Чем закончится танкерная война

В течение трех лет Израиль скрытно совершал нападения на иранские суда, в основном танкеры, переправляющие нефть в Сирию. Но после серии сообщений об этих атаках в американской печати, подхваченных в Израиле, Иран изменил свою политику сдержанности и начал отвечать взаимностью – зуб за зуб.

Внутреннее положение в Израиле сложное. Новое правительство после четырех внеочередных выборов не сформировано. Общество расколото. Между министром обороны и премьер-министром царит взаимное недоверие. Но в том, что касается курса на войну с Ираном, оба проявляют редкостное единодушие.

Впечатление такое, что интересанты в армии и в спецслужбах (назовем их так) соперничают друг с другом за влияние на главу правительства, подталкивая друг друга к войне без учета стратегических последствий для страны, жертв и разрушений. Происходящее сейчас чем-то напоминает то, что происходило в Газе семь лет назад. Тогда Израиль не ставил цели, не рассматривал альтернативы и не готовил планы выхода из операции. Как получится. Теперь его вновь втягивают в конфликт, взвинчивая напряженность, играя в "малые войны без большой войны" с сильным, решительным противником. Позже будут говорить о просчетах, при которых ни одна из сторон на самом деле не хотела войны.

В 2014 году правительство было относительно стабильным, в обществе наблюдались единство и понимание ситуации. На этот раз кабинет безопасности не заседает, временное правительство почти не функционирует, а надзорные органы (комитет по иностранным делам и обороне кнессета, государственный контролер, большая часть СМИ) спят либо охвачены праведным патриотизмом.

Ядерная сделка по большому счету Ирану больше не нужна. Она нужна Западу. Крепкие расширяющиеся экономические связи Ирана с Россией, Китаем, Индией сводят на нет эффект максимального давления США

И конечно же, нельзя пройти мимо юридических проблем премьер-министра. Первые две недели судебного процесса над Нетаньяху показали, насколько он опасен. Ему отчаянно нужно сформировать новое правительство, которое смогло бы каким-то образом остановить уголовное дело против него, дать ему свободу рук. Праворелигиозный парламент вполне может сделать то, что казалось еще недавно невозможным: приняв закон, освободить от уголовного преследования Нетаньяху. А правительство под его руководством завершит планы аннексии территории Западного берега реки Иордан.

Нужно быть либо чересчур наивным, либо фанатом Нетаньяху, чтобы думать, что процесс по обвинениям в уголовных преступлениях в суде не влияет на его решения в сфере внешней политики и обороны. Кризис, локальная война – проверенный историей метод достижения политических целей. Ведь победителей, как известно, не судят.

Израиль ведет против Ирана три войны: битву против его ядерной программы (согласно зарубежным сообщениям она включает убийства ученых, кибератаки и саботаж ядерных объектов), воздушную против иранского военного присутствия в Сирии и контрабанды оружия "Хезболле" в Ливане и, наконец, войну на море с иранскими танкерами и сухогрузами, переправляющими в Сирию нефть и вооружения.

Как сообщил бывший глава совета национальной безопасности генерал-майор запаса Гиора Айленд телеканалу "Kaн", еще в 2001-м военная разведка полагала, что атомная бомба появится у Ирана через четыре года. Двадцать лет спустя ее нет – и не потому, что иранцы не пытались. Однако на какой-то стадии Иран свернул программу "военного атома", а после подписания Соглашения в 2015-м с мировыми державами соблюдал условия JCPOA вплоть до выхода из него США в мае 2018 года под давлением Израиля.

Израиль, надо отметить, добился значительных тактических успехов и на двух других фронтах. Во всех случаях реакция Ирана была минимальной. Но возникают вопросы о последних инцидентах. Менее чем за неделю израильтяне совершили три нападения – на корабль КСИР, плавучий штаб иранской революционной гвардии в Красном море, авиаудар по складу оружия вблизи Дамаска и взрыв дистанционно управляемого устройства на ядерном объекте в Натанзе (вторично). Причем произошли они в то время, когда мировые державы начали в Вене обсуждение условий возвращения США и Ирана в сделку 2015 года, а министр обороны США Ллойд Остин посетил Израиль.

