Фото: inforos.ru.

Напомним, что 13 апреля 2021 года министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров посетил Исламскую республику Иран, где провел переговоры со своим коллегой Мохаммадом Джавадом Зарифом по широкому кругу вопросов двусторонней повестки и региональной безопасности. Глава российского МИД также обсудил ситуацию вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе, с учетом начавшихся 6 апреля в Вене переговоров стран-участниц этой сделки при участии иранских и американских представителей.

Правда, эти переговоры, не успев толком начаться, были уже 11 апреля омрачены сообщениями о том, что на ядерном объекте в иранском городе Натанз зафиксирована авария в распределительной сети. Руководитель Организации по атомной энергии Ирана Али Акбар Салехи назвал происшествие "актом ядерного терроризма". Глава Министерства иностранных дел Ирана, в свою очередь, обвинил в причастности к инциденту Израиль. Президент исламской республики Хасан Роухани заявил, что в ответ на совершенную диверсию Тегеран намерен увеличить уровень обогащения урана до 60%.

Как отметил Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Иране (2001-2005 гг.) Александр Марьясов, состоявшийся визит С.Лаврова в Тегеран носил штатный характер. В его ходе обеими сторонами была подтверждена готовность к сотрудничеству во всех областях (торгово-экономической, энергетической, транспортной, агропромышленной) на базе действующего с марта 2001 года Договора об основах взаимоотношений и принципах сотрудничества. Было также подписано соглашение о создании информационно-культурных центров в России и Иране, что свидетельствует о постоянном росте взаимного интереса народов и общественности двух стран друг к другу.

А.Марьясов напомнил, что, комментируя начавшиеся в Вене переговоры, Лавров подчеркнул особую важность сохранения Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) и готовность России максимально способствовать этому. Как и при заключении сделки в 2015 году, российская сторона готова искать и предлагать иранской и американской сторонам взаимоприемлемые и компромиссные развязки проблем, мешающие восстановлению её в полном объёме.

Правда, восстановление СВПД в полном объеме пока выглядит достаточно затруднительным. Иранская сторона не доверяет Вашингтону, а Соединенные Штаты также не готовы сделать первый шаг на этом пути. Директор Центра энергетики и безопасности Антон Хлопков подчеркнул, что опыт последних лет заставил многие страны прийти к выводу, что США не могут быть надежным партнером по переговорам как в сфере безопасности, так и в торгово-экономических делах. Но отличие сделки по иранскому ядерному досье от двусторонних договоренностей в том, что целый ряд других стран является участниками этого соглашения. Во многом благодаря этому обстоятельству СВПД продолжает существовать. Более того, устойчивость этого формата настолько убедительна, что к нему присматриваются и в других регионах (в частности, на Корейском полуострове).

По словам А.Хлопкова, пока сложно точно спрогнозировать результаты переговоров в Вене, хотя определенные основания для сдержанного оптимизма все же сохраняются. И в Тегеране, и в Вашингтоне имеется политическая воля для того, чтобы выйти на такую договоренность. Эксперт предположил, что недавние события в Натанзе и ответные действия Ирана могут способствовать формированию столь необходимого сейчас компромисса. "Надеюсь, что переговорщики из Вашингтона поймут, что необходимо достаточно оперативно принимать внутриполитические решения, без которых достижение консенсуса будет невозможно. В первую очередь, речь идет о снятии санкций при готовности Ирана пройти свою часть пути", - заметил эксперт.

А. Хлопков также добавил, что существуют различия между статусом США и Ирана. Если Тегеран не выходил из сделки, а лишь сократил свои обязательства по ней, то Вашингтон покинул СВПД и теперь должен в нее вернуться. "Поэтому, несмотря на последние события, сохраняются некоторые надежды на положительный исход переговоров. Но выходить на договоренность необходимо до президентских выборов в Иране, которые состоятся в июне 2021 года. В противном случае сделать это будет значительно сложнее", - заключил А.Хлопков.

Эксперт Центра ближневосточных исследований Института международных исследований МГИМО (У) МИД России Адлан Маргоев отметил, что на результат переговоров в Вене может оказать воздействие позиция в Израиле. В этой стране восстановление сделки по иранскому ядерному досье в полном объеме считают наихудшим сценарием развития событий и всячески пытаются предотвратить либо путем акций саботажа на иранских ядерных объектах, либо усиливая собственную активность в регионе Ближнего и Среднего Востока, особенно в Персидском заливе, а также путем переговоров с США. "Случайно или нет, но министр обороны Соединенных Штатов Ллойд Остин был на переговорах со своим израильским коллегой, когда произошел акт диверсии на объекте в Натанзе. При этом в Вашингтоне официально отвергли даже предположение о том, что американская сторона была в курсе предполагаемого акта саботажа на заводе. Несмотря на то, что нынешняя администрация Белого дома стремится вернуться к СВПД, в Израиле не оставляют надежд убедить своих заокеанских визави в том, что это решение будет опрометчивым, и нужно сохранять подход Трампа – пытаться решить все вопросы сразу, что практически невозможно", - пояснил А.Маргоев.

"Можно вспомнить, что, несмотря на все попытки израильской стороны подорвать переговорный процесс в 2013-2015 годах, им не удалось это сделать, поскольку в Вашингтоне были убеждены, что сделка работает в их интересах. С учётом того факта, что большинство переговорщиков, находившихся тогда в команде Обамы, сейчас в администрации Байдена, можно предположить, что и сейчас они будут приверженцами этой договорённости ", - заметил востоковед..

 А.Маргоев также добавил, что в настоящее время созданы две рабочие группы, каждая из которых предлагает свои рекомендации возвращения США в ядерную сделку и восстановления Тегераном своих обязательств по сделке в полном объеме. Но пока Вашингтон и Тегеран обменялись через посредников своими запросными позициями. В Иране не отказываются от своего требования к Соединенным Штатам снять санкции, введенные при Трампе, в качестве условия для своих ответных шагов. В свою очередь, со стороны американцев наметились определенные изменения. В частности, госсекретарь США Энтони Блинкен высказался в пользу снятия ограничений, несовместимых с СВПД. Правда, он не конкретизировал, какие именно меры он имеет в виду.

"Хотя президент США Джозеф Байден и Верховный руководитель Роухани дали "зелёный свет" переговорам, в обеих странах немало противников восстановления СВПД. В Соединенных Штатах это конгрессмены - республиканцы и часть демократов, а также сильное израильское лобби. В Иране – представители консервативных и праворадикальных кругов, которые с самого начала выступали против ядерной сделки. Вероятность того, что их кандидат победит на предстоящих президентских выборах, довольно высока, и влияние этого на переговорный процесс в Вене нельзя недооценивать. Поэтому процесс согласования взаимоприемлемых решений обещает быть весьма сложным", - пояснил А.Марьясов.

А.Хлопков предположил, что правильным путем нормализации отношений в рамках СВПД было бы размораживание валютных средств на счетах третьих стран, которое произошло из-за введенных США санкций против Тегерана. В частности, еще в феврале 2021 года такая договоренность была достигнута с Южной Кореей. Однако, вместо поддержки этого шага Сеула, Вашингтон заблокировал эту инициативу, мотивировав этот шаг тем, что Иран сначала сам должен сделать первые шаги навстречу США. В этих условиях Иран может перейти к более решительным шагам на внешнеполитической арене, в том числе в рамках поддержки шиитской "оси сопротивления" в регионе, что неизбежно приведёт к новой эскалации напряжённости.

Позиция Ирана вполне объяснима и с экономической точки зрения. А.Маргоев пояснил, что Тегеран неоднократно заявлял о необходимости развития транзитного коридора "Север-Юг", предполагающего активное участие Индии и всех прикаспийских государств и необходимого для выхода Ирана на европейские рынки. Однако из-за санкций эта логистическая модель остается пока в большей мере на бумаге. В частности, недостроен 167-километровый участок железнодорожного маршрута Астара-Решт-Казвин, который должен связать железные дороги России, Ирана и Азербайджана.

А.Хлопков также напомнил, что в Иране сильны позиции не только тех, кто готов противостоять давлению ведущих стран Запада, но и противоположной стороны, не готовой идти на ограничения, аналогичные тем, которые применяет, например, Северная Корея. В этих условиях, если Тегеран, вынужденный на этот шаг обстоятельствами, действительно пойдёт на изготовление атомной бомбы, он окажется под санкциями уже не только США и их союзников, но и, например, Китая, что будет иметь продолжительные и тяжелые последствия для экономики страны.