опрос

Должно ли стать 100-летие Гражданской войны в 2020 году Событием всероссийского масштаба
Да, вне всякого сомнения
Нет, абсолютно незначительное событие
Рядовое событие на фоне происходящего
Мало знаю по этой теме
Не понимаю, о чём речь
Мне безразлично
Гражданская война не закончилась до сих пор


Праздники России

Праздники России

Русский вопрос


Еженедельная авторская
телепрограмма К. Затулина

Читайте также
Меньшиковские чтения - 2013 пройдут в Москве
Сегодня – День военного пенсионера
В Сочи прошло третье совещание Президента с руководством Минобороны и предприятий ОПК
Флот: события и факты
ФСБ сообщила о задержании в Севастополе россиянки за шпионаж в пользу Украины
Трамп уступает политическое пространство Эрдогану. На переговорах собеседники остались при своём, но с некоторым преимуществом президента Турции
ВПК Украины – это руины былого советского величия. А зарплата литовского гражданина Абромавичуса в «Укроборонпроме» в 10 раз больше зарплаты президента Литвы
Как «Мотор Сич» стал ареной большого геоэкономического передела. Мягкая сила кооперации
Ответ "Мистралям". Каким будет новый российский вертолетоносец
Поворот на Восток: российские катера ремоторизуют дизелями из Азии
Керченская переправа может остаться без 1 парома большой вместимости
Консолидированный грузооборот Группы НМТП за 9 месяцев 2019 года вырос на 9,3% - до 109,8 млн тонн
Наша библиотека. "Хроника флотского спецназа" (фото)

Реклама


Видеооко


Включай и смотри

Партнёры




Стояли насмерть! К 70-летию окончания второй героической обороны Севастополя. Хроника событий. Часть 11


2012-06-09 12:49 История
В начале нынешнего июля в Севастополе будет отмечаться 70-летие окончания второй героической обороны Черноморской твердыни. К этой трагической памятной дате мы публикуем хронику событий, которыми были насыщены последние дни обороны. Ее автор – известный историк флота и города Геннадий Иванович Ванеев, в 1995 г. опубликовавший двухтомник "Севастополь 1941–1942. Хроника героической обороны".

29 июня – понедельник

В 02.00 противник открыл мощный артиллерийско-минометный огонь по южному берегу Северной бухты и произвел несколько налетов бомбардировочной авиацией.

В  02.15 по всей Северной бухте враг пустил дымовую завесу, которая под воздействием слабого ветра с северного направления медленно двигалась к южному берегу Северной бухты.

В 02.35 под прикрытием дымовой завесы немцы начали переправу на катерах и шлюпках через Северную бухту к Троицкой, Георгиевской и Сушильной балкам. Отражение вражеской переправы затруднялось сплошной пеленой пыли, вставшей от разрывов снарядов, мин, бомб, и подошедшей дымовой завесой. Нашей береговой и армейской артиллерии удалось потопить часть катеров и шлюпок при форсировании бухты и на подходе к берегу, но большинство их достигло берега. Несмотря на упорное сопротивление наших войск на берегу, противник все же сумел в нескольких местах захватить участки побережья и стал быстро накапливать силы.

На побережье кипел кровопролитный бой, доходивший до рукопашных схваток. Высокое мужество показали бойцы и командиры 95-й, 345-й дивизий, 79-й бригады и 2-го Перекопского полка морской пехоты, но, не выдержав натиска превосходящих сил врага, они начали местами отходить. Противник перебрасывал на южный берег Северной бухты части 24-й и 22-й пехотных дивизий и во второй половине дня перешел в решительное наступление, начав продвигаться к Килен-балке и горе Суздальской; к концу дня ему удалось их захватить.

В 04.00 противник открыл массированный артиллерийский огонь по позициям в первом и втором секторах на рубеже Кадыковка – г. Карагач – Сапун-гора – высота 75,0. В 05.30 враг силою более двух пехотных дивизий при поддержке танков перешел в наступление двумя группами. Из района Федюхиных высот наступала 170-я немецкая пехотная дивизия, нанося удар в узкой полосе вдоль Ялтинского шоссе; вскоре ей удалось выйти на Сапун-гору и овладеть плато. Из района Новые Шули наступала 4-я горнострелковая дивизия румын, атаковавшая в направлении высоты 75,0 и хут. Дергачи. 28-я легкопехотная дивизия наступала вдоль шоссе Балаклава – Севастополь, поддерживая 72-ю пехотную дивизию, стремившуюся прорвать нашу оборону в районе г. Карагач – Балаклавское шоссе.

Части 386-й стрелковой дивизии, 8, 7 и 9-й бригад морской пехоты и остатки 388-й стрелковой дивизии оказывали упорное сопротивление, переходя в штыковые контратаки, но превосходство врага в силе было велико, поэтому 386-я дивизия и 8-я бригада были вынуждены отойти, и противнику удалось прорвать фронт на их стыке в районе Сапун-горы. Связь 386-й дивизии и 8-й бригады морской пехоты с командованием и соседями была нарушена.

9-я бригада морской пехоты отражала атаки 72-й немецкой пехотной дивизии. Командиру бригады полковнику Н.В.Благовещенскому был переброшен последний батальон бригады, который до этого находился в противодесантной обороне аэродрома. 7-я бригада морской пехоты генерал-майора Е.И.Жидилова с трудом сдерживала противника на своем участке.

В такой обстановке командование Приморской армии направило в Москву и Краснодар донесение, в котором была изложена обстановка, сложившаяся на 16.00 29 июня. В нем говорилось, что противник овладел хут. Дергачи и высотой 91,0. Переправившись через Северную бухту, вражеские части овладели Суздальской горой.

"Авиация, артиллерия противника непрерывным огнем поражают войска. Положение весьма серьезное, гарантирующее тяжелые осложнения.

18.00 29.06.42. Ив. Петров, И.Чухнов, Н.Крылов".

Чтобы задержать дальнейшее продвижение противника, сократить фронт и вывести части в резерв и на более удобные оборонительные рубежи, командование СОР приняло решение в течение ночи на 30 июня произвести перегруппировку войск и занять рубеж – высоты: 122,6 – 133,7 – 101,6 – 113,2 – Английское кладбище – высота 77,4 – английский редут "Виктория" – Малахов курган – казармы Учебного отряда флота.

К исходу суток противник занял не только плато Сапун-горы, хут. Дергачи, но и Максимову дачу, почти всю Корабельную сторону, за исключением Малахова кургана, казарм Учебного отряда и Зеленой горки у железнодорожного вокзала.

Отходя, наши войска взорвали хлебозавод, отделение автоматической телефонной станции, железнодорожный тоннель. Подорваны были и 11 штолен филиала артиллерийского арсенала базы в Инкермане. Задачу по подрыву филиала арсенала выполнили начальник филиала воентехник 2 ранга П.П.Савенко и лейтенант Ф.А.Зудин.

На правом фланге СОР враг предпринял попытку высадить морской десант в районе Херсонесского мыса с целью захватить его, чтобы иметь возможность высадить парашютный и посадочный десанты и отрезать все пути для эвакуации. 12 моторных шхун и 5 итальянских торпедных катеров, вышедших из Ялты, огибали мыс Айя. В 03.00 посты наблюдения обнаружили их. Вскоре береговая батарея главной базы № 18 (командир старший лейтенант Н.И.Дмитриев) с дистанции 35 кабельтовых открыла огонь по шхунам, шедшим в направлении Херсонесского маяка, и в течение 20 минут потопила 9 шхун. Остальные, выйдя из сектора стрельбы, поспешно ушли в море. Как стало известно позднее, 5 итальянских торпедных катеров не следовали вместе со шхунами в район Херсонесского полуострова. Они имели другую задачу – демонстрировать высадку в районе мыса Фиолент с целью отвлечения нашего внимания от десанта на шхунах, следовавших к району Херсонесского маяка.

На сухопутном участке первого сектора в этот день немцы обошли укрепления Балаклавы, прорвали оборону 9-й бригады морской пехоты и вышли к мысу Фиолент.

Из Новороссийска прибыли подводные лодки "Щ-209" и "Л-23", из Туапсе – "Л-4" и "М-31". Они доставили более 150 т боезапаса, 32 т бензина и небольшое количество продовольствия. Транспортные самолеты "Дуглас" доставили 25124 кг боезапаса и 1993 кг продовольствия, вывезли из Севастополя 284 раненых, 17 пассажиров и 580 кг груза.

Поздней ночью Военный совет флота доложил С.М.Буденному, И.С.Исакову, Н.Г.Кузнецову, П.И.Бодину об итогах боев и сложившейся обстановке. После чего перешел на запасной флагманский командный пункт – 35-ю батарею береговой обороны в районе Казачьей бухты. Вскоре туда же перебазировались командование и штабы Приморской армии и береговой обороны.

30 июня – вторник

К утру 30 июня в районе Стрелецкой, Камышовой и Казачьей бухт было сосредоточено много артиллерии, но не было боезапаса. Артиллеристы надеялись получить его с подводных лодок. В береговой обороне оставалось еще 5 действующих батарей с небольшим количеством снарядов. Это батареи № 35, 701, 14, 18 и 8. На берегу бухт скопилось много бойцов и командиров, главным образом раненые, которые могли передвигаться самостоятельно.

На рассвете 30 июня противник возобновил удары с воздуха, артиллерия обрушила шквал огня по войскам СОР, после чего пехота начала атаки по всему фронту, нанося главные удары по Балаклавскому шоссе, в направлении Куликово поле, по Лабораторному шоссе к ст. Севастополь. Против правофланговых частей 109-й стрелковой дивизии генерал-майора П.Г.Новикова и 9-й бригады морской пехоты полковника Н.В. Благовещенского вдоль Балаклавского шоссе наступали полки 72-й и 170-й пехотных дивизии, усиленные танками. Только после упорного и кровопролитного боя, буквально по трупам своих солдат противник вторгся в район хут. Максимовича, прорвав оборону 9-й бригады морской пехоты. Вскоре он вышел к хут. Николаевка и на юго-западные скаты Хомутовой балки. Во второй половине дня, развивая наступление под прикрытием артиллерии и авиации, немцы овладели хуторами Максимовича и Николаевка.

Противник, наступавший вдоль Лабораторной балки из района хут. Дергачи, прорвал оборону и к исходу дня вышел к железнодорожной ст. Севастополь.

Личный состав береговых батарей: № 19, расположенной у хут. Максимовича, № 706 – у отметки 77,8 и № 703 – у отметки 73,0, израсходовав весь боезапас, подорвал материальную часть и вел бой, который продолжался до позднего вечера уже в окружении. Весь личный состав батарей, нанеся большие потери противнику, героически погиб.                                                                                      

На левом фланге севастопольской обороны враг пытался овладеть Малаховым курганом. От берега Северной бухты натиск противника сдерживали подразделения 79-й морской стрелковой бригады и 2-го Перекопского полка морской пехоты, а затем отдельный батальон флотского экипажа под командованием майора К.С.Сонина и военкома старшего политрука П.И.Латышева. Удержал свои позиции только батальон флотского экипажа. В тяжелые минуты командир и военком в одной шеренге с бойцами отражали атаки врага. В бою Сонин погиб. Латышев был ранен в грудь и контужен. Краснофлотец Михаил Ерышев сумел вывезти военкома в район 35-й батареи, откуда его переправили на Большую землю.

Получили ранения командиры рот этого батальона лейтенант Григорий Мамонов и младший лейтенант Иван Глущенко, но оставались в строю и продолжали руководить боем. И все же под натиском превосходящих сил врага батальон вынужден был отходить, упираясь своим флангом в Малахов курган. Но и в этой ситуации черноморцы неоднократно переходили в контратаки, сдерживая наседающего противника. В ходе одной из них вторично был ранен командир роты лейтенант Георгий Мамонов и вскоре скончался на руках боевых товарищей.

Малахов курган подвергся интенсивному артиллерийско-минометному обстрелу и ударам вражеской авиации, а затем в наступление перешла пехота, охватывая курган с трех сторон. Береговая батарея № 701 (командир капитан-лейтенант А.П.Матюхин), расположенная на кургане, вела прямой наводкой огонь по танкам и пехоте противника из единственного уцелевшего орудия. Огонь орудия поддерживался огнем противотанковых ружей, в критические минуты в ход шли гранаты. Руководил группой артиллеристов командир 177-го артдивизиона базы майор В.Ф.Моздалевский.

Много драматических минут пережил в этот день Малахов курган. Живые давали клятву у памятника адмиралу В.А.Корнилову (один из руководителей героической обороны Севастополя в середине прошлого века) пасть на поле боя, но не пропустить врага; умиравшие от ран, как в свое время Корнилов, призывали своих товарищей отстоять Севастополь.

Умолкло последнее орудие 701-й батареи, но и тогда герои Малахова кургана продолжали биться с врагом и остались непобежденными. Только с наступлением темноты по приказу командования, прорвав кольцо окружения, они отошли в район мыса Фиолент.

Последними отходили сдерживающие врага на участке от кургана в сторону Северной бухты остатки батальона флотского экипажа во главе с младшим лейтенантом И.М.Глущенко. Южную бухту они преодолели вплавь под огнем врага.

К исходу дня части СОР продолжали вести бои на следующем рубеже: хут. Фирсова – хут. Иванова – хут. Пятницкого – слободка Рудольфова – панорама – железнодорожная станция – западный берег Южной бухты.

Авиация главной базы в ночь на 30 июня произвела 22 самолето-вылета на бомбардировку неприятельских войск перед передним краем обороны. К вечеру 30 июня все исправные самолеты: шесть Як-1, семь Ил-2, один И-16, один И-15бис, два И-153 и один ЛаГГ-3 перелетели из Севастополя в Анапу. Авиация флота с аэродромов Кавказа произвела 24 самолето-вылета на бомбардировку неприятельских войск.

В ночь на 30 июня самолеты "Дуглас" доставили в Севастополь 25 124 кг боезапаса и 1625 кг продовольствия. Из Севастополя вывезли 7 раненых, 179 человек командного состава и 3050 кг грузов.

В 03.30 подводная лодка "М-31" (командир капитан-лейтенант Е.Г. Расточиль) вышла в Новороссийск. На ней были отправлены ценности Севастопольского отделения госбанка и сберегательной кассы на сумму 14 456 430 руб. По указанию председателя городского комитета обороны Б.А.Борисова ценности сопровождали Е. Лапинская и Н.Короткова. Сняв груз с лодки в Новороссийске, они доставили его по железной дороге в Ставрополь.

Еще в 05.40 Военный совет Черноморского флота докладывал наркому ВМФ Н.Г. Кузнецову и в Генеральный штаб П.И. Бодину:

"Боевое донесение шт. СОР на 04.00 30.06.42.

1.  В период 22.00 – 24.00 29.06 противник перебрасывал пехоту из бухт Матюшенко и Голландия на южный берег Северной бухты.

2.  В течение ночи пехота противника активных действий не проявляла. На фронте – артиллерийско-минометный огонь.

3.  Части СОР выходят на новый рубеж, согласно боевому приказу.

4.  Флагманский КП СОР, КП Приморской армии и береговой обороны перенесены на запасной КП – береговую батарею № 35. 30.06.42 г.

Октябрьский, Кулаков".

Заметим, что Ф.С.Октябрьский и Н.М.Кулаков в донесении лишь констатируют обстановку и не говорят о мерах для усиления боеспособности войск. Не высказано и каких-либо требований. Это означало, что возможности усиления борьбы за главную базу были исчерпаны.

В 09.50 этого же дня вице-адмирал Ф.С.Октябрьский отправил телеграмму:

"Кузнецову, Буденному, Исакову.

Противник ворвался с Северной стороны на Корабельную сторону. Боевые действия протекали в характере уличных боев. Оставшиеся войска сильно устали, дрогнули (П.А.Моргунов в кн. "Героический Севастополь" (с.440), А.В.Басов в кн. "Крым в Великой Отечественной войне" (с. 180) опускают из телеграммы это слово. Вероятно, делают это не случайно, ибо войска СОР на 30 июня не "дрогнули", а героически сражались), хотя большинство продолжает геройски драться. Противник резко увеличил нажим авиацией, танками. Учитывая сильное снижение огневой мощи, надо считать, что в таком положении мы продержимся максимум 2–3 дня.

Исходя из данной конкретной обстановки, прошу Вас разрешить мне в ночь с 30 июня на 1 июля вывезти самолетами 200–250 человек ответственных работников, командиров на Кавказ, а также, если удастся, самому покинуть Севастополь, оставив здесь своего заместителя, генерал-майора Петрова".

Необходимо отметить, что телеграмму дал не Военный совет Черноморского флота, а лично Ф.С.Октябрьский. О ней никто из руководящего состава СОР не знал. И вопрос об эвакуации войск СОР в телеграмме не ставился.

Маршал С.М.Буденный, в свою очередь, доложил в Ставку, что СОР подготовленных оборонительных рубежей обороны больше не имеет, боеспособность войск в результате усталости снизилась, оказать быстрой помощи защитникам Севастополя с моря и воздуха командование Северо-Кавказского фронта не может. Командующий фронтом просил подтвердить задачу войскам СОР – вести борьбу до конца. Он также просил прекратить подвоз пополнения и продовольствия. Организация эвакуации раненых самолетами и боевыми кораблями возлагалась на командующего Черноморским флотом, которому было приказано использовать для этой цели все имеющиеся средства. Чтобы облегчить положение блокированного Севастополя и дать возможность кораблям прорваться к городу, С.М.Буденный просил Ставку выделить в его распоряжение самолеты дальнебомбардировочной авиации, которые могли бы наносить удары по аэродромам противника и уничтожать его самолеты.

Ответ на телеграмму Ф.С.Октябрьского от наркома ВМФ был получен около 19.00 того же дня: "Эвакуация ответственных работников и ваш выезд на Кавказ Ставкой разрешены. Кузнецов".

В 19.30 в одном из казематов 35-й батареи началось совместное заседание Военных советов ЧФ и Приморской армии. На нем присутствовали: командующий СОР и ЧФ вице-адмирал Ф.С.Октябрьский, член Военного совета флота дивизионный комиссар Н.М.Кулаков, командующий Приморской армией генерал-майор И.Е.Петров, члены Военного совета Приморской армии дивизионный комиссар И.Ф.Чухнов и бригадный комиссар М.Г.Кузнецов, комендант береговой обороны генерал-майор П.А.Моргунов, военком береговой обороны полковой комиссар К.С.Вершинин, командир ОВРа главной базы контр-адмирал В.Г.Фадеев, начальник Особого отдела ЧФ дивизионный комиссар Ермолаев, начальник штаба СОР капитан 1 ранга А.Г.Васильев.

Ф.С.Октябрьский, открыв заседание, кратко охарактеризовал сложившуюся обстановку и ознакомил собравшихся с телеграммой Н.Г.Кузнецова. Он предложил оставить старшим в Севастополе генерал-майора И.Е.Петрова. Эвакуацию руководящего состава начать в ночь на 1 июля. И.Е.Петров дал анализ обстановки и подчеркнул, что, поскольку командование приняло такое решение, он готов остаться в Севастополе и сделать все, чтобы выполнить боевую задачу. Однако члены Военного совета Приморской армии И.Ф.Чухнов и М.Г.Кузнецов выразили сомнение в целесообразности такого шага и предложили оставить одного командира дивизии и его штаб. Их поддержал и член Военного совета флота Н.М.Кулаков.

Старшим в Севастополе оставляли командира 109-й стрелковой дивизии генерал-майора П.Г.Новикова со штабом, так как сектор оборонял район Херсонесского мыса и войска других секторов отходили туда же. (Командующий Северо-Кавказским фронтом в телеграмме на имя Ф.С.Октябрьского требовал оставить старшим И.Е.Петрова, но получить ее адресат не смог, так как отбыл на Кавказ). Помощником П.Г.Новикова по морской части оставался офицер штаба СОР капитан 3 ранга А.Д.Ильичев с морской оперативной группой.

После заседания Военных советов И.Е.Петров отдал последний боевой приказ по армии:

"Боевой приказ

30/VI.42 г. Штаб Приморской армии. 21.30.

1.   Противник, используя огромное преимущество в авиации и танках, прорвался к окраинам города Севастополя с востока и севера. Дальнейшая организованная оборона исключена.

2.  Армия, продолжая выполнять свою задачу, переходит к обороне на рубеже: мыс Фиолент – хут. Пятницкого – истоки бухты Стрелецкой. Оборона указанного рубежа возлагается на группу генерал-майора П.Г.Новикова.

3.  Группа генерал-майора Новикова в составе 109-й, 388-й сд, 142-й стр. бригады, курсов мл. лейтенантов армии, учебного батальона 191-го сп, зенитно-пулеметного батальона. Артгруппа в составе: 47-й ап, 953-й ап и 880-й зап. Задача – упорно оборонять рубеж: хут. Фирсова – хут. Пятницкого – истоки бухты Стрелецкой.

КП — 35-я батарея БО.

Командующий Приморской армией   Член Военного совета

 генерал-майор Петров                         дивизионный комиссар Чухнов,

                                                                  начальник штаба армии

                                                                генерал-майор Крылов"


Затем И.Е.Петров и П.А.Моргунов беседовали с генерал-майором П.Г.Новиковым и ввели его в курс всех дел. Петров подробно рассказал об обстановке, силах и средствах и вручил свой приказ на оборону. Моргунов просил вовремя подорвать все батареи, особенно 35-ю, а также сообщил, что еще действуют 14-я и 18-я батареи, в резерве имеется батальон береговой обороны и в его распоряжение на 35-ю батарею переходит сводный полк береговой обороны из Севастополя.

Перед исходом суток на 35-ю батарею по вызову прибыли комендант города подполковник А.П.Старушкин, председатель Городского комитета обороны и первый секретарь горкома партии Б.А.Борисов, председатель горисполкома В.П.Ефремов и секретарь горкома партии по промышленности А.А.Сарина.

На данное число женщины Севастополя с начала обороны отдали раненым 1200 литров своей крови. Активными донорами были Дарья Тарасенко, Елизавета Обша-рова, Нина Терещенко, Антонина Черных, Валентина Диброва и др. 23 патриотки удостоились звания "Почетный донор СССР", среди них — Юлия Терентьевна Григор, отдавшая 40 литров крови.

ИЮЛЬ

1 июля – среда

Ставка согласилась с предложениями командующего Северо-Кавказским фронтом от 30 июня. Исходя из этого, в ночь на 1 июля С.М.Буденный приказал заместителю командующего флотом контр-адмиралу И.Д.Елисееву:

"1. Все находившиеся в строю катера МО, подлодки, сторожевые катера и быстроходные тральщики последовательно направлять в Севастополь для вывоза раненых, бойцов и документов.

2.  До прибытия в Новороссийск Октябрьского организация возлагается на Вас.

3. Попутными рейсами завозить боезапас. Отправку пополнения прекратить. Организовать прием в Новороссийске и Туапсе.

4. На все время операции по вывозу ВВС Черноморского флота максимально усилить удары по аэродромам противника и порту Ялта, с которых действуют блокадные силы".

Возникает вопрос, почему С.М.Буденный, который первоначально своей директивой № 00201/оп от 28 мая приказал командованию СОР удержать Севастополь любой ценой и предупреждал, что эвакуации на кавказский берег не будет, теперь ставит флоту задачу вывозить раненых и войска. На наш взгляд, в первом случае командующий фронтом переоценил силы и возможности СОР, а во втором – проявил объективный подход к сложившейся ситуации. Ему было известно решение Ставки эвакуировать ответственных работников СОР на Кавказ, но он знал и о том, что в Севастополе оставалось много раненых и бойцов. Проявив инициативу и находчивость, он обратился в Ставку с предложениями, и она одобрила их. Тогда они и вошли в приказ от 30 июня. Однако отметим, что это решение было запоздалым, поскольку Черноморский флот был уже не в состоянии эвакуировать войска своими силами.

Ночью на 1 июля в Севастополе совершили посадку 13 самолетов "Дуглас", доставившие 23 650 кг боезапаса, 1721 кг продовольствия. Обратными рейсами вывозили командный состав СОР, раненых и ценные грузы. Последним покидал Херсонесский аэродром самолет старшего лейтенанта М.С.Скрыльникова. Когда к самолету подходили командующий Черноморским флотом и СОР вице-адмирал Ф.С.Октябрьский и член Военного совета флота дивизионный комиссар Н.М.Кулаков, их узнали. Скопившиеся на аэродроме воины зашумели, началась беспорядочная стрельба в воздух. Понимая складывающуюся обстановку, военком 3-й особой авиагруппы главной базы полковой комиссар Б.Е.Михайлов, который должен был улететь вместе с командиром группы, объяснил им, что командование улетает, чтобы организовать эвакуацию защитников Севастополя, а сам он остается с бойцами. В 01.40 1 июля самолет взлетел.

На 13 самолетах было вывезено 222 человека командного состава, 49 раненых и 3490 кг ценных грузов. Улетели и Ф.С.Октябрьский, Н.М.Кулаков, член Военного совета Приморской армии бригадный комиссар М.Г.Кузнецов, начальник управления тыла Приморской армии интендант 1 ранга А.П.Ермилов, заместитель начальника политического управления флота бригадный комисcap И.В.Маслов, командир 3-й особой авиагруппы главной базы полковник Г.Г.Дзюба, командир 25-й дивизии генерал-майор Т.К.Коломиец и командир 172-й дивизии 1 полковник И.А.Ласкин. Около 05.00 самолеты благополучно приземлились в Краснодаре.

В эвакуации руководящего состава приняли участие подводные лодки "Щ-209" и "Л-23". 29 июня они доставили с Кавказа боезапас и бензин. В ходе разгрузки вечером этого же дня командир "Щ-209" капитан-лейтенант В.И.Иванов через связного получил от начальника штаба СОР капитана 1 ранга А.Г.Васильева письменный приказ: "...до особого распоряжения подводная лодка "Щ-209" остается в Севастополе. После разгрузки с рассветом вам надлежит выйти в район 35-й батареи и лечь на грунт. С темнотой всплыть и ожидать распоряжения". Аналогичный приказ получил и командир подводной лодки "Л-23" капитан 3 ранга И.Ф.Фартушный.

30 июня в 22.00 лодки всплыли в районе 35-й батареи и ожидали распоряжений. В 01.20 1 июля командный состав Приморской армии и береговой обороны стал выходить с 35-й батареи береговой обороны через подземный проход и левый командный пункт на пристань, откуда рейсовым буксиром были доставлены на "Щ-209". Среди них – командующий Приморской армией генерал-майор И.Е.Петров, член Военного совета армии дивизионный комиссар И.Ф.Чухнов, начальник штаба армии генерал-майор Н.И.Крылов, начальник артиллерии армии генерал-майор Н.К.Рыжи, комендант береговой обороны генерал-майор П.А.Моргунов, его военком полковой комиссар К.С.Вершинин и др., согласно списку штаба СОР. Приняв на борт 88 человек, подводная лодка в 02.59 взяла курс на Новороссийск, куда и прибыла 4 июля.

Подводная лодка "Л-23" покинула Севастополь несколько позднее. Это объясняется тем, что она могла уйти с эвакуированными только после сигнала об отлете Военного совета флота. (План  штаба СОР предусматривал, что если Военному совету флота не удастся улететь на самолете "Дуглас", то он должен уйти на подводной лодке "Л-23"). Получив "добро", "Л-23" взяла курс на Новороссийск и прибыла туда еще раньше, чем "Щ-209", т.е. 3 июля. На ней эвакуировались 117 человек командно-политического состава войск СОР и руководство города. Среди них – начальник штаба СОР капитан 1 ранга А.Г.Васильев, командир ОВР контр-адмирал В.Г.Фадеев, командир 7-й бригады морской пехоты генерал-майор Е.И.Жидилов, военком этой бригады полковой комиссар А.М.Ищенко, начальник флотского экипажа подполковник Н.А.Хубежев, комендант Севастопольского гарнизона полковник А.П.Старушкин, заместитель начальника отдела связи флота капитан-лейтенант В.С.Гусев, начальник штаба ОВР главной базы капитан 2 ранга В.И.Морозов, а также председатель Городского комитета обороны и первый секретарь горкома партии Б.А.Борисов, председатель горисполкома В.П.Ефремов, секретарь горкома партии по промышленности А.А.Сарина и др.

Вслед за подводными лодками из бухт Камышовая и Казачья вышли три сторожевых катера, четыре буксира, два водоналивных бота, одна шхуна и тринадцать мелких катеров-тральщиков. Из них 17 единицам удалось достичь берегов Кавказа, доставив 304 бойца и командира.

Из Севастополя в Анапу прилетела группа отремонтированных самолетов: три Як-1, три И-16, один И-153, один У-2. Оставшиеся неисправные самолеты 3-й особой авиагруппы главной базы были сброшены в воду. Защитники Севастополя остались без авиационного прикрытия. Правда, в ночь на 1 июля авиация Черноморского флота с аэродромов Кавказа сделала 32, а фронтовая авиация — 16 самолето-вылетов для бомбардировки войск противника под Севастополем, но это уже не могло сколько-нибудь существенно повлиять на действия его войск.

Тем временем обстановка в Севастополе продолжала ухудшаться. С наступлением рассвета 1 июля враг обрушил всю мощь своей артиллерии и авиации по городу и рубежу обороны: дача Фирсова — хут. Иванова — хут. Пятницкого — истоки Стрелецкой бухты. В воздухе непрерывно находилось по 25–40 самолетов противника. Не встречая противодействия со стороны нашей зенитной артиллерии и авиации, они, не торопясь, выбирали цели для удара. Освободившись от бомб, вражеские летчики снижались до 50–70 метров и обстреливали войска из пушек и пулеметов,

После авиационно-артиллерийской подготовки противник перешел в наступление по всему фронту. Впереди пехоты двигалось около сотни танков и штурмовых орудий, за ними тысячи автоматчиков, их прикрывали самолеты. Основной удар немцы нацелили на хутора Пятницкого и Меркушева. Сильный бой разгорелся в районе Меркушева. Отходившие подразделения и части 345-й и 95-й дивизий, 138-й и 79-й бригад, которыми командовали полковники И.Ф.Хомич и Д.И.Пискунов и майор И.П.Дацко, контратаковали противника и выбили его из хутора. К 22.00 линия обороны проходила по рубежу: каменоломни – казарма – хут. Бухштаба – хут. Меркушева – хут.Пелисье – Камышовая бухта.

Наши войска в первую половину дня поддерживали артиллерийским огнем 35, 18 и 14-ю батареи береговой обороны, несколько полевых батарей, получивших боезапас, доставленный транспортными самолетами, и небольшое количество зенитных батарей. Вражеское командование решило покончить в первую очередь с береговыми батареями. Около 14.00 на батарею № 14, располагавшуюся на берегу Стрелецкой бухты, пошли в атаку танки и пехота противника. Моряки вели огонь прямой наводкой, пока не кончились снаряды, уничтожив не один десяток неприятельских солдат и офицеров. Затем гарнизон был окружен, но не сдался врагу. Первоначально батарейцы отстреливались стрелковым оружием, а потом перешли в атаку. Последняя радиограмма командира батареи старшего лейтенанта Григория Ивановича Халифа гласила: "Боеприпасов нет, фашисты атакуют, идем в контратаку. Прощайте, товарищи!". В ходе контратаки командир батареи, военком политрук Герман Андреевич Коломийцев и большая часть личного состава погибли.

На правом фланге обороны враг атаковал позиции батареи береговой обороны № 18. Первая атака была отбита с помощью батареи № 35, открывшей огонь по вражеским танкам. Вечером немцы вновь перешли в атаку, но у батарейцев уже не было снарядов, по этой же причине не могла оказать им помощь и 35-я батарея. Подорвав орудия, командир 18-й батареи старший лейтенант Н.И.Дмитриев с группой бойцов с наступлением темноты сумел прорваться на батарею № 35. (Н.И.Дмитриев со своим личным составом еще несколько дней сражался на м. Херсонес и геройски погиб в бою).

К исходу 1 июля немецко-фашистским войскам удалось овладеть бухтами Стрелецкая, Омега, приблизиться к аэродрому Херсонесский маяк и позициям 35-й батареи. Отражая яростные атаки врага, батарейцы расстреляли последние снаряды. Командир батареи капитан А.Я.Лещенко отдал приказ подготовить орудия и все механизмы к подрыву.

Днем 1 июля начальник штаба Черноморского флота в Новороссийске получил из Севастополя радиограмму.

"Елисееву.

Знают ли сторожевые катера, куда подходить? Прошу дать указание вышедшим сторожевым кораблям подходить только к пристани 35-й батареи.

1/VII.42. 11.20

Ильичев".

В 14.10 начальник штаба флота И.Д.Елисеев запросил П.Г.Новикова и А.Д.Ильичева: "Донести: можете ли принять "Дугласы"? В 15.25 был получен ответ от генерала П.Г.Новикова: "Можем. Дадим дополнительно в 19.00. Готовьте". Насчет самолетов велись переговоры по радио. Ввиду изменившейся обстановки принять их на аэродром стало не возможно. Было решено вывозить людей на кораблях — тральщиках, катерах и подводных лодках.

В 20.10 1 июля П.Г.Новиков доложил о ситуации на сухопутном фронте.

"Алафузову, Буденному.

Противник возобновил наступление на всем фронте, большую активность проявляет на рубеже: выс. 36,9 — 29,2 — 36,8 — Стрелецкая бухта; отдельные отряды ведут бои в городе.

1/VII.42. 20.10

Новиков, Хацкевич".

Несколько позднее из Севастополя была получена радиограмма:

"Алафузову, Буденному, Василевскому.

Ожесточенные бои продолжаются на рубеже выс. 16,6 — хут. Бухштаба — Камышовая бухта.

Начсостава 2000 человек в готовности транспортировки.

35-я батарея действует.

1/VII.42. 20.45

Новиков".

Это была последняя радиограмма от генерала П.Г.Новикова. Позднее стало известно, что днем он руководил боем на рубеже обороны, был ранен, но не ушел с рубежа.  Вечером он и его военком бригадный комиссар А.Д.Хацкевич встретились на 35-й батарее. В ходе их беседы на батарею прибыл капитан 2 ранга И.А.Заруба, командир погибшего крейсера "Червона Украина", и Новиков предложил ему эвакуироваться с ним на катере.

2 июля – четверг

Около 02.00 2 июля П.Г.Новиков, А.Д.Хацкевич, И.А.Заруба, прокурор флота бригвоенюрист А.Г.Кошелев, заместитель начальника управления тыла Приморской армии полковник А.Б.Мегробян, политрук Е.А.Звездкин и другие на сторожевом катере № 0112 (командир лейтенант К.П.Булатов) (К.П.Булатов вступил в командование катером вместо убитого командира Е.А. Коргуна) вышли в море курсом на Новороссийск.

На рассвете вражеский торпедный катер открыл по нему огонь. Вскоре появились еще четыре и взяли наш катер в клещи. Завязался тяжелый бой. Несмотря на еще одно ранение, П.Г.Новиков возглавил руководство. Один вражеский катер подбили и подожгли, но и наш получил пробоину и потерял ход. В трюм стала поступать вода. Кончились боеприпасы, на борту остались только раненые и убитые. Пришвартовавшись, немцы захватили в плен 16 раненых, среди них были П.Г.Новиков, А.Д.Хацкевич, И.А.Заруба, К.П.Булатов, Е.А.Звездкин. Убитых и часть тяжелораненых оставили на катере, который немцы, взяв курс на Ялту, взорвали (на катере вместе с командой находилось 70 человек). Из Ялты пленных отправили в Симферополь. Большинство из них впоследствии были расстреляны или замучены в концлагерях, в том числе Новиков и Хацкевич. Только Заруба, Булатов и Звездкин, вынеся все тяготы плена, вернулись на Родину.

Во исполнение приказа С.М.Буденного начальник штаба флота И.Д.Елисеев в 04.00 1 июля направил базовые тральщики "Взрыв" (командир капитан-лейтенант Н.Ф.Ярмак, военком старший политрук А.П.Воробьев), "Защитник" (командир капитан-лейтенант В.Н.Михайлов, военком старший политрук В.В.Гусев), "Щит" (командир капитан-лейтенант В.М.Генгросс, военком старший политрук Н.П.Савощенко) и № 16. На подходе к городу два последних атаковала авиация противника. Получив повреждения, они вынуждены были вернуться в Новороссийск.

Днем с тральщика "Щит" заметили в море державшийся на плаву самолет ГСТ. Это был один из самолетов 3-й особой авиагруппы, вылетевший из Казачьей бухты в ночь на 1 июля. Из-за повреждения мотора он произвел вынужденную посадку. Уже на воде его атаковали пять вражеских самолетов. Осколками бомб на самолете пробило лодку, поэтому спастись самостоятельно было невозможно. Экипаж тральщика снял 33 человека, а самолет затопили. "Щит" взял курс на Новороссийск.

Тральщики "Взрыв" и "Защитник" в 02.30 2 июля подошли в район 35-й батареи. Увидев их, воины хлынули на пристань, и она не выдержала тяжести людей. Посадку на тральщики, стоявшие недалеко от берега, осуществляли катерами и шлюпками, а многие добирались вплавь. На берегу находился раненый командир 79-й морской стрелковой бригады полковник А.С.Потапов. Узнав об этом, военком "Взрыва" А.П.Воробьев направил к берегу шлюпку, и командира бригады доставили на тральщик.

Приняв на борт 419 человек, в 03.30 тральщики вышли из района главной базы и в 20.20 уже ошвартовались в Новороссийске.

В 21.00 подводная лодка "М-112" (командир капитан-лейтенант С.Н.Хаханов) и в 21.18 подводная лодка "А-2" (командир дивизиона капитан 3 ранга Р.А.Гуз) подошли в район мыса Херсонес. Сняв с обнаруженной в море шлюпки и подплывших на автомобильных камерах 17 человек, взяли курс на Новороссийск.

Уходили в море на чем попало. Пятеро бойцов 79-й морской стрелковой бригады — главный старшина А.Медведев, краснофлотцы Н.Ершов, И.Нечипуро, Ф.Некрасов и М.Скакуненко вышли днем 2 июля на рыбацкой лодке с двумя парами весел. 12 долгих суток обессиленные, измученные жаждой и голодом, находились они в открытом море, пока не пришла помощь; их доставили в Батуми.

На рассвете 2 июля немцы снова бросили в бой авиацию. Не встречая противодействия истребителей и зенитной артиллерии, стервятники, как на полигоне, выбирали цель и с включенными сиренами сбрасывали воющие бомбы, от которых содрогалась севастопольская земля. После 4-часовой обработки авиацией ураганный огонь открыла почти вся артиллерия двух вражеских корпусов. Дым и пыль окутали древнюю Гераклею. Враг неистовствовал. Количество авиабомб и снарядов, сброшенных противником, не поддавалось никакому учету. Едва осела пыль, враг перешел в наступление по всему фронту.

Шесть раз фашисты пытались прорваться к аэродрому, где располагались 219-я и 928-я зенитные батареи, и столько же раз откатывались на исходные позиции. До десятка атак противника отбили в районе 35-й батареи. Лишившись боезапаса, они сражались врукопашную.

Помощи в этот день фактически не было. Направленные с боезапасом подводные лодки "А-2" и "М-112" не доставили его. ("А-2", находясь в районе подходной точки военного фарватера № 3 главной базы, в 01.32 2 июля получила по радио приказ выгрузить боезапас в море и следовать за людьми в Херсонесскую бухту, что она и выполнила, а "М-112" в районе Херсонеса не нашла причала и ушла с боезапасом обратно на Кавказ).  Транспортные самолеты "Дуглас" не вылетали, так как принять их на Херсонесский аэродром было невозможно. Авиация флота с аэродромов Кавказа произвела всего 19 самолето-вылетов на бомбардировку войск противника в районе Севастополя.

Несмотря на исключительно тяжелую обстановку — непрерывный артиллерийский и минометный огонь, бомбовые удары с воздуха, танковые атаки с применением огнеметов, отсутствие боеприпасов, продовольствия и пресной воды — защитники Севастополя стояли насмерть. В окопе вблизи Херсонесского аэродрома оборонялась группа воинов 172-й стрелковой дивизии — капитаны Н.Ф.Постой, Д.В.Халамендык, М.А.Макаренко и лейтенант В.Р.Куцинский. На них пошли вражеские танки. Они не отступили и приняли бой. Все, кроме Д.В.Халамендыка, погибли смертью героев, но не отступили. Будучи раненным, командир дота второго дивизиона дотов запасного артиллерийского полка старшина 2 статьи Ф.М.Игнатьев вступил в единоборство с вражеским танком и уничтожил его.

Разрозненные части наших войск к исходу 2 июля продолжили удерживать район 35-й береговой батареи и отдельно район Херсонесского аэродрома.

За первые два дня июльских боев погибло немало командно-политического состава соединений и частей Севастопольского оборонительного района. В их числе — командир 3-го полка морской пехоты полковник С.Р.Гусаров, командир 99-го гаубичного артиллерийского полка 25-й стрелковой дивизии полковник С.И. Басенко, заместитель начальника политотдела 172-й стрелковой дивизии старший батальонный комиссар А.Г.Нешин, военком 134-го гаубичного артполка этой дивизии старший батальонный комиссар П.С. Коновалов, военком 602-го стрелкового полка 109-й дивизии батальонный комиссар В.В. Прохоров. Погибли сотрудники Севастопольского городского отдела милиции — Василий Иванович Бузин (начальник горотдела), Владимир Иванович Малый (начальник отдела подготовки, начальник штаба МПВО), Николай Николаевич Исаев (уполномоченный уголовного розыска).

3 июля – пятница

В ночь на 3 июля, преодолев противодействие блокадных сил противника, в район 35-й батареи подошли сторожевые катера № 019, 038, 039, 082, 0108 во главе с командиром отряда старшим лейтенантом В.П. Щербининым и руководителем оперативной группы батальонным комиссаром А.А. Кулаковым. На подходе к главной базе, вплоть до темноты их атаковала вражеская авиация. Командиры катеров Н.А. Аскеров, П.В. Верба, П.В. Бакалов, И.С. Волошин умело маневрировали, что позволило избежать попаданий не только авиабомб, но и пулеметных трасс. А это было особенно важно, так как на верхних палубах катеров в различных емкостях находился бензин, необходимый на обратный путь.

Увидев катера, многие бросились к ним вплавь. Приняв 348 бойцов и командиров, на рассвете 3 июля они взяли курс к берегам Кавказа. На переходе катера подвергались налету вражеской авиации, но потерь не имели. Среди доставленных на Кавказ были воины-приморцы — инструктор политотдела армии старший политрук Н.Д. Калугин, заместитель начальника политотдела 388-й стрелковой дивизии батальонный комиссар А.Н. Бычков, старший лейтенант В.И. Мостовой 1167-го стрелкового полка, ефрейторы А.М. Резников, Г.А. Гричко, рядовой С.И. Кадыков и др., а также моряки-черноморцы — командир 725-й подвижной батареи береговой обороны капитан Г.В. Ясинский, командир взвода 3-го морского полка младший лейтенант В.М. Воронцов, старшины и сержанты А.А. Герасименко, А.Д. Быстров, П.Н. Середа, М.Г. Байсак, краснофлотцы В.Д. Чуйко, Г.И. Лавренюк, Е.П. Заходященко, А.З. Скляров, Г.П. Вдовиченко и др.

Вышедшие по приказанию начальника штаба флота И.Д.Елисеева три сторожевых катера № 015, 078, 052 под командованием капитан-лейтенанта А.П.Скляра до Севастополя не дошли. Получив повреждения в результате налета вражеской авиации, возвратились в Новороссийск. Не дошли до Севастополя и подводные лодки "Д-4" (командир капитан-лейтенант Д.С. Изралевич) и "Щ-215" (командир капитан 3 ранга В.А. Коршунов). Атакованные торпедными катерами и самолетами, вынуждены были возвратиться на Кавказ.

Два МБР-2, вылетевшие в район Севастополя в ночь на 3 июля с целью эвакуировать часть личного состава СОР, задания не выполнили — не был выложен ночной старт, а Казачья бухта обстреливалась пулеметным огнем противника. Как сообщали экипажи самолетов, южнее Херсонесского маяка, в районе новой пристани, наблюдалось большое скопление людей. Они сигнализировали фонарями, пускали ракеты.                                            

С утра 3 июля бои возобновились с новой силой. Вражеская пехота рвалась к 35-й батарее и аэродрому. Наши войска ожесточенно сражались, бросаясь в яростные контратаки. В районе аэродрома оборону возглавил военком 3-й авиагруппы Б.Е. Михайлов. Он лично водил в атаку сводные отряды бойцов и командиров. Противник обрушил на них шквал артиллерийского и минометного огня. Один из разорвавшихся снарядов намертво сразил Бориса Евгеньевича. Геройски погиб в этот день и лейтенант милиции старший оперуполномоченный уголовного розыска горотдела И.А. Древетняк.

Отдельные группы воинов под руководством командиров Д.И. Пискунова,   И.Ф. Хомича,   Н.А. Васильева,   М.Ф. Кабалюка, Б.Э. Файна и других неоднократно пытались ночью прорваться и уйти в горы, но это им так и не удалось.

4 июля – суббота

Утром сторожевые катера № 071, 074, 019 и 0132 вышли из Новороссийска в Севастополь. При подходе в район Севастополя противник открыл по ним сильный артиллерийский огонь, что не позволило катерам подойти к причалу 35-й береговой батареи. Поздним вечером они пошли обратно в Новороссийск. Это были последние катера, которые ходили к истекавшему кровью Севастополю.

Продолжалась организованная упорная борьба на последнем рубеже — мысе Херсонес. Защитники неоднократно переходили в яростные штыковые атаки. Одновременно отдельные группы пытались пробиться вдоль берега у уреза моря, чтобы вырваться из окружения, но в районе лощины, левее 35-й батареи, им преграждали путь вражеские засады с пулеметами и автоматами. Одну из таких групп возглавил начальник штаба 134-го гаубичного артиллерийского полка капитан Л.И. Ященко. План не удался, и вся группа – 20 человек – была взята в плен.

Во второй половине дня командующий Северо-Кавказским фронтом маршал С.М. Буденный получил шифровку из Генерального штаба Красной Армии за № 155980 за подписью начальника оперативного управления Н.В. Ватутина и комиссара управления И.Н. Рыжкова:

"На побережье СОР есть еще много отдельных групп бойцов и командиров, продолжающих оказывать сопротивление врагу. Необходимо принять все меры для их эвакуации, послав для этой цели мелкие суда и морские самолеты.

Мотивировка моряков и летчиков невозможности подхода к берегу из-за волны неверная, можно подобрать людей, не подходя к берегу, а принять их на борт в 500–1000 м от берега.

Прошу приказать не прекращать эвакуацию, а сделать все возможное для вывоза героев Севастополя.

4/VII.42. 15.00

Ватутин, Рыжков".

На шифровке С.М.Буденный написал резолюцию: "Отправить срочно командующему Черноморским флотом для исполнения". Получив ее, командующий флотом Ф.С. Октябрьский дал ответ:

"Москва, Генштаб. Ватутину, Буденному, Исакову, Алафузову.

Операции по съемке и вывозу отдельных групп начсостава, бойцов СОР не прекращались и не прекращаются, хотя это связано с очень большими трудностями и потерями корабельного состава.

Подводные лодки прорваться в Севастополь не могут. Все фарватеры противник закрыл своими катерами. О трех подлодках еще не получены сведения, где они, хотя все сроки их возвращения прошли. Вернувшиеся лодки весь путь преследовались авиацией, катерами-охотниками, на каждую лодку сброшены сотни бомб.

Еще не вернулись два катера МО. Сегодня послал еще шесть катеров МО, которые вернулись. Каждый доставил больше сотни человек. Буду  продолжать операции.

Докладываю, что сопротивление врагу оказывается нормально.

4/VII.42

Октябрьский".

В ночь на 5 июля в развалинах 35-й батареи собрался старший военно-политический состав защитников. Было решено пробиваться в горы, а там перейти к партизанским методам борьбы. Такие попытки отдельными группами предпринимались и раньше, но все они были обречены на провал. И все же, как и было решено, ночью попытались прорваться. Завязался бой, защитники города понесли значительные потери, но прорваться в горы не смогли. Теперь и ночь перестала быть союзницей севастопольцев. "Мы шли в бой, заблаговременно зная, что нас ждет... Надежд на спасение было мало", — вспоминает полковник Д.И. Пискунов.

5 июля – воскресенье

Утром, укрываясь от сильного огня противника, защитники Севастополя спустились под обрывистые скалы. И под кручей, разбившись на группы, продолжали сопротивление. Враги прочесывали пулеметно-автоматным огнем скалы, бросали вниз сотни гранат. Однако стоило высунуть голову хотя бы одному вражескому солдату, как его сражала пуля. Тогда немцы стали закладывать динамит и подрывать скалы, ибо со стороны суши укрывшиеся под скалами севастопольцы были мало уязвимы. В выступах и пещерах крутого берега образовалось несколько "ярусов", где томились обессиленные от голода и жажды герои. Неприятель был поражен несгибаемой их стойкостью. Фашисты кричали на русском языке: "Сдавайтесь в плен! Уничтожайте командиров, комиссаров и коммунистов!" Но никто не проявил малодушия и трусости, никто не поднял руки перед врагом.

Днем появилось несколько вражеских катеров. Немцы в мегафон кричали: "Рус, сдавайсь! Мы откроем огонь и уничтожим всех!" Сделав несколько выстрелов, катера удалились.

* * *

На этом организованное сопротивление защитников Севастополя закончилось. Однако даже в такой критической обстановке отдельные группы пытались пробиться к партизанам. Так было в ночь на 7 и 8 июля. Утром 9-го на горизонте показались катера. Многие приняли их за свои, увидев в этом спасение. Катера все ближе подходили к берегу, но огня никто не открывал. Вскоре стало ясно, что это вражеские катера, которые блокировали осажденных с моря. Они не уходили ни 10, ни 11 июля, но огня по крутому берегу не открывали, что-то выжидая. Выжидал эти два дня противник и на берегу.

Утром 12 июля в течение трех часов — с 08.00 до 11.00 — с катеров забрасывали прибрежную полосу гранатами. После чего несколько надувных лодок с автоматчиками высадились на берег. Полуживые от голода, ран, жажды, усталости, без боеприпасов защитники были взяты в плен. Перед автоматчиками, цепью стоявшими вдоль берега, шли измученные, но не покоренные воины, защищавшие Севастополь до последней возможности и до конца выполнившие свой долг перед Родиной.

Севастопольцы не склонили и не опозорили своих боевых знамен. Ни одно из них не попало в руки врага. Их поглотили севастопольская земля, огонь и Черное море.

Возникает естественный вопрос, сколько же советских воинов было захвачено врагом?

Первоначально сделаем небольшое отступление. Хорошо известно, что 4 июля 1942 г. газета "Правда" опубликовала сообщение Совинформбюро "250 дней героической обороны Севастополя", в котором сообщалось, что 3 июля 1942 г. советские войска оставили Севастополь. Пусть так и остается в анналах военной истории. На самом деле Севастополь никто не оставлял, отходить было некуда, не было никакой и плановой эвакуации. Даже штаб Черноморского флота не имел разработанного плана эвакуации главной базы на случай критического положения. Если такого плана не было до начала войны, то это можно понять, зная нашу предвоенную теорию и военную стратегию. Однако война научила многому. Опыт был и на черноморском театре военных действий, ведь пришлось срочно разрабатывать план и эвакуировать в сентябре 1941 г. более чем 80-тысячную армию из Одессы. Оказалось, что опыт был быстро забыт.

Утверждение многих исследователей обороны Севастополя об эвакуации войск является ошибочным. По телеграмме Ф.С. Октябрьского и докладу наркома ВМФ Н.Г. Кузнецова И.В. Сталину Ставка разрешила эвакуацию ответственных работников и Военного совета флота в лице Ф.С. Октябрьского и Н.М. Кулакова. Сегодня трудно судить о том, почему так случилось. Знал ли нарком ВМФ, сколько к тому времени оставалось войск в Севастополе? О чем он докладывал Верховному Главнокомандующему? Архивных документов по этим вопросам выявить не удалось. Нет ответа и в мемуарах Н.Г. Кузнецова. Изучая их, убеждаешься, что о многом нарком не договаривает. Например: "Эвакуация оставшихся войск после третьего штурма Севастополя еще ждет объективного, исторического анализа...".

Всего за период с 1 по 4 июля 1942 г. в порты Кавказа из Севастополя было доставлено 1228 человек, в основном командно-политический состав. Правда, и позже отдельные мелкие суда, катера и баркасы продолжали прибывать на Кавказ с героическими защитниками. Так, в Батуми прибыли: 6 июля – буксир "СП-2" (капитан М.П. Семенов) с 77 бойцами и командирами войск СОР, 7 июля – гидротехническое судно "Грунт" (командир лейтенант Е.Б. Цырлин) с 16 защитниками во главе со старшим лейтенантом Е.П. Вострых; 10 июля – катер штаба флота № 104, который доставил 11 военных во главе со старшим оперуполномоченным особого отдела 345-й стрелковой дивизии политруком Г.М. Чекиным, а также заведующего отделом горкома партии М.И. Петровского и помощника секретаря Центрального райкома партии М.В. Кирилюка. Прибывали также на шлюпках и самодельных плотах. Всего за период с 1 по 10 июля в порты Кавказского побережья было доставлено 1726 воинов СОР.

Теперь о количестве войск, остававшихся на 1 июля.

На 1 июня войска СОР насчитывали 106 625 бойцов и командиров. По количеству войск, доставленных в Севастополь за июнь 1942 г., в документах расхождений нет. Все они называют цифру 23 500. Следовательно, не считая потерь, в общей сложности в войсках СОР находилось 130 125 человек.

Каковы же были потери? Убитыми и пропавшими без вести в июне, по хронике ежедневных потерь, — почти 14 тыс. человек, а согласно краткому отчету Генеральному штабу об итогах обороны в июне 1942 г., подписанному Ф.С. Октябрьским и Н.М. Кулаковым 9 июля, они составили 31 068 человек. Допуская, что цифра в отчете более объективна, то войск было 99 057 (130 125 – 31 068). А если учесть, что в июне в госпиталях Севастополя скончалось 1207 человек и на Кавказ было вывезено 17 894 раненых, то получается, что на 1 июля в Севастополе оставалось 79 956 бойцов и командиров.

К тому же с 1 по 10 июля, как уже отмечалось, всеми видами транспортных средств из Севастополя вывезено 1726 воинов СОР. Следовательно, оставалось 78 230. Почти идентичное количество — 79 539 — называется в книге "Военно-Морской Флот Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.", т. 2, до недавнего времени находившейся под грифом "секретно".

Однако нельзя утверждать, что такова численность попавших в плен. Защитники Севастополя несли потери в июльских боях, и они никем не учитывались. Остальные же были взяты в плен, в их числе и немало раненых.

Немецкий генерал Курт Типпельскирх заявляет, что в Севастополе, на мысе Херсонес, захвачено в плен 100 тыс. советских войск, 141 самолет и много другой боевой техники и оружия. Это не соответствует действительности. О составе наших войск речь шла выше, что касается самолетов, то ни один из них не попал в руки врага: исправные были передислоцированы на Кавказ, остальные сброшены в море.

Так трагически закончилась героическая оборона Севастополя.

(Окончание следует)

 

Просмотров: 4060
Комментариев: 2
Автор: Геннадий Ванеев
Источник: «Севастополь 1941–1942. Хроника героической обороны»
Тэги: вторая героическая оборона Севастополя 1941-1942 гг. 70 лет 
В тему:


Просмотреть все комментарии к новости
Добавить коментарий
Ваше имя
Тема
Комментарий
Число на картинке


    Последние публикации
«АРТЕК» И ММЛ: ПОД ПАРУСАМИ МЕЧТЫ, КОТОРАЯ СБЫВАЕТСЯ
ММЛ – Молодежная Морская Лига, созданная более четверти века назад группой энтузиастов-подвижников, с каждым годом расширяет масштабы работы и >>>


Особенности военного союзничества с современной Турцией. Факторы, влияющие на вектор внешней политики Анкары, остаются неизменными на протяжении долгого времени
Западная пресса обратила внимание на разительные перемены в турецкой внешней политике в течение очень короткого срока. >>>


Российская морская пехота сегодня. Возможности и задачи черных беретов
ВМФ уникален тем, что внутри него в миниатюре присутствуют все остальные виды ВС, включая Сухопутные войска. Называются они морской пехотой и появилис >>>


Флот: события и факты
Информационный обзор. Новости Черноморского флота, российского кораблестроения, судоремонта, научная, общественная и культурная жизнь морского сообщ >>>


9 декабря — День Героев Отечества в России
Эта памятная дата, которая отмечается ежегодно 9 декабря , установлена Федеральным законом Российской Федерации № 22-ФЗ от 28 февраля 2007 года О вн >>>


Украина сформировала дивизион ВМС в Азовском море
Украина создала дивизион военно-морских сил в Азовском море. Об этом сообщает "Украинский милитарный портал" со ссылкой на командующего ВМС >>>


Ответ "Мистралям". Каким будет новый российский вертолетоносец
Сотни морпехов, десятки единиц бронетехники и десантные операции за тысячи километров от родных берегов: российский флот в середине 2020-х получит к >>>


В Сочи прошло заключительное совещание Президента с руководством Минобороны и предприятий ОПК
Президент провёл заключительное из серии совещаний по вопросам развития Вооружённых Сил и оборонно-промышленного комплекса. >>>


ЗАВТРА - ЗАСЕДАНИЕ ЛИВАДИЙСКОГО КЛУБА
6 декабря в рамках XIII Международного фестиваля «Великое русское слово» при поддержке Государственного Совета Республики Крым, Комитета >>>


Россия построит десантные корабли лучше «Мистралей»
ВМФ России готовится-таки реализовать масштабный проект, начатый в свое время еще Анатолием Сердюковым и сорванный Францией: строительство современ >>>


Поиск



Наш день

9 декабря — День Героев Отечества в России
Эта памятная дата, которая отмечается ежегодно 9 декабря , установлена Федеральным законом Российской Федерации № 22-ФЗ от 28 февраля 2007 года О внесении изменения в статью 1-1 Федерального закона О днях воинской славы и памятных датах России.

Объектив

Фотогалерея


Отражение (новый выпуск!)



В фокусе


В Севастополе почтили память подводников, погибших на АПЛ К-8 и на АС-31

Православные праздники


Газета ФГУП "13 СРЗ ЧФ" МО РФ


Свежий выпуск

Тема
ZAHA – плавающий турецкий БТР для решения «Эгейского вопроса». В Турции создается комплекс УДК и плавающая десантная бронемашина морской пехоты
Императорское Православное Палестинское общество организовало паломничество на Кипр. Часть 2
ВНО ЧФ организовало круглый стол: «Черноморский флот и Севастополь в судьбе России»
Путин анонсировал повышение пенсий военным пенсионерам. Президент России отметил, что они вырастут на 4,3% с 1 октября
В Музее-заповеднике «Сталинградская битва» открылась совместная выставка об участниках Сталинградской битвы, освобождавших Крым
На Украине сообщили об обмене заключенными с Россией
Россия построит десантные корабли лучше «Мистралей»
Версальский мир программировал новую Мировую войну. Германские репарации в контексте столетней истории
НОВАЯ КНИГА: ФЛОТОМ КОМАНДУЕТ ВИКТОР СЫСОЕВ
Реклама


Погода


Ранее
Украина в капкане

IX ТЕННИСНЫЙ ТУРНИР ПОБЕДИТЕЛЕЙ