Время было выбрано не случайно. Скорее эти атаки были предназначены для того, чтобы послать ясный сигнал Ирану и что более важно – Вашингтону: мы не заинтересованы в реанимации Соглашения 2015 года и не будем его соблюдать.

Иран не подставит для удара другую щеку

Эскалация атак на иранские интересы вполне может подтолкнуть Тегеран на нанесение ответного чувствительного удара, чего он ранее старательно избегал. Иран сосредоточен на полном снятии американских санкций в обмен на возвращение к ядерной сделке 2015 года, которая предполагает жесткий контроль ООН за его ядерными амбициями и существенное ограничение активности в этой сфере.

Сообщения мировых СМИ о тайных операциях Израиля рисуют образ Нетаньяху как агрессивного и бескомпромиссного человека в отношении Ирана. Но и в Иране таких немало. Возмездие, о котором Тегеран говорит, что оно неотвратимо, может повлечь за собой атаки на израильское судоходство (а это почти 90 процентов внешнего грузооборота), кибератаки на израильскую инфраструктуру (электростанции) или даже удар беспилотников по ядерному центру в Димоне. Выбор достаточно широк. До сих пор неясно, что знал или знает Вашингтон об атаках на Иран. Ллойд Остин, которого спросили об этом, уклонился от ответа, но подчеркнул приверженность администрации Байдена обеспечению безопасности Израиля и мирному решению иранской ядерной проблемы.

Отношения Израиля с Белым домом, вероятно, еще больше охладятся, если окажется, что американцы действительно не были оповещены о предстоящей диверсии в Натанзе. Но как указывают израильские официальные лица, взрыв якобы отбросил возможности Ирана по обогащению урана на несколько месяцев, лишив Тегеран козыря на переговорах по возобновлению ядерного соглашения. И это, мол, укрепляет позиции Вашингтона.

Здесь следует охладить фантазии официальных лиц. Выведенные из строя центрифуги первого поколения вскоре будут заменены новейшими, гораздо более производительными. Ущерб не носит фатального характера для атомной программы Ирана. Кроме того, нужно иметь в виду, что объект в Натанзе находится "под гарантиями" МАГАТЭ. И если гарантии не работают, логично задать вопрос: а к чему Тегерану соблюдать обязательства по ДНЯО (Договор по нераспространению ядерного оружия)? Проще выйти из него и делать все, что заблагорассудится. Как это делают Северная Корея, Пакистан, Индия и Израиль.

И вот первая ласточка. Иран начинает обогащение урановой руды до уровня 60 процентов. Это вместо 3,67 по Соглашению 2015 года. Похоже, упомянутые "официальные лица" живут где-то на Луне, если надеялись таким образом остановить атомную программу Тегерана. Но сорвать соглашение им вполне по силам, благо, что сторонников жесткой линии в отношении Ирана в Вашингтоне пруд пруди. Однако напрашивается вопрос: соответствует ли этот курс жизненным интересам Израиля или больше похож на авантюру?

Самому Ирану сделка по большому счету больше не нужна. Она нужна Западу. Крепкие расширяющиеся экономические связи Ирана с Россией, Китаем, Индией сводят на нет эффект максимального давления США.

Перед Израилем стоит стратегическая дилемма: либо вступить в открытый конфликт с администрацией Байдена, как это уже было с администрацией Обамы в 2015 году, либо попытаться сотрудничать, дабы защитить интересы Израиля во время переговоров. Упертость Нетаньяху оставляет мало шансов на "мирное сосуществование" Израиля с США в этом вопросе. Израиль, вероятно, уже выбрал путь конфронтации, учитывая недавние вызывающие атаки на иранские интересы. Но итог будет таким же, как и шесть лет назад, когда открытая оппозиция Израиля не помешала Вашингтону подписать ядерную сделку с Ираном, поскольку она в интересах мира и безопасности на планете